35 глава
Мне комфортно, и тогда я тоже решаю насладиться её телом. Мои руки, что до сих пор неподвижно лежали на плечах Виолетты, скользят по её рукам. Я ласкаю бедра любимой и начинаю постепенно узнавать каждую деталь её тела. Она замечает, насколько я любопытна, и какое-то время лежит смирно, разрешая мне себя исследовать. Кожа Виолетты горячая, и я чувствую её тяжелое дыхание, когда провожу рукой по груди.
– Ты тоже красивая, – шепчу я.
Она гладит мое лицо, целует меня еще раз, и мне приходит в голову, что если бы слово «красивая» имело миллион разных значений…
Виолетта воплотила бы их все.
День 15
На прошлое Рождество мы с мамой поехали на пляж и остановились в шикарном отеле. Я мало что знаю об отелях, но, как по мне, если завтрак у них по системе «шведский стол», то все уже здорово.
Я хорошо помню, как вздремнула в этом отеле. В частности, помню сон, в котором телефон все звонил и звонил, а когда я наконец подняла трубку, никто не ответил. И чертов прибор просто продолжал звонить вечно. Я попыталась вырвать шнур, швырнула трубку об стену, но звук не прекращался.
Этот сон, вероятно, мог бы послужить прекрасной метафорой на тему, как я справляюсь со своими проблемами в реальной жизни, но на самом деле просто звонил телефон в номере отеля, и этот шум вторгался в мою дрему.
Сегодня происходит то же самое. Но гудит не телефон.
– Виолетта
Я слышу пронзительный голос и спросонья не сразу понимаю, исходит ли он из моей головы или из реального мира.
– Ви! – снова ревет голос, на этот раз громче.
Однако разбудили меня не вопли, а шаги в коридоре. Не спрашивайте меня как, но через долю секунды я точно знаю, что мне нужно делать.
Я бросаю взгляд на Виолетту, спящую рядом со мной (кстати, красиво), шепотом извиняюсь и выталкиваю её из кровати. Она падает на матрас на полу, громкий голос еще раз кричит: «Виолетта!» – и соседка просыпается от испуга.
Все происходит слишком быстро. Виолетта смотрит на меня одним глазом, потом смотрит на дверь, все еще запертую с прошлой ночи, – и снова на меня, на этот раз немного нервно.
Она встает, спотыкается обо что-то, поворачивает замок, и, когда дверь открывается, на пороге стоит она, мама Виолетты. Женщина с пронзительным голосом. Моя (я всегда так хотела это сказать) свекровь.
Мои волосы растрепаны, лицо помято, а шорты пижамы слишком сильно обнажают мои ноги. Но Света не замечает этого, потому что через мгновение уже покрывает Виолетту поцелуями.
Множеством, множеством поцелуев.
– Я так по тебе скучала. – Поцелуй. – Твой отец тоже, но я больше. – Поцелуй. – Мы так много фотографировались! – Поцелуй. – И у нас кое-что для тебя есть. – Поцелуй. – Но это сюрприз.
Воссоединение длится несколько минут, и я просто сижу и смотрю на сцену, наполовину смущенной, наполовину счастливой.
Мама Виолетты отличается от моей по нескольким параметрам. Она ниже ростом, у нее иссиня-черные волосы, и, вероятно, требуется много времени и усилий, чтобы они так хорошо выглядели. Ее аккуратный вид и безупречный макияж кажутся почти невозможными для человека, который только что прилетел на самолете из Чили.
Прежде всего, она эмоциональная. Возможно, даже чересчур. Но никто не смог бы усомниться в том, что она любит Виолетту больше всего на свете. И в конце концов ее привязанность вызывает у меня улыбку.
– Ты все собрала? Пойдем домой? – спрашивает она.
– Да, все упаковано, – говорит Виолетта, указывая на чемодан в углу спальни.
И тут она замечает меня.
– Привет Лина, доброе утро! Прости, если разбудила. – Она улыбается. – Как прошли каникулы? Вы весело провели время?
Ох, Света, вы даже себе не представляете.
После всех прощаний кажется, что Виолетта уезжает в Хогвартс, а не на пятый этаж того же здания. Я приношу её чемодан в гостиную, потому что это самый большой знак привязанности, который я могу позволить себе в присутствии Светы. Запах кофе разливается по квартире, и моя мама безуспешно пытается накрыть кухонный стол, чтобы развлечь наших гостей.
– Может, кофе, Света? – предлагает мама, хватая кусок глины и пряча его в морозилке.
– Я не могу долго оставаться, дорогая, – говорит та. – Кирилл пошел наверх с нашими чемоданами. Я просто заскочила на минутку, чтобы забрать Виолетту.
– Всего лишь чашечку. Чтобы расслабиться после поездки, – настаивает мама, словно это хорошая мысль: добавить кофеин в тело женщины, которая заявилась к нам в семь утра, крича изо всех сил.
– Как я откажу той, кто присматривал за моим ребенком целых две недели? – отвечает Света, сидя за столом и чувствуя себя неуютно, когда мельком видит пару грудей на одном из холстов.
Я не знаю, все ли так умеют, но я обладаю способностью распознать мысли матери по взгляду. Разок посмотрит, и я могу сказать, счастлива ли она, обеспокоена или раздражена тем, что я сделала. Взгляд моей мамы сейчас означает: «Иди в гостиную. Мне нужно побыть наедине с этой женщиной».
Я киваю Виолетте (поскольку она не в состоянии расшифровать сигналы моей мамы), и мы вдвоем направляемся в гостиную. Садимся на кушетке, и она касается моей ноги своей.
– Я уже по тебе скучаю, – тихо говорит соседка, глядя в пол.
– Не драматизируй так, Ви, – отвечаю я и слегка сжимаю её колено.
Мы молчим, пытаясь услышать, что говорят наши мамы. Это не очень сложная задача: я же не в особняке живу. Кухня за стенкой, а у мамы Виолетты очень громкий голос. Мы будто вовсе не уходили.
– Еще раз, Рита, большое тебе спасибо за то, что приютила мою дочь. Кирилл настаивал, чтобы я оставила её одной, но ты тоже мать. И знаешь, я никогда не прощу себе, если с ней что-то случится, пока мы далеко, – объясняет Света.
– Все отлично. Она вообще не создает проблем. Виолетта – очень хороший ребенок, – уверяет мама.
– А в этом я не сомневаюсь, – с гордостью говорит Света. – Подвох в плохом влиянии, понимаешь, о чем я? Раз позвали на вечеринку, потом она остается с ночевкой. А там выпивка, наркотики…
Виолетта тихо смеется, и я могу представить, как моя мама изо всех сил старается не закатить глаза.
– Кажется, Виолетту окружают замечательные люди. Друзья, которых она очень любит, – твердо говорит она.
– Я знаю. Мы с Кириллом любим нашу дочь больше всего на свете. Но ведь мы же не можем постоянно приглядывать за детьми, верно? И иногда это страшно, не правда ли?
– Послушай, Света, Виолетта пробыла здесь всего пятнадцать дней. Но и этого срока хватило, чтобы понять, насколько она потрясающая. Вы, должно быть, очень гордитесь тем, что у вас есть такая дочб, – отвечает мама немного громче.
– Да. Я ужасно ей горжусь.
Лицо Виолетты расплывается в улыбке, и она сжимает мою руку.
– Я же тебе говорила, – шепчу я так, чтобы слышала только она.
Я весь день не знаю, чем заняться. Теперь, когда Виолетты нет рядом, дом изменился. В конце концов я решаю начать претворять в жизнь свои планы на каникулы. Те, что были у меня до появления Ви.
Я догоняю телешоу, смотрю залпом пропущенные серии. Систематизирую свои книги и откладываю несколько штук на благотворительность. Теряюсь в абсурдных мыслях о том, что ждет меня в будущем, придумывая теории, которые вызывают у меня тревогу и отчаяние. Обычное дело.
Мне хочется рассказать Виолетте, как прошел мой день, хотя я знаю, что ничего экстраординарного не случилось. Но когда я беру телефон, то понимаю, что у меня нет номера Виолетты. Пятнадцать дней спустя. После нескольких (кучи) поцелуев. После всей этой истории. У меня даже нет номера этой девушки.
Конечно, это не проблема, потому что интернет – великая вещь. Я захожу в каждую из учетных записей Виолетты в социальных сетях, которые долгое время отслеживала, точно жуткий сталкер, и наконец добавляю её в друзья. По очереди нажимаю все кнопки «подписаться» и «добавить», пока она тоже не становится частью моей онлайн-жизни.
Теперь остается лишь ждать, пока соседка подпишется на меня в ответ.
И предвкушение меня убивает.
Я с тревогой смотрю на экран телефона всякий раз, как он гудит (а также когда не гудит), но это все никак не связано с Виолеттой. То приходят уведомления из игры, в которую я больше не играю, то какое-то электронное письмо с рекламой из интернет-магазина, то моя двоюродная бабушка Лора отметила меня в посте в соцсети (кстати, дважды за последний час). Моя шестидесятичетырехлетняя двоюродная бабушка отметила меня в двух постах за последние шестьдесят минут (фото с подписью «Счастливых выходных» и рецепт суфле с припиской «Покажи это маме ХОХО»). А у Виолетты за тот же период даже не выдалось минутки ответить на мой запрос о дружбе, нажать «принять».
Когда мой телефон снова гудит и я делаю вывод, что мне придется заблокировать двоюродную бабушку, приходит СМС с неизвестного номера: «Даша дала мне твой номер!»
Смотрю на экран телефона, как дурочка, не зная, что ответить. Ничего нового.
Я боюсь показаться слишком глупой, или слишком навязчивой, или слишком истеричной. Чтобы не мучиться, отправляю ответ, в который вложила все это вместе:
Лина
А я-то здесь по тебе соскучилась.
Виолетта
И это она просил меня не драматизировать.
Лина
Как жизнь?
Виолетта
Тяжко.
Родители сейчас показали мне фото из поездки.
Все 1245 штук.
Не шучу.
Их правда 1245.
Папа подсоединил карту памяти к ТВ.
И теперь на экране бесконечное пингвинье слайд-шоу.
Лина
Клево!!!!
Виолетта
Вот ты чудачкаЗ
Лина
А что за сюрприз приготовила тебе мама?
Виолетта в ответ присылает селфи, на котором она одет в чилийскую шляпу с маленькими завязками, что затягиваются под подбородком. Это самый милый кадр, который когда-либо попадал в папку загрузки на моем телефоне.
Виолетта
Вот что был за сюрприз.
Шляпа!!!
Лина
Тебе очень к лицу. Но я слегка разочарована в твоей маме, думала, шляпа будет в виде пингвина!:D