* * *
- Тимур, ты разбирайся с обувной фабрикой. Боря! Я жду тексты для шоколадок. Не дождусь до среды - останешься без премии. Гриша, у тебя пельмени.
Гриша взвыл:
- Опять пельмени! На завтрак пельмени, в телевизоре одни пельмени, и на работе снова пельмени!
- Именно, - Ольга лучезарно улыбнулась. - Спешу тебя обрадовать: рассказывать в рекламе, что пельмени готовятся быстро, - это пóшло. Придумай что-нибудь более оригинальное. Свеженькое и живенькое. О'кей?
- О'кей... - протянул Гриша безо всякого энтузиазма.
- Вот и умница. Ну а теперь - наша главная головная боль: «Строймастер»! Даша? Что новенького?
Дарья закатила глаза:
- Да все то же. Я им звоню каждый божий день, предложения отсылаю, объясняю, что печатать буклеты - это выбрасывать деньги на ветер. А их дивный директор по рекламе...
- Мезенцев...
- Он, родимый... Так вот, он бубнит одно и то же: деньги наши, на что хотим - на то тратим, короче, подготовьте новое предложение. Чтобы были буклеты. Типа, «Строймастер» стоит на ногах вполне уверенно, чтобы позволить себе то, что им нравится. А нравится им, как известно, всякая фигня. Оль, надо с генеральным встречаться. Зам полоумный, менеджеры нас в упор не видят! Вроде они делом занимаются, а мы какой-то ерундой!
Ольга и сама все это знала. И про менеджеров, и про зама, и про то, что надо встретиться с генеральным, с Барышевым этим, будь он неладен. Только как с ним встретишься, если он не принимает?
- Ладно, ребята, летучка окончена, расходимся, работаем. Гриш! Ау? Ты меня слышишь?
- Пельмени - вкусная еда, и под рукой она всегда! - радостно отрапортовал Гриша.
...Надежда нацепила на вилку кусок мяса, посмотрела на него с разных сторон, положила в рот, пожевала, сморщилась:
- Господи, ну что это за мясо?! Не мясо, а грех один! Кто это его сготовил, тому б прям этим мясом...
Надежда помахала рукой официантке. Ну, пошла писать губерния. Сейчас ее подруга жизни Кудряшова научит московских рестораторов родину любить...
Надежда громогласно объясняла официантке, что то, что у нее в тарелке, это не мясо, а слезы. Посетители кафе - офисные клерки в костюмах от Кензо - оборачивались, смотрели на нее - кто с удивлением, кто восхищенно, официантка пунцовела и переминалась с ноги на ногу. В конце концов, сообразив, что в случае с Надеждой легче согласиться, она забрала тарелку со злополучным мясом и скрылась на кухне. Через две минуты в зале появился старший менеджер, еще через три перед Надеждой поставили салат, который, слава тебе господи, оказался хорош.
- Вот это - другое дело! - похвалила Надежда и кивнула официантке: - Спасибо, Наташенька.
- Откуда ты знаешь, как ее зовут?
- Здрасьте, приехали! Так у нее на бейджике написано! - Надежда уставилась на Ольгу как на придурочную. - Ты не видела, что ли?
Ах, ну да, конечно, бейджик...
- Извини. У меня голова «Строймастером» занята. Всю кровь они из меня выпили!
- Между прочим, я читала в одном журнале...
- С сексуальными гороскопами?
- Не... - Надежда махнула вилкой, давая понять, что увлечение сексуальными гороскопами давно в прошлом. - В психологическом... Так вот там пишут, что, мол, если человека называть по имени, с ним легче установить контакт, и вообще он с удовольствием все для тебя сделает. Потому что как бы вы уже не чужие, если по имени-то...
- А если без имени? - поинтересовалась Ольга. - Тогда что? Сделает без удовольствия?
- Ага, - кивнула Надежда и подцепила на вилку помидорку. - Через силу... А когда через силу - все хуже получается, ты знаешь?
- Ты это тоже в журнале вычитала?
- В нем... Очень замечательный журнал, я у Дмитрия Эдуардовича в приемной взяла...
Выбрав из салата помидорки, Надежда теперь выедала креветки.
- Дура ты, что его бросила. На нем лица нет. Только и делает, что орет.
Ольга отмахнулась:
- Он все время орет. И со мной. И без меня...
- Ничего и не все время! Пробрало его, сердешного!
Выковыряв из миски с салатом все вкусненькое, Надежда с унылой обреченностью принялась жевать зелень.
Неужели Грозовский действительно так переживает из-за того, что они расстались? Да нет, быть не может. Что у него, женщин не было? Не расставался ни с кем никогда?
- Надь, если бы он так сильно переживал, черта с два он бы меня заместителем своим назначил. Он и забыл уже давно, что у нас там с ним было, наверняка новую любовь завел...
Надежда неожиданно вскинулась:
- Дмитрий Эдуардович тебя заместителем назначил, потому что он человек... Такой человек! Благородный и понимающий! И добрый, вот! Может, это он с виду... А на самом деле...
Подруга жизни Кудряшова раскраснелась, глаза у нее блестели. Да что она так защищает-то Дмитрия Эдуардовича, словно на него весь мир ополчился? Неужели Надежда тоже попала под его обаяние? О боги, боги, в этом случае и не знаешь, кого пожалеть...
- Надь! Ты смотри, поосторожнее там! От Димки и его шарма я тебя защитить не смогу!
Надежда выпятила свою выдающуюся грудь так, что менеджер за соседним столиком поперхнулся и закашлялся, вскинула подбородок и заявила:
- Я сама себя защи... тю... щу. И себя, и кого хочешь!
М-да. Определенно, в ситуации «Грозовский очаровывает Кудряшову» неизвестно, кого надо защищать.
Официантка принесла десерт.
- Надь... Нам с ребятами без тебя скучно. Как там? Сосед мой бывший жив еще?
Надежда жила теперь на съемной квартире - в той самой комнате, где раньше обитала Ольга.
- Жив, что ему, алкашу, сделается!
- Жила бы с нами, честное слово...
- Ну вот, опять ты завела! Сколько раз тебе говорить: не стану я вам мешаться. Ну что это за жизнь?! Ни с мужиком прийти, ни в гости кого позвать - простите, это у меня тут в уголку подруга обретается, потому как ей жить негде!
- С каким еще мужиком!.. Какие еще гости!..
Надежда соскребла ложечкой крошки пирога, допила кофе:
- А такие! К примеру, я приду, вот и будут гости. И от мужиков не зарекайся. Знаешь, говорят, от сумы и от тюрьмы, а ты и от мужиков тоже!
Что она говорит, ее безумная обожаемая подруга? Какие мужики?! Ольга только головой покачала:
- Надь, я по двадцать часов на работе! Приезжаю и сажусь уроки проверять. Вот в субботу поеду платье покупать, на выпускной бал.
- Погоди, а кто выпускается-то?
- Машка! Из сада в школу.
Надежда рассмеялась:
- Ну, из сада еще невелика беда! А в субботу перед платьем за мной заедьте.
- Заедем.
Надежда глянула на часы и вскочила:
- Господи Иисусе!
Менеджеры за соседним столиком все, как один, повернули головы, подпертые белоснежными воротничками. И как им не натирают воротнички эти? Это ж пытка, наверное, весь день в наглухо застегнутой рубашке париться, да еще с галстуком на шее...
- Мы все трескаем, а мне бежать пора! - Надежда уже натягивала плащ. Кипенно-белый, на кокетке, не плащ - а картинка из модного журнала. А куплен наверняка в каком-нибудь «Стоке» рублей за пятьсот. Да еще Надежда небось вытребовала скидку за оторванную пуговицу. Это подруга умеет, тут ей нет равных. Надежда чмокнула Ольгу, набросила на шею яркий шелковый шарфик: - Голландцы приезжают из хэд-офиса «Нэйчерал Продактс», знаешь?! Решили какую-то одну линию перепозиционировать! Одну, представляешь? То есть направление то же, а одну позицию изменить! И прутся для этого из Голландии, придурки!
Надежда расхохоталась, схватила со стола сумку:
- В субботу не забудьте за мной!..
И убежала. Менеджер за соседним столиком тоскливо глядел ей вслед.