Глава I. Куколка
Жизнь в старшей школе — это как бесконечный цикл серых дней, которые, казалось, сливаются друг с другом в мутный поток однообразия. Утро всегда начиналось одинаково: звонок будильника, резкий и навязчивый, словно будоражит не только комнату, но и мозг, — мгновенный сбор одежды, быстрый прием пищи и бег, чтобы успеть на автобус. Время в школе — это словно игра на выживание, где ты постоянно держишься на грани, чтобы ни опоздать, ни попасть в неприятности или не вызвать очередной неловкий конфликт.
***
Меня знают многие, называют местным красавчиком и лидером компании, — хотя внутренняя часть меня была далека от этого образа. Внутри я — человек, который давно уже научился скрывать свои чувства, свои страхи и боль за маской дерзости и высокомерия. В компании друзей — Зубл, Рагата и Гэнгл — я чувствовал себя чуть лучше, чем один, чуть более уверенно, но всё равно часто приходил к мысли о том, что всё это — лишь временное облегчение, маска, которая рано или поздно треснет.
Зубл — Обычная пофигистка, которой ничего никогда не нравиться, идеальная цель для издевок. Рагата — умная и прямолинейная, она не боится говорить правду, даже если она не права. Гэнгл — тихая гений программирования, она словно живет в своем мире, и именно её уединение иногда кажется мне самым честным. Время от времени мы собирались в уголке, где никто не мешал думать, — иногда просто молча сидели, наблюдая за окружающими или обсуждая что-то незначительное. Эти короткие минуты казались островками спокойствия в океане моих постоянных тревог. Но в глубине души я всегда ощущал — всё это временно. Что-то внутри меня постоянно говорило, что скоро всё изменится, что мои привычные дни — только иллюзия. Иногда я ловил себя на мысли, что скучаю по тому ощущению, что и сам не понимал — по внутренней пустоте, которая, казалось, была частью меня.
— Мдаааа, — Начал я, закрывая рот от зевка, — ну и скукотища. Сдохнуть помереть можно.
— Ага... — продолжила Рагата. — Ещё и этот долбанный дождь, на улицу не выйти. Обещали вплоть до конца недели ливни, да и судя по небу, этот ещё не скоро закончиться.
Рагата, как всегда, подмечала малейшие датели, это просто зашло у нее в привычку, какая тема не поднимись, она знает лучше всех. Хотя её огнено-красные кудри, аккуратно завязанные в длинную косу вообще не подходили её образу жизни. Единственное, что выдавало её блестящий ум и наблюдательность, — это аккуратные небольшие очки чёрного цвета. Но даже если она и была отличницей, что строила образ хорошей и прилежней ученицы, никто не знал о её похождениях с друзьями за угол школы покурить сигареты или ещё чего...
Я облокотился на спинку стула и запрокинул голову вверх. Мои короткие пряди темно-коричневых волос, слегка подкрашенные в фиолетовый, потянулись к полу.
— Может правда или действие, а? — От скуки я, подмигнув, глядя то на Гэнгл, то на Зубл, то на Рагату.
Зубл, как всегда, чуть скривилась и махнула рукой:
— Ага, чтобы было как в тот раз? Не бля, я не буду играть в эту хуйню. — Она сдунула со своего лица чёрную челку, что лезла в глаза и бросила взгляд на Гэнгл. — А ты, Гэнгл, хоть иногда можешь показать, что ты не просто гений в компьютерах, а еще и человек? Заступиться за себя?
Гэнгл улыбнулась, чуть смущенно, и ответила:
— Если честно, — еле слышным голосом ответила Гэнгл, — я бы не хотела играть... Прости Джекс.
— Да вы че, издеваетесь? А что делать тогда? — Возмутился я, подняв свою голову. — Рагата, ну хотя бы ты!
— Если честно, я с ними согласна — Она аккуратно подправила свои очки. — По факту, мы в эту херню играем только для того, чтобы послушать твои подъёбки. Я особо не горю желанием сейчас это выслушивать. Я усмехнулся и закинул ногу на ногу.
— Правда? А я думал, что все вы тут — просто подставные персонажи. Особенно ты, Зубл, с твоим безразличием. — Я поддразнил ее, и Зубл, вздохнув, ответила:
— Если хочешь знать мое мнение — ты бы лучше завалил.
Я тяжело выдохнул, прикрывая лицо ладонью и закатывая глаза.
— Как же вы меня заебали...
***
Идут дни, но сценарий все не меняется. Будильник, одежда, автобус. Будильник, одежда, автобус. И сегодняшний день ничем не отличался от других, все так же... Будильник. Одежда. Автобус. Только вот сегодня всё что-то было по другому, но я не мог понять что именно. Вроде тот же зонт, те же первоклашки, та же надпись на вывеске школы.
Я зашел за угол школы. Там я закурил сигарету, погрузившись в размышления о своем будущем, сомнениях и страхах. Холодные капли медленно падали мне на лицо, пока дым постепенно выходил из моего рта. Все что я мог чувствовать в этот момент лишь пустоту и никому не нужную обиду. Сигарета стала способом отвлечься от тревожащих воспоминаний, обрести временное спокойствие и ясность ума. Закуривая очередную сигарету, я попытался сосредоточиться на текущих делах, отстраняясь от негативных эмоций. Но стоило мне открыть глаза, как все эти чувства исчезли. Перед мной стояла девушка, примерно, мне по грудь, ростом. Непонятная, загадочная, словно тень, скользящая по улицам. Внешне она казалась неопрятной — черные редкие волосы в небрежном пучке, черные, как бусины, глаза с усталым взглядом, будто бы она уже много пережила и не хочет тратить время на пустячные радости. Она придерживала мокрые волосы, будто бы защищаясь от дождя и своих собственных чувств. От неожиданности я слегка вздрогнул и чуть было не выронил сигарету из рук. Первое впечатление было, мягко говоря, негативным. Не то чтобы я сразу решил её игнорировать — просто она вызвала внутри что-то, что я не мог понять. Непонятное раздражение, легкое недоумение, будто она чужая, и всё вокруг — чужое.
—Куришь?
Тишина... Она серьезно?
—А что... не видно? — Недоумённо спросил я.
— Есть ещё одна? — Без намёка на хоть какую-нибудь эмоцию спросила она.
—Неа, последняя. — Наглая ложь. Купил эту пачку сегодня утром на последние деньги, забежав в ларек, где тётя Зина продает всё всем и всегда, так сказать.
— Ладно... — такое же пусто, как и её глаза слово, которое вроде должно что-то значить, но точно не для неё. — В таком случае...
Я кинул на неё скучающий взгляд, а после просто замер. Прям из моих рук выхватили сигарету, сделали одну огромную затяжку и потушили ее об асфальт, когда она даже на половину не была выкурена. Пару секунд я не мог ни слова проронить. Мне это сниться? Кто вообще так делает? Я смотрел на нее, словно меня околотили холодной волной. Внутри всё зашевелилось — раздражение, возмущение, непонимание. Эту девушку словно поставили сюда, чтобы трепать нервы, или, может, чтобы напомнить мне о чем-то важном.
—Алё блять, ты что делаешь?! — Отойдя от шока, начал орать я.
— А что? Жалко? — Ее голос звучал язвительно, провоцирующие. Я смотрел на нее с недоумением, чувствуя волну негодования. Эта девушка вела себя вызывающе, выставляя меня дураком перед самим собой. Недовольство нарастало, угрожая выйти наружу.
— И не пизди что это твоя последняя сига, у тебя пачка из кармана торчит.
Она кивнула в сторону моих школьных брюк, из которых вот-вот выпадет дорогая пачка табака. Мне пришлось быстро заправить её обратно, стараясь не смотреть на эту выскочку, но я невольно заметил робкую, тонкую улыбку на её лице, похожее на умиление или надсмешкой. Что-то в этой улыбке меня задело. Кто вообще имеет право надо мной смеяться? Правильно —никто. Стоило мне поднять голову, как девушки и след простыл. Будто её тут никогда и не было. Будто я только что проснулся от сна. Я переваривал происходящее тут пару секунда назад, в итоге просто забил и зашёл в основной корпус школы.
***
Я зашел в класс, не спеша, с привычной легкостью, словно мне все равно, что происходит вокруг. Сел рядом с Рагатой, которая уже погрязла в учебнике, и достал телефон — привычное залипание. Мои глаза бегали по экрану, но я всё равно слышал их разговоры: "Новенькая", "будет учиться с нами", "перевелась". Интересно, кто она такая, раз зацепила их внимание. Взгляд мой случайно остановился на ней — стояла у двери, мокрая и спокойная, словно ничего не произошло. В этот момент я резко отпустил телефон из рук и от с небольших грохотом упал на стол. Я просто уставился на нее.
— Здравствуйте. Меня зовут Помни Лоран. — Ее черные волосы были распутаны и мокрые, а в глазах читалось спокойствие и какая-то скрытая уверенность.
Её голос будто провел заряд электричества по всему моему телу. Я вновь взял свой телефон и заметил как некоторые одноклассники смотрят на меня из-за привлеченного шума.
Я не отводил взгляд от этой новенькой, вплоть до того как она не села за свободную парту рядом с одним из наших одноклассников. Я раздраженно выдохнул , переводя взгляд на озадаченную Рагату, а после вновь погрузился в соц. сети.
***
Прозвенел последний звонок, мы разминулись с Рагатой и я пошел к входу. Дождь был все таким же сильным и холодным. Я переобулся, схватил свой черный зонт и вышел на улицу. Моментально меня пронзил ледяной ветер и морозные капли, от которых пробежала дрожь по всему телу. Я поспешил открыть зонтик, как краем глаза увидел одинокую Помни, что стояла под крыльцом. Похоже она пришла без зонтика.
— Погоду смотреть не умеем? — Я усмехнулся но в ответ ничего не услышал.
На секунду мне стало её жаль. Она была похожа на хрупкую фарфоровую куклу, которая разобьется от любого лишнего движения
Как же хочется её сломать.
— Ты отдашь мне сигарету, которую спиздила сегодня утром? — Я переступил с ноги на ногу и облокотился на колонну от навеса, все ещё держа зонт при себе.
— Будь у меня с собой сигареты, я бы у тебя ничего не пиздела. — Строго ответила она.
—Ага... а ты не пробовала там, ну не знаю, например, СПРОСИТЬ РАЗРЕШЕНИЯ? Типа "Ой, ой..." — Я стал изображать писклявый женский голос, который совсем не было похож на голос Помни — "У меня сигареты закончились! Не мог бы ты меня пожалуйста угостить?"
— Так я же спрашивала тебя, есть ли у тебя ещё одна, не помнишь? — Саркастично спросила она.
— Вот именно, — По привычке перекладываю вину на другого — тебе было отказано, нахуй ты дальше лезешь?
В ответ лишь тишина и опущенные вниз глаза.
Помни взяла свой рюкзак, накинула на плечо и шагнула под ливень. С каждой секундой её волосы и одежда становились все темнее и темнее, но она продолжала идти в сторону ворот, а я остался с зонтом стоять у дверей школы.
Когда я смотрел, как она исчезает за углом, внутри меня всё сжалось, будто я только что сломал что-то очень хрупкое, и это ощущение — нечто волшебное и страшное одновременно. Мне было приятно, как я её раздавил, как почувствовал свою власть, словно поднялся над всем этим серым днем, над её спокойствием...