выпускной
я поправлю колготы в сеточку, пока мой телефон разрывается от нервов Риты.
захватив с собой букет пион для этой нервозной блондинки, я выхожу с квартиры. хотя, и я тоже блондинка.
спускаясь по лестнице, я надеюсь что в конце этой линейки останусь с ногами, ведь толкучка будет огромная. родители, дети, выпускники.. девятые и одинадцатые классы, ужас одним словом.
×××
я подбегаю к тёте Ларисе, которая плачет, вытирая лицо платочком.
- доброе утро, Лариса! что вы плачете уже.
она приветливо платком машет, улыбаясь. я смотрю на остальных родителей, и на то, что те тоже пытаются не плакать, и пускают скупую слезу. я машу рукой Ритке, которая танцует медляк. её глаза загораются, когда она видит меня. ну естественно, я бежала сломя ноги. глаза сами ищут кудрявую голову, и я наконец-то замечаю его недовольное выражение лица. смотрю на то, как его "пара" в вальсе наступает ему на ноги, а по губам читаю от него сотню матов. чего и требовалось ожидать. понемногу опускаю взгляд вниз, и впадаю в шок от того, что Кислов надел костюм, а не свою бомжатскую одежду.
- а долго ещё?
какая-то тётка рядом отрицательно качает головой, и я слышу громкие хлопки. кажется, зря спрашивала только. я смотрю, как они всё встают вместе, и начинают рассказывать какие-то стишки... боже, я совсем не помню что было на мой выпускной, но кажется, было что-то на подобии этого.
9:37
я смотрю на довольную Риту, с потекшей тушью, и на её длинные каблуки.
- Наечка, солнце!
она улыбается, обнимая меня. стараясь не задеть мое белое платье, блондинка поднимает подбородок, ведь тон отпечатается на долго.
- это тебе, цветочки.
протягиваю ей букет, и она с улыбкой до ушей его принимает. её окружают родители, и отводят подальше от меня. линейка уже закончена, и поэтому те, у кого нет дел идут сразу в школу, ведь классный час никто не отменял. я вижу Кислова, который стоит рядом с матерью, пока та поправляет ему пиджак.
" мама, нормально всё "
" ну сынок, какое нормально "
боже, сколько суматохи. я подхожу ближе к этой маленькой семейке.
- привет.
Лариса снова молча кивает, пока Ваня недовольно выпрямляется в спине. я вспоминаю, как на мой выпускной мне просто сказали не плакать, а иначе всё снова испорчу. наконец-то, женщина освобождает сына с плена, и он поворачивается ко мне.
- я тебе привет сказала если что, с выпуском.
немного поднимаюсь на пальчиках, и целую того в щёку.
- спасибо.
родители уже бывших одинадцатиклассников понемногу собираются вместе, обсуждая как же выросли их дети. к нас подходит Меленин, Рита и остальные, а позже и Ольга Витальевна, их классный руководитель.
- ой, Ангельская, солнышко ты наше!
она видит меня, и заключает в крепких объятьях. не думала, что биологичка меня так любила.
- так скучали всем учительским составом, а ты сама пришла! к кому?
она целует меня в щёки, пока Ритка тихо ржёт. ну, я ей напомню, что она сейчас как панда из-за потекшей туши.
- к Кислову, Ольга Витальевна, ну! все щёки в вашей помаде.
я достаю с маленькой сумки салфетки, и протягиваю парочку девочкам с тушью, и те с благодарностью смотрят. красная помада хорошо отпечаталась на белоснежных щеках...
- ой мои голубки!
она складывает руки вместе, смотря на всех со слезами. мило, и жалко, что наша классуха была куда злее.
- слушай, а давай с нами отмечать? м, махнем!
я молча киваю, а половина круга радостно пищит. ладно, эта школа, возможно, успеет принести хороших воспоминаний.
10:38
Рита, уже без цветов, идёт рядом с Мелениным, что-то эмоционально рассказывая, а Ваня, обводит рукой мою спину и прижимает к себе.
- тебе платья очень идут.
отвожу взгляд, улыбаясь сама себе.
- мне папа запрещал их носить.
тихое " м... " от кудрявого, и я вспоминаю о том, что он и так считал моего отца чокнутым, а теперь будет ещё хуже. мы заходим в кафе, где к моему удивлению ещё нет сотни людей, а все только собираются. Ольга показывает на стол, где стоит " бронь " и мы туда усаживаемся. Ритка еле отбила место у Егора, ещё и усадила меня рядом с Ваней, говоря "так лучше, всё, сидим. " мне оставалось лишь тяжело вздохнуть и принять поражение.
16:00
уже после утомительного, но весело застолья, мы всё оплатили и вышли с ресторана. было весело, хоть эти люди даже раньше не были мне знакомы.
- всё, мои дорогие, последний раз с вами видимся наверное, до встречи!
женщина обнимает нас хлипко, плачет. и как бы она свой класс не призерала проводя уроки у других классов, любит же их. я рада в целом, что посидела с ними, ведь на свой выпускной меня заставили после линейки переться домой...а дальше, не помню, я плакала. попрощавшись, каждый разошёлся по своим путям, правда, кто-то на такси поехал.
- а ты куда сейчас?
забираю с рук Кислова сигарету, а тот недовольно ищет ещё одну, ведь я ухватила последнюю.
- домой, куда же ещё.
он останавливает какого-то мужика, выпрашивая сигарету. наконец-то, заполучив желанное, поджигает сигу и мне и себе.
- тогда вместе пошли, а потом к маме моей.
я молча киваю, и мы направляемся в противоположную сторону от той, куда пошли все. повезло же мне, жить дальше всех. слышу тихое уведомление на телефоне, и снова от ритки.
засовывая телефон в карман сумки, пытаюсь понять, почему сама нормально сфоткаться не могу, а Рита с первой попытки смогла, причём, кадр странный, но даже так!
×××
- я тебе тогда про Анжелку и не рассказала, она же, блин, отвернись.
я поворачиваюсь к кудрявому спиной, и пытаюсь нащупать на спине молнию.
- Рита ей говорит типа..
я спускаю молнию вниз, ощущая как платье ослабляет свою хватку на моей груди. с облегчением выдыхая, продолжаю рассказывать.
- ты же сказала что идёшь кофе пить, пока на самом деле тебя весь клуб ебал, а она отвечает..
я медленно стягиваю с плеч рукава. ощущается словно тебе туго завязали хвост, и спустя целый день ты его снял и делаешь массаж головы.
- ебать у тебя шрамы на спине.
застываю, пока в животе происходит взрыв из-за шока, сука...
поджимая губы, я молча смотрю на стену, а после слышу тихое шарканье.
- я просила отвернуться, а не пялиться на мое тело.
закидываю волосы назад, ведь из-за длинные они прячут всё шрамы. сажусь на кровать, и скомканное платье сползает с ног. неловкое молчание пока я пытаюсь натянуть джинсы.
- да сука, хули они не натягиваются.
я слышу смех со стороны Кислова, и готова дать ему в ебало за это. выдыхая, всё же надеваю одежду и застегиваю ширинку на джинсах.
через пол минуты я поправляла на себе худи.
- ну пиздец, снова ты в этих мешках ходишь.
заправляю волосы за уши, и в зеркале появляется кудрявый, всё ещё в костюме, как джентльмен выглядит.
- говорит тот, которого я впервые увидела в чем-то официальном.
он улыбается, а после обнимает меня. и сейчас я ощущаю, как шрамы болят, лишь от того что о них вспомнили.
кудрявая голова падает на мое плечо, а глаза его смотрят на меня, пока я усердно пытаюсь все игнорировать.
- и ничего не скажешь?
одна рука исчезает с моей талии, и я ощущаю как указательный палец слабо обводит шрамы.
- не трогай, блять.
пытаясь избежать прикосновений, я понимаю, что не могу выбраться из-за того, что меня зажали.
- из-за бати они, отьебись.
я сказала практически правду, просто не добавила " в детстве мачеха избила меня куском от дров, а отец закрыл на это глаза".
- агрессивная ты.
- на себя посмотри, уеба.
я молча выхожу со спальни, когда меня всё-таки освобождают с плена нежеланных объятий, дабы найти духи.
- да я же пошутил, ляля, ты чего.
укусив щёку, ощущаю как пекут ключицы, на которых досихпор мелкие царапины из-за кошки. она недовольно трётся около моих ног, требуя залезть на руки. тихое "ляля, ты дома." и мимолетом погладив её, я иду к прихожей.
- чё за игнор...
действительно, пристал из-за того, что не должен был видеть, возмущается ещё.
16:59
мне в руки суют букет цветов, купленный у бабушки, ведь та умоляла. белые розы сразу заполняют мой нос приятным запахом. улыбаясь, я вдыхаю аромат.
- розы белые любишь?
молча киваю, поправляя не маленький букетик.
- ладно, пошли уже, мама ждёт тебя наверное.
с каких пор выпускные стали такими скучными? я помню, как когда шла в первый класс, одинадцатый с начала линейки бухал...тогда папа закрывал мне глаза, а мачеха причетала, что я не должна быть такой когда выросту...
- мы на пол часа, а потом на природу, не заканчивать же одинадцатый класс так скучно, правда?
а, теперь понятно. они решили набухаться на ночь, тогда таблеток нужно купить.
- а таблеток взять? от головы, тош..
я слышу " чшш " и мы молча идём в сторону дома Кислова.
- таблетки потом, у тебя всё найдется.
×××
Лариса прощается с нами, и закрывает дверь. букетик пока постоит у неё на столе, украшая кухню, а потом уже заберу.
на часах пол восьмого и совсем скоро начнет сильно темнеть, а мы только выходим с подъезда. нас встречает довольный Егор, явно находясь под шафе. значит, половина не отмечает с родителями.
- здарова! заждался вас уже, сколько сидеть можно?
Кислов здоровается с Мелом, и следом я.
- сколько нужно будет.
улыбаюсь, и мы идём по давно протоптанной дороге. странно, что я знаю где находится многое, хотя меня практически никуда не пускали. забрела сюда один раз, и теперь практически не вылажу с этого проклятого района...
23:23
я смотрю на Риту, которая уходит с Егором. поджимая губы, чувствую толчок в бок.
- на, водка.
на пенёк рядом со мной садится Кислов, и выпивает залпом свою долю алкоголя. сколько в нём уже градусов? больше чем в настоянке деда. на мангале жарится ещё одна порция шашлыка, а кто-то тихо поёт песни. не скажешь, что час назад мы гоняли как угаралые, и всё пели песни. были даже какие-то деды, которые явно сюда не вписывались...зачем мы тогда включили песни Цоя?