Часть 5: 26. Закон Мёрфи. Эндшпиль.
Вместо Эпилога.
*Эндшпиль — заключительная стадия шахматной игры.
Трек:
Dzivia - Flower Maiden (Guda Folk Choir)
Green Day - Good Riddance (Time of Your Life)
Страйф по-прежнему не любил Мир, где когда-то потерпел поражение. Мёртвый песок, пепел, едкий осадок воспоминаний — всё это оставляло горький привкус. Смотреть вперёд было куда интереснее! Тем более что в одном с ним направлении смотрели и другие.
Лорд не собирался возвращаться, решив оставить прошлое позади. Но на Тропе между Мирами его встретил один из детей Безликого, передав весть от создателя: Душа Мира ожидал встречи.
Так и подмывало пройти мимо, сделать вид, что не заметил посланца. Ведь не так давно Страйф умолял Безликого о помощи — и не получил ответа.
Но любопытство пересилило. Кивнув, Страйф последовал за низкорослой, почти детской фигуркой в плаще. И неприятно удивился, оказавшись в знакомой безжизненной пустыне — погибшей в давних сражениях.
Удивление лишь усилилось, когда перед ним возникла высокая фигура в тёмном балахоне с глубоким капюшоном, скрывающим лицо. Из-под складок виднелась лишь тьма, мерцающая звёздами, словно ночное небо. Безликий никогда не появлялся в аватаре. Он избегал Миры живых, не покидая своих владений.
Прижавшись к бедру Лорда и пригнув низко голову, волк из чёрного дыма злобно зарычал. Шерсть на загривке вздыбилась, извиваясь полупрозрачными завитками, между которыми сверкали багровые искры. Из оскаленной пасти капал огонь.
— Убери клинок, Лорд. Я пришёл поговорить, — прозвучал тихий, едва различимый голос, похожий на шелест сухой листвы.
— Я взывал к тебе когда-то. Но ты не ответил, — угрюмо пробормотал Страйф и положил руку на голову зверя, сдерживая его ярость. Первым он не нападёт.
— Знаю. Тогда время не пришло. Убери его. Я тебе не враг!
— Но ведь я убил твоего брата.
Страйф не понимал намерения Безликого, но усмирив Буреносца, убрал клинок за спину.
— Мой брат знал, на что шёл и ради чего. — Тон Безликого был настолько бесплотен, что разобрать в нём хоть какие-то оттенки эмоций было невозможно. Да и мог ли он вообще что-то испытывать?
— Он мне говорил, да! Чтобы я не разрушил пределы и не впустил Хаос. Но с чего вы решили, что я собирался это делать?
— Есть то, что нам предопределено свершить. — Дух не шевелился. Его фигура казалась настолько неподвижной, что напоминала безжизненную статую. Только лишь звезды мерцали в бархатной тьме, заменявшей лицо.
— Вот же заладили! — злобно оскалился Страйф. — Данное мне имя ничего не значит, я отказался от него!
Безликий будто не слышал его, продолжал:
— Ты проложил врата, через которые прошли все ваши братья и сестры — и Белые, и Чёрные. Ты привёл их. Оказавшись в этой реальности, вы начали её менять. Стали повитухами, которые помогли родиться Мирозданию.
— Да? И где награда за это? — съязвил Страйф. В его мыслях буйствовали нетерпение и злость Буреносца, так и рвавшегося на волю! Но Лорд сдерживал его гнев, пытаясь сосредоточиться. Назойливая мысль сверлила затылок: он слышал этот голос. Не когда вызволял Кхамера, нет! Раньше...
— Ты пришёл первым, Аэтрейон. В тебе осталась та сила. Сила разрушить всё — так же, как ты дал этому начало. То, что лечит, может и убивать!
— Твой брат тоже твердил, что я стану гибелью Мироздания. Но знаешь что? Твой брат развоплощён. А я — вот он! — Страйф гордо вскинул подбородок, бросая вызов взглядом. — Ты говоришь, что не враг мне, но при этом угрожаешь?
— Разве? — Безликий оставался невозмутим, не замечая ни дерзости, ни злости. Холодный, как сама Вечность. — Мой брат был Разумом. Познанием себя и всего сущего. Стремление к истине. А я... Я — Душа. Мне ведомы все желания, чаяния и страхи того, что зовём Мирозданием. Знаешь, чего больше всего хочет этот Мир, Лорд?
— Чтобы его оставили в покое такие, как мы? — Страйф отчаянно пытался понять, что движет Духом, но за звёздной гладью не читалось ничего. Это бесило.
— Он хочет жить! — Безликий проигнорировал иронию. — А в тебе — сила стать его погибелью. И что же делать?
Звёздное полотно, заменявшее Безликому лицо, вспыхнуло ярче. Страйф мысленно отметил: нужно запомнить эту особенность, попытаться найти закономерности в его мимике. Он медлил с ответом, оглядываясь. Вокруг — лишь песок да камни, навеки впитавшие копоть от огня, уничтожившего Мир. Даже ветра не было, чтобы нарушить мёртвую тишину.
— Уничтожить меня? Ты к этому клонишь? — прервал он затянувшееся молчание. Собственно, ради этого объяснения они и встретились. — Вы с братом пленили меня, но я вырвался. Выходит, остаётся только одно.
— Твой плен. — Фигура по-прежнему не шевелилась, не выдавала ни тени истинных намерений. — Я — Душа Мира, Аэтрейон! Мне ведомы все души — и живые, и ушедшие, и те, кому ещё только предстоит родиться. Я знаю каждую. Даже если они ещё не существуют. И вижу, какими станут через тысячелетия. И в ком отзовутся.
Страйф замер, впиваясь взглядом в мерцающие звёзды среди складок тёмной ткани. Разрозненные кусочки мозаики вдруг сложились в пугающе ясную картину. Воспоминание, яркое будто вспышка. О том, где Страйф впервые услышал...
— Ты хочешь сказать, что?.. — Лорд шумно сглотнул, не закончив фразы.
Осознание накрыло ледяной лавиной. В висках застучало, дыхание перехватило.
— Так что же делать с тем, кому суждено принести гибель Мирам? — продолжал шелестеть Безликий. И Страйф готов был поклясться, что слышит... усмешку. — Пленить? Уничтожить? Или показать ему иную возможность?
— Это был ты! — прошептал Лорд. Горло сжалось, не давая вдохнуть. — Когда твой брат пленил меня! Ты... мой трикстер! — с трудом выдавил он, не отрывая взгляд от тёмной фигуры.
Волна откровения не просто накрыла — сбила с ног, лишив дара речи и способности мыслить. Запрокинув голову, Страйф судорожно сцепил руки на затылке и разразился хриплым смехом:
— Как я мог не догадаться?!
Безликий оставался невозмутим:
— Я лишь показал, что ждёт, если ты останешься прежним. И что может быть, если выберешь иной путь, — бесстрастно констатировал он.
— А если бы... если бы я продолжил бороться? Не сдался твоему брату?! — Страйф дрожал. Впервые за всю долгую жизнь он ощущал, как мысли превращаются в вязкую, кипящую массу, готовую разорвать череп изнутри.
— Ты всегда жаждал познать всё до конца. Даже сейчас тебя привело сюда любопытство. Ты никогда не устоял бы перед искушением решить такую загадку.
— Но до рождения Амина... Если бы я тогда выбрал свободу ценой их жизней? — Давление прошлого почти физически сковывало плечи. Страйф был уверен, что видел полную картину. Но оказалось — видел, не понимая. Как он мог не разглядеть этого? Не догадаться, что его ведут нужным путём?
— Ты обрёл бы свободу. — Безликий не лукавил. — И стал бы тем, кем предназначил тебе быть твой создатель. Но ты выбрал иное.
— Но я же развоплотился. Это тоже было частью плана?
— Тебе нужно было сделать выбор. И ты его сделал! Что касается твоей необратимой гибели... — В словах Духа вновь неуловимой тенью проскользнула ирония. — Хватило детского рисунка. Нескольких строк стихов. И тех, кто стал ветром в твоих крыльях, Лорд, уже было не остановить!
Страйф сжал виски, пытаясь заглушить пульсирующую боль. Гнев, шок, изумление сплелись в тугой узел — таких острых ощущений Лорд не испытывал никогда!
— Как ты мелкого на это подбил? — вырвалось у него. Как ни тяжело было признать — его противник оказался куда прозорливее.
— О... Это чудесное дитя! — Края глубокого капюшона впервые слегка колыхнулись. А мерцание звёзд стало мягче, будто отражая улыбку. — Чистейшая душа. Я приходил к нему перед сном. Он так любил мои сказки! Так верил в них! И так мечтал о брате.
Страйф усмехнулся, замолчав на мгновение, пытаясь усмирить бурлящий ураган мыслей. Нервными шагами он начал мерить пространство взад-вперёд, до рези в суставах сжимая и разжимая пальцы.
— И для чего весь этот спектакль? Чего ты добивался?
— Перемены требуют жертв. Ты сам знаешь — чтобы измениться, нужно пройти через ад. Разве не так ты менял тех, кто рядом с тобой? — В том, что и как говорил Дух, впервые появились явные оттенки — странная смесь откровенности и почти что сочувствия. — Но что должен пережить тот, кто никогда не знал Жизни? Познать её суть. Обрести самое дорогое. И потерять это. Сделать выбор между собой и другими. Принять собственную смерть ради чужой жизни. Увидеть, как умирают те, кто жил ради него. Чтобы в конце... Нет, не обрести душу. Это вне моей власти. Но твоей душой стали те, кого ты научился любить.
— А сила, что во мне? — Страйф язвительно прищурился. — Ты ведь знаешь, мой создатель уже пытался призвать меня!
— Знаю. Тот, кто носил имя Аэтрейон, ответил бы на зов. Но тот, кто принял иное имя и понял его смысл, не станет слепым орудием. Твой создатель ещё вернётся. Всё упорядоченное стремится к Хаосу — такова природа материи. Но ты больше не позволишь уничтожить Миры, где живут те, кто стал тебе дорог.
— Значит, всё это время ты испытывал меня? — Страйф ощутил, как ноги будто вросли в землю. Остановить тело он смог. Но как остановить этот вихрь мыслей, этот шторм в груди?
— Не я, — отрезал Безликий холодно и абсолютно ровно, словно скользил по глади замёрзшего озера. — Я всего лишь проводник. Исполнял волю Мироздания, давая тебе выбор. Решения ты принимал сам. И менялся сам.
— И ради этой цели ты принёс в жертву собственного брата?! — Лорд почти кричал, отчаянно пытаясь вырвать у Духа хоть тень эмоции. Но провокации разбивались о каменное спокойствие.
— Как и ты своего, — невозмутимо парировал Безликий. — Ради той, что сейчас с тобой рядом. А мой брат... Он был Разумом Мира. Разум существует, чтобы обеспечить выживание. И он выполнил свою миссию. До конца.
Страйф застыл, поражённый. Такой готовности к самопожертвованию от Золотого Дракона он не ожидал. Горький смех вырвался из груди, а за ним последовали медленные, саркастические аплодисменты:
— Браво... Черт возьми, браво! Признаю поражение — ты переиграл меня подчистую!
— А разве ты чувствуешь себя побеждённым? — На этот раз ирония сочилась из каждого слова.
— Нет... Пожалуй, нет, — Страйф запрокинул голову, глубоко вдохнув. — И что теперь?
— Живи! — просто сказал Дух. — Ты так яростно боролся за это право — для себя и сторонников. Так воспользуйся же им! Мир открыт перед тобой. Познавай его, как ты всегда мечтал. Наслаждайся им. Изучай. А когда придёт час — встань на его защиту.
С трудом обретая внутреннее равновесие, Страйф медленно провёл взглядом по выжженной пустыне. Вдруг что-то привлекло его внимание — там, в тени почерневших камней, из раскалённого песка пробивался тонкий росток. Искривлённый стебель, покрытый острыми шипами, увенчанный цветком с тёмными лепестками. Такая хрупкая, но опасная красота! Жизнь вопреки всему нашла лазейку даже в уничтоженном Мире. Сколько бы Высшие силы ни старались превратить всё в прах — Жизнь оказалась упрямее!
Лорд задумчиво склонил голову. Раз уж разговор пошёл так откровенно...
— Скажи... — тихо спросил он. — Мирозданию... Ему вообще важно наше существование? — Он пристально всматривался в мерцающие звезды под капюшоном, пытаясь угадать ответ раньше слов. — Тысячелетия интриг, конфронтаций. Я и вовсе нарушил один из ключевых законов баланса! И что?
Широким жестом он обвёл рукой пустыню вокруг.
— Ты уже знаешь ответ, — отозвался Безликий. — Когда-то Мироздание было юным, и мы были ему нужны — как наставники и хранители. Теперь оно выросло. Мы всего лишь симбиоты, исполняющие роль.
— Защищать от внешних угроз?
— Да. И уравновешивать друг друга. Чтобы ни один симбиот не стал паразитом.
— Чем больше сила воздействия, тем больше сила, противостоящая ей. Как просто! — прошептал Страйф, и в его глазах вспыхнуло понимание. Теперь все кусочки мозаики окончательно сложились.
Он содрогнулся от мысли, что мог избежать этой встречи. Остаться в неведении. Шок постепенно отступал, уступая место знакомому жгучему любопытству. Сколько ещё предстояло осмыслить, разгадать, познать!
— Даже если мы все исчезнем в одно мгновение — оно устоит, — говорил Безликий. — Многое погибнет; перемены всегда болезненны. Но Мир выстоит! И продолжит существовать.
Дух повернулся и медленно зашагал прочь, ясно давая понять — разговор окончен.
Страйф проводил его взглядом, и вдруг образ упрямого ростка среди песков вспыхнул в сознании ослепительной идеей. Абсурдной, невероятной... Но...
— Постой!
Когда Безликий остановился, Лорд добавил:
— Это была достойная игра! С тобой... интересно!
Лорд протянул руку с немым вопросом. Безликий замер — даже звёзды на его «лице» перестали мерцать. Но затем сделал шаг вперёд и принял рукопожатие. Его ладонь была холодна, как космическая пустота, шершава, как древние свитки, и сквозь кожу просвечивали далёкие созвездия.
— И с тобой. — Лёгкий кивок был почти незаметен.
Но Страйф не отпускал, лишь сильнее сжал пальцы:
— Предлагаю реванш. — Его улыбка искрилась дерзким вызовом. — На моих условиях.
— Чего ты хочешь? — Шёпот Безликого напомнил шорох ветра в листьях.
— Если выиграю, помоги вернуть младшего брата! — Лорд замер, а звёзды в складках капюшона вспыхнули затейливым, подвижным узором. — Я получил второй шанс — значит, и он его заслуживает! Он... вернул мне её. Провёл через изменение. Я в долгу.
— А если проиграешь?
— Не проиграю! — Смех Страйфа звенел наглой уверенностью. — Теперь я играю не один! Как ты сказал: те, кто стал ветром в моих крыльях. — Взгляд непроизвольно упал на тонкий белый шрам на ладони, сердце тут же сжалось, по телу прошло тепло. — Обыграешь нас всех?
— Что же... Посмотрим. — Капюшон колыхнулся, звезды на бархате тьмы ослепительно вспыхнули. — Да будет так!
КОНЕЦ
От автора:
Another turning point, a fork stuck in the road
Time grabs you by the wrist, directs you where to go
So, make the best of this test, and don't ask why
It's not a question, but a lesson learned in time*
*Еще один переломный момент, развилка на пути
Время хватает за руку и ведет, куда должен идти
Так что держи удар, не вопрошай «зачем»
Здесь важен лишь урок, что нужен всем.
Good Riddance (Time of Your Life), Green Day
Это слова из песни, которой Грины традиционно закрывали концерты. Слова, которые, я бы хотела сказать своим героям. И добавила бы:
«Вы так долго были со мной, ребятушки, что я уже и не вспомню момент, когда вы появились впервые!
Это был очень долгий путь — путь, на котором вы позволили наблюдать за вами. Рассказывали истории... Причём одни и те же события в ваших версиях звучали совсем по-разному! Вы спорили, ругались, отстаивали каждый свою правду, обижались друг на друга... А порой — и на меня, за то, что не соглашалась. И в отместку не пускали дальше, не давая разглядеть, чем же всё закончится.
Было невероятно интересно — следить за вами, слушать, представлять, какими вы могли бы быть на самом деле...
И теперь я даже не знаю, как буду без вас!
Я так долго шла рядом, переживала, болела за вас. Но теперь – дальше сами.
It's something unpredictable, but in the end is right
I hope you had a time of your life*
Непредсказуем путь, хорош он лишь в конце
Надеюсь, всё понравилось тебе
Я буду по вам очень скучать.
Удачи!»
А вам, мои дорогие читатели, всем и каждому, я хочу сказать огромное, искреннее и душевное спасибо! За ваши трогательные переживания, юмор, шутки, тревогу, а порой гнев и негодование... Каждому бесконечно признательна и благодарна!
Бесконечное, ангельское терпение VtuberSadcat, которая делала обложки? Фантастика же! И сейчас я понимаю, что никакой другой картинки там быть просто не могло!! Я ждала именно их)
Моя особенная признательность, почтение и любовь вам, бесподобные волшебницы, кто со мной шёл до финала!
Ваша поддержка и интерес неоценимы для меня!
Polly_April NikaMussina Ritheu
Полли, твои добрые слова всегда были как нельзя кстати! В те моменты, когда уже накрывало, ты что-то писала хорошее, и я понимала — всё не впустую) 🙏 Хорошо или плохо, но я закончила эту дичь!!!)))
Моя отдельная вечная любовь неповторимой MatrosovSISTERS. Без твоей веры в эту дичь, я бы не дошла до конца! Если бы не ты была первым читателем, возможно, история так и не была бы дописана. Но ты ждала, а я не имела права тебя подвести! ❤️
А что до наших героев...
Поверьте, дальше у них все будет
ХО-РО-ШО!
Берегите себя!
Всегда ваша, Дракоша Джул
24.03.2025