8
На часах было около половины пятого утра, а значит, город понемногу начинал просыпаться.
В жилых домах, находящихся чуть дальше от моего места нахождения, то и дело зажигались миллионы маленьких огоньков. Из-за отсутствия своих очков и линз, оставшихся дома на полке в ванной комнате, всё расплывалось перед глазами. Я хмурилась, пытаясь сфокусировать взгляд на одной точке. Это тяжело получалось, глаза начинали болеть, и через какое-то время мне пришлось прекратить занятие.
Стоя посреди трассы, я обняла себя за плечи и наблюдала за восходящим утренним летним солнцем. Наблюдала за этим так, будто никогда больше не увижу его.Воздух ранним утром был чист и прозрачен, но прохладен. Я ощутила, как безумное множество мурашек пробежалось по моему телу, оставив за собой неприятное чувство. Я передёрнула плечами.
Легкий золотой туман.
Прекратила гипнотизировать туманным взглядом небо, я пнула камень, лежащий рядом с белым носком Converse, и подняла обратно голову, зацепившись за пробуждением всего живого.
Край неба, обращенный к востоку, начинает розоветь. На фоне светлеющего неба проступают силуэты деревьев, с которых ветер как бы осторожно сдувает туман. Вот показался краешек солнышка, и все вокруг заискрилось, засверкало тысячами разноцветных переливающихся огоньков. Солнышко помедлило, словно запуталось где-то, и вдруг выкатилось на простор золотым колесом со своими огненными лучами. Вместе с солнечным светом начинает оживать природа. Тихо веет теплый ветерок. Просыпаются птицы.
Уголки губ на лице приподнялись.
Спокойная мелодия зазвучала из заднего кармана моих шорт.Переваливая с ноги на ногу на одном месте, я быстро заморгала и, разорвав контакт с утренним солнышком, достала свой мобильный.
— Алло? — медленно протянула, вслушиваясь в звуки, которые приветствовали её по ту сторону.
— Ты опять на трассе? — поинтересовался мужской голос.
Я находилась в LA уже неделю и за это время нашла для себя любимое место, где встречала почти каждый день рассвет или закат, каталась на купленном в первый же день скейтборде и работала над своим портфолио, фотографируя местность.
Эмметт Кларк был простым среднестатистическим мужчиной, работающим с понедельника по пятницу без больничных дней и отпускных, выходящим на работу с широкой улыбкой. Отец любил своё адвокатское бюро, которое считалось одним из лучших в LA. После переезда Эмметту пришлось постараться удержать ту былую славу своего бюро, которая была в Лондоне, и у него это получилось.
Я задумалась всего на секунду, решая в голове как именно ответить отцу, и на выходе произнесла лишь одно: — Да.
На самом же деле, Эмметт (Так я звала его только за глаз) был заботливый и уравновешенный человек, который мог постоять за себя и свою семью и в физическом, и в моральном плане. Его ум и прочие лучшие качества были гордостью дедушки Чарли, который до сих пор всем рассказывал, что это его заслуга.
Иногда, я думала, что не прихожусь родной дочерью Эмметту. Я была слишком вспыльчива и агрессивна по отношению к людям, остра на язык и не умела держать свои мысли в своей голове без необходимости. Дед Чарльз любил ворчать, что я это какой-то изъян уважаемой семьи Кларк, а я лишь фырчала и рычала на дедулю.
— Сегодня вечером приедет дедушка Чарли, детка. Ты помнишь?
Я осмотрела пустую трассу.
— Мне обязательно нужно быть на ужине?
— Это твой дедушка, Карли. — Отцу было тяжело принять тот факт, что именно с дедушкой Чарли у меня сложные взаимоотношения. — Приезжай домой, Таня и Элис одни не справятся с подготовкой дома.
— Скоро буду.
Только собравшись убрать телефон в карман, я неожиданно получила сообщение в Tinder от Эвана Бакли. Мне резко вспомнила день приезда в LA, я покраснела от воспоминаний и заблокировала телефон, даже не удосужившись прочитать сообщение.
Потом.