Глава 1. Вечеринка
Всё началось, когда я стояла на грани между жизнью и смертью в больнице. Меня откачивали от передозировки наркотиков.
Возможно, ничего бы и не произошло, если бы несколько дней назад я не захотела пойти на вечеринку в честь восемнадцатилетия парня моей близкой подруги. Сама вечеринка начиналась действительно здорово: музыка, лёгкий алкоголь, много друзей, но потом, уже к полночи, к нам присоединилась ещё одна компания подростков, что была достаточно известна в нашем городке. Они состояли из панков, рокеров, парочки готов и простых ребят, но меня всегда интересовало: что их всех может связывать? Уже через час я поняла - наркотики.
Каждый из этой компании хоть раз в жизни пробовал наркотики, а кто-то даже зависим от них до сих пор. Тем не менее, со стороны они выглядели обычными ребятами, которые пришли на вечеринку к старому другу.
Как я уже говорила, их объединяли наркотики. Чейз, главный в той компании, вручил коробку имениннику, сказав, что это что-то вроде посвещенич в их компанию и что сейчас будет реально круто. Всем было интересно узнать что там внутри. Коробку быстро открыли, и та была набита сверху донизу пакетиками, сигаретами и прочей травой.
Я даже не знаю, как описать лицо Дэна в тот момент, но это явно не было лицом "О боже! Мне подарили наркотики!", а что-то вроде "Это лучший подарок на свете, Чейз, но я слишком счастлив, чтобы сказать это". Ну а потом, чтобы всем стало действительно не скучно, Дэн раздал каждому то, что он хотел, причём, похоже, никого, кроме меня это не удивило. Я предложила Николь уйти, но та сказала, что ничего плохого не случится, и мне стоит успокоиться. Так что, я осталась. Мне, как одному из самых близких друзей, Дэн вручил одной из первой выбирать чего я хочу больше: травки или пакетик. Он так шатался, когда подошёл к нам с Николь, что мне было страшно узнать сколько он уже выпил и скурил. Николь взяла себе и мне, сказав, что я просто стесняюсь. Чейз предложил ей затянуться, и та быстро согласилась, пытаясь перестать нервничать и расслабиться. Только вот Николь легче не стало: её начало тошнить уже буквально через пару секунд. Её жутко рвало, и кайфа она так и словила. Честное слово не знаю чем она затягивалась с ним. Ещё где-то через час, когда подруге полегчало, мне уже звонила мама, чтобы я немедленно шла домой. И, знаете, я бы ушла, если бы Чейз не увидел того, как я сваливаю. Он опозорил меня перед всеми, сказав, что я могу "только слушаться мамочку и не иметь собственного мнения". Честно говоря, мне было всё равно слышать такие слова от человека, что был не в состоянии даже просто стоять на ногах и адекватно говорить, но его "дружки" взяли меня за руки и повели снова в дом. Я не могла вырваться, а Николь и Дэн даже уже не соображали. Похоже, Николь успела затянуться ещё какой-то дрянью. Они забрали мой телефон и сказали, что теперь будут внимательно смотреть за тем, чтобы мне было весело. Может это и так, что они собирались заставить меня накуриться чем-то запрещенным, но ничего так и не произошло.
К половине второго ночи ещё никто даже не собирался уходить домой, а я включила роль мамочки, пытаясь всё это остановить, но всем с каждой новой сигареткой становилось только веселее. Тогда Николь предложила и мне наконец-то покурить мою. Мне что-то не очень хотелось, но она настаивала. Признаюсь, мы с ней можем иногда покурить, но это только тогда, когда нам кажется, что наша жизнь полное дерьмо, и никто не сможет нам помочь. Мы курим очень редко, поэтому не считаем, что мы зависимы. Мы уверены, что сигареты просто помогают нам забыть о наших проблемах, даже не стараясь их решить. Так нам становится легче.
А сейчас покурить - вовсе не "тот" случай. Сейчас она предлагает мне затянуться просто, чтобы нам было весело и хорошо, чтобы тело наполнялось эйфорией, но никто даже не задумывается, что вскоре это "наслаждение" закончится, и нам всем будет ужасно хреново. Тем более, я считаю, что мы уже давно не испытываем такого кайфа, как после первой выкуренной в нашей жизни.
Меня, ещё даже не затянувшись, уже тошнило от запахов сигарет в доме. Чего только они не курили... Дэн вообще с ума сходил. Это его первый раз, когда он попробовал наркотики, а он уже испытал героин. Конечно же, я была в шоке понимать, что теперь он на всю жизнь наркоман. Николь потянула меня за руку. Я сразу же сказала ей, что готова выкурить только одну сигарету от Дэна. ТОЛЬКО одну, вспомнив слова какого-то замечательного человека: "От одного раза ничего не будет". Всё же я надеялась, что они не особо отличались от тех, что мы покупали в магазинах. Я согласилась только ради Николь, чтобы быть с ней рядом, если ей вдруг станет снова очень плохо, или чтобы я вызвала скорую, если кто-нибудь потеряет сознание, а ведь даже, если это действительно произойдёт, никто и не подумает позвать на помощь. Да и что вообще в таком состоянии можно подумать?
Я и Николь вышли на балкон. Здесь не так сильно чувствовался запах дыма в воздухе, а в доме он словно перекрывал кислород.
- Дэн такой придурок, - сказала Николь. - Я просто ненавижу его. Он снова переспал с Эбби, а я только сегодня узнала об этом.
- Он изменял тебе? Давно? - Последние четыре месяца. Мне Кимберли сказала об этом. Они раньше близко дружили с Эбби, я знаю, - сказала она, поджигая нам сигареты.
- Я не ожидала от него. Он ведь так сильно тебя любил как бы...
- Да, но ведь сколько в нашей жизни ещё будет моментов, когда мы будем уверены, что наша жизнь разрушена, что у нас нет будущего или, наоборот, оно будет, но настолько невыносимым, что тогда мы задумаемся: а нужна ли вообще такая жизнь? В итоге мы хоть на секунду, но подумаем о самоубийстве, и нам этого не избежать, потому что мы сами придумываем себе проблемы, сами уничтожаем себя, когда можем просто идти вперёд, закрывая глаза на всё то дерьмо, что происходит. Значит, мне стоит забыть его, хоть я действительно что-то чувствовала к нему, - сказала Николь, глубоко затягивая сигарету, что между её пальцев. - Это только наше начало. Ещё прорвёмся.
В ту ночь я уже не в первый раз задумалась о смысле жизни. И я поверила, что мы ещё найдём себя, будем поддерживать друг друга. Она затягивалась, и я тоже. И уже не казалось всё таким мрачным.
Втянувшись ещё пару раз, я сказала Николь, что мне понравилась эта затяжка, и в действительности всё было так. Чувство эйфории наполняло моё тело, потом появились галлюцинации, но я видела, точно видела яркие звезды, полупрозрачные шары, тени... Я начала слышать звуки цветов. Мне до смерти хотелось смеяться, и я просто не могла себя контролировать. Я смотрела на Николь. Она стояла и, закрыв глаза, словно зависнув в пространстве, она говорила что-то, но я совсем не могла её слушать. Ещё несколько минут мне было невероятно хорошо, но потом чувство блаженства исчезло, и я подумала о втором шансе искусственного перемещения в другую реальность, словно в рай. Сказать парой слов, я захотела ещё, но мой отключенный мозг и дикое недержание равновесия не давали мне связать и предложения. Всё равно я думала о том, насколько мне было круто. Когда уже и Николь отпустило, мы просто стояли, забыв, почему мы вообще пришли сюда на этот балкон. Я пыталась вернуть то чувство блаженства и без сигарет, но моя неожиданная толерантность к этой дряни была сильнее. Докурив свою сигарету до конца, я решила пойти, чтобы взять нам ещё, но вдруг мне стало очень плохо. Мои глаза заслезились, и я едва могла дышать. Лёгкие будто перестали выполнять свою функцию, и в глазах резко потемнело. Голова словно наполнилась странным шумом, голосами и звуками. Я оперлась на оконную раму, чтобы не упасть и не потерять сознание. И тут я начала соображать, что сама себе я скорую не вызову. Я не могла понять, почему после одной и той же сигареты у меня разный эффект.
На балкон зашёл Дэн. Он захлопнул за собой дверь и, будто не замечая меня, начал нежно приставать к Николь, поднимая ей и так короткое платье.
- Убери руки! Ты под кайфом! - закричала ему Николь, пытаясь сконцентрироваться на своей ещё не полностью выкуренной сигарете. - Не подходи ко мне!
- Пошли со мной, - прошептал он ей, но я услышала.
- Ни за что, - ответила Николь.
Она повернулась к нему и затушила свою сигарету прямо в низ его живота. Я даже представить не могла, насколько ему было больно, но Николь явно больнее, либо её ещё не отпустило. Под кайфом были и мы, но она точно полностью не соображала. Она, не сожалея, крепко взяла меня за руку, кинув мою сигарету в пепельницу и сказав, чтобы мы уходили прямо сейчас, но мне было слишком плохо, чтобы идти. Она попросила меня опереться на неё, что я и сделала, и мы быстро ушли, пока Дэн извивался от боли, лежа на холодном полу в том балконе.
Пройдя меньше квартала от дома, я уже теряла сознание: ноги подкашивались, в глазах мутнело, и меня тоже жутко начало тошнить. Николь смеялась, когда смотрела на меня, да и куда угодно, но я её не винила: я знала, что первые десять минут после этой сигареты ещё не прошли. Я не могла понять что за сигареты нам дал Дэн, что я так медленно мучилась. Николь сделала даже больше затяжек, чем я, но даже ей было не так плохо. Я замедлялась, как и моя речь, и, когда уже наступил пик, я упала прямо на асфальт, умоляя Николь вызвать мне скорую. Похоже, всё-таки, сигареты у нас были не те, которые мы курили обычно, хотя и выглядели так одинаково.
Соображать я уже могла только через пару дней, лежа в больнице, рядом с мамой в слезах. Мне говорили, что я могла умереть. И кто знал, что всё так получится?