13 Часть.
— Не понимаю о чем ты. — Сесть рядом не было желания, да и не хотелось надолго задерживаться наедине с матерью.
— Ты прекрасно понимаешь! — Она поджала губы, дабы не повысить голос. — Наша жизнь словно американские горки. Почему господин Пак все еще не благосклонен к отцу? — Заметив, что я открыла рот для ответа, мать выставила руку вперед, затыкая меня. — Та сделка заключена. Но нервы потрепаны немалые! Отец предполагает, что это Чимин нашептывает своему отцу. Почему?
— Что ты от меня хочешь? — Я потопталась на месте, стоя напротив матери. Смотря сверху вниз, я чувствовала себя более уверенной, давление с ее стороны сказывалось не столь ярко. — Я вышла замуж, как вы и просили. Забила на свои желания и приоритеты. Что еще?
— На какую такую жизнь ты забила по-твоему? — Мать сморщилась от столь вульгарного слова в моем лексиконе. Женщина искренне считала, что предназначение моей жизни заключалось лишь в угождении потребностям семьи.
Мои ноги сами подвели меня ближе к матери, сидящей с закинутой ногой на ногу. Я скрестила руки и немного склонилась к ней. По себе знала, такая поза могла давить, давая ощущение загнанности.
— Я отказалась от той жизни, от которой отказаться не смогла ты…
Я видела, как тяжело задышала женщина. Каждое мое слово раскаленной сталью должно было пройти путь от ее ушей до мозга. Она поняла…
Я обернулась, чтобы упиться моментом падения в бездну собственной матери. Она поднесла ладонь к шее, протирая ее настолько сильно, что останутся красные следы. И этот испуганный взгляд, направленный в мою сторону. Этот вечер стоил того…
Каждый за столом заметил нервное настроение матери. Ее движения были напряженными, а натянутая улыбка угасала с завидной частотой. Я же, наоборот, дарила искренние улыбки всем присутствующим.
Угощения на столе вдруг расцвели насыщенными оттенками, а вкус каждого кусочка вареной свинины стал слаще.
Чимин бросал на меня взгляды, не понимая, что могло меня так осчастливить. Конечно, он уловил мрачность матери, которая только и ждала, когда мы покинем их дом.
Поговорив немного о бизнесе и делах с отцом и Намджуном, Чимин повернулся ко мне и произнес:
— Мина, может покажешь свою комнату?
Моя улыбка сошла с лица, и я сглотнула. Показать комнату Паку все равно, что впустить его в частичку своей души. Мое убежище, в котором я была собой. Страдала, грустила, злилась, редко радовалась, но находила успокоение. Порой прислушивалась к шагам матери, надеясь, что она пройдёт мимо моей двери, и облегченно выдыхала, когда так и происходило. А теперь… муж хочет осквернить мое пристанище своим тяжелым взглядом и двуличной улыбкой?
— Мина, с тобой все в порядке? — Отец положил руку на мою ладонь, второй придерживая палочки.
— Да-да… — я выдавила ответ и, улыбнувшись Чимину, спросила: — Сейчас?
— Если никто не против. — Он обвел сидящих взглядом, а меня тошнило от его вежливости.
Конечно же, все дружно умилились и благословили нас на «крестовый» поход.
Я медленно поднималась по лестнице, держась за перила. Чимин следовал за мной. Когда моя комната показалась, я обернулась к мужчине в надежде, что он передумал, но Чимин лишь ждал, пока я пройду вперед. Именно это я и сделала, открывая дверь цвета слоновой кости и приглашая его внутрь.
Мне и в голову не пришло включить свет. Я села на край застеленной кровати. В комнате было все так же, как и несколько месяцев назад. Оглядывая все кругом, я вдруг осознала, что только этот небольшой периметр во всем мире могла назвать своим домом.
Вспомнив с какими надеждами выходила в последний раз из собственной спальни, я горько улыбнулась. Новая жизнь, человек, которому будет до меня дело, все это пронеслось перед глазами и приземлилось в мусорную яму.
— М-м-м… — Чимин включил свет. Медленно двигаясь, он проводил рукой по мебели.
Мужчина остановился перед полками с книгами и различными безделушками и предметами из детства, хранившиеся на память. Такими, как сувениры, стеклянными шарами, внутри которых сидели гномики.
Чимин взял один из них и встряхнул, смотря, как снег медленно в нем кружится и падает.
Мое тело напрягалось, когда Чимин всматривался в каждую деталь по отдельности, будто изучал не игрушки, а меня саму через них. Пальцы мужа застыли на небольшом красном автомобиле с белыми разводами по бокам.
— Это… откуда… — Он взял игрушечную машинку в руки, аккуратно поглаживая большим пальцем. Чимин внимательно смотрел на меня. Его глаза были широко раскрыты, словно он узнал что-то невозможное. — Тебе нравилось такое?
— Нет. Это подарок. — Я встала и подошла к мужу. Взяв из его руки машинку, добавила: — Единственный подарок в моей жизни. — Я положила ее на маленькую бархатную подушку, с которой она и была взята Чимином.
Мне хотелось протереть ее тряпкой или вытереть об платье. Лишь бы стереть отпечатки Пака с глянцевой поверхности.
В голове появился образ пухлощекого мальчишки, в комнату которого я забрела в далеком детстве. На празднование дня рождения мальчугана позвали все семьи из их круга вместе с детьми. У него была целая коллекция подобных авто. Каждая мини версия реальных машин, в четкой симметрии друг от друга, покоилась на полке детской спальни. Мальчик гордился каждой из них и, с удовольствием рассказывал про плюсы и минусы той или иной «тачки». Он совсем не злился, что незнакомая девочка пробралась к нему в комнату, хоть и случайно, наоборот, мальчишка решил похвастаться, позволяя смотреть на свое сокровище и даже потрогать. После всего хозяин коллекции предложил выбрать любую из машинок в качестве подарка.
Даритель был бы счастлив узнать, что я всей душой хранила его подарок. К сожалению, больше новоиспеченного друга маленькая Мина не видела.
Почувствовав навернувшиеся слезы, я попыталась отвернуться, но Чимин схватил меня за локоть, поворачивая к себе. Его глаза изучающе бегали по моему лицу, а я смотрела на маленькую сережку в правом ухе парня.
В следующую секунду губы Чимина оказались на моих. Это не был поцелуй, лишь прикосновение. Глаза мужчины были прикрыты, веки слегка дрогнули. Он тяжело дышал через нос, я же вообще не дышала.
Опомнившись, я отвернулась на бок, из-за чего губы Чимина мазнули по моей щеке.
— Что это было? — выдавила из себя вопрос, не вырывая локоть из хватки мужа.
— Забудь. — Чимин отпустил меня и, бросив беглый взгляд на полочки, быстрым шагом вышел из спальни.
Забудь…
Зачем ты делаешь то, что просишь забыть, Пак Чимин?..
Продолжение следует