6 глава
Арсений вскрикнул — первый настоящий звук за долгие годы. Тени с него осыпались, как чёрные лепестки, и под ними оказалась кожа — бледная, теплеющая с каждой секундой.
Когда Антон открыл глаза, перед ним стоял человек.
Высокий. Голубоглазый. Живой.
— ...Арсений?
Тот поднял дрожащие руки — настоящие, без тени — и прикоснулся к своему лицу.
— Я...
Голос сорвался. Он заплакал.
Антон обнял его — крепко и засмеялся прямо в его плечо:
— Видишь? А говорил — «не знаю способа».
Руки Арсения дрожали, когда он впервые за долгие годы коснулся коры дерева по-настоящему — без того, чтобы пальцы растворялись в дымке. Он сжал ствол сосны, вонзил ногти в шершавую поверхность, вдыхая запах смолы.
— Я чувствую, — прошептал он, и голос его был хриплым от непривычки.
Антон стоял рядом, не в силах сдержать улыбку. Он наблюдал, как Арсений трогает мох под ногами, как поднимает голову к солнцу, щурясь от непривычно яркого света. Как дотрагивается до своих губ — тех самых, что только что прижались к Антоновым.
— Ну что, леший, — Антон толкнул его плечом, — теперь будешь снова людей в лесу пугать?
Арсений повернулся к нему. Его глаза — теперь полностью человеческие — блестели.
— Только тебя, — сказал он, и вдруг рванулся вперед, повалив Антона в траву.
Они катались по земле, смеясь, как мальчишки, и Арсений вдруг замер, осознав:
— Я... тяжелый.
— Ага, — Антон задохнулся от смеха, — и ещё какой! Слезай, дурак, ребра мне поломаешь!
Но Арсений не слез. Он просто смотрел вниз, на Антона, и его выражение лица сменилось с радостного на что-то более серьёзное.
— Спасибо.
Антон почувствовал, как по его щекам разливается жар.
— Да ладно...
— Нет. Ты... вернул мне всё.
Они лежали так ещё несколько минут, пока Антон вдруг не вспомнил:
— Ой, чёрт.
— Что?
— Деревня.
Арсений помрачнел.
— Они... не примут меня.
— Ну, дед Елисей точно сдохнет, — Антон сел, хрустя спиной. — Но мы что-нибудь придумаем.