10 глава
Вечер выдался тихим и прохладным. После долгого дня в огороде Антон потянулся, чувствуя, как ноют мышцы, и вдруг хлопнул Арсения по плечу:
— Давай в баню сходим.
Арсений поднял брови:
— Баню?
— Ну да. Ты же никогда не был в нормальной бане, да?
— Я... не помню, — признался Арсений, но в его глазах уже вспыхнул интерес.
Банька стояла на отшибе, за домом, маленькая, почерневшая от времени, но крепкая. Антон разжёг печь, а Арсений сидел на лавке и наблюдал, как огонь пожирает дрова, озаряя стены трепещущими отблесками.
— Красиво, — прошептал он.
Антон улыбнулся:
— Подожди, это только начало.
Когда баня натопилась, они зашли внутрь. Густой пар сразу обволок их, обжигая кожу. Арсений ахнул:
— Горячо!
— Так и надо, — Антон плеснул воды на камни, и пар рванул вверх с шипением.
Арсений зажмурился, но потом медленно расслабился, вдыхая влажный воздух.
— Это... приятно.
Антон кивнул:
— Вот видишь. А теперь ложись на полок.
Арсений растянулся на теплых досках, а Антон взял веник — дубовый, пахучий. Первый легкий удар по спине заставил Арсения вздрогнуть, но потом он застонал от удовольствия.
Антон смеялся, похлопывая его листвой по плечам, спине, ногам. Пар делал кожу чувствительной, и каждое прикосновение отзывалось теплом.
— Ну что, леший, нравится?
— Да...
Арсений перевернулся на спину, и их взгляды встретились. Капли пота стекали по его лицу, губы были слегка приоткрыты. Антон замер, внезапно осознав, как близко они сейчас.
Он опустил веник и просто прикоснулся к груди Арсения ладонью. Тот не отстранился. Наоборот — его рука медленно поднялась, пальцы вплелись в Антоновы.
Пар кружился вокруг них, скрывая от мира.
— Я не знал, что так бывает, — прошептал Арсений.
Антон наклонился, и их губы встретились — соленые от пота, горячие, живые.
Они вышли на крыльцо, завернувшись в простыни. Ночь была звездной, и воздух после бани казался особенно свежим. Арсений прижался плечом к Антону.
— Спасибо.
— За что?
— За всё.
Антон обнял его, чувствуя, как бьётся под ладонью чужое, но такое родное сердце.
— Да ладно тебе. Это только начало.
И где-то вдалеке, за лесом, ветер шевелил листья, будто соглашаясь.