Нарутики и т/и

Воздух прекращает поступать в лёгкие. Чувство тошноты заполняет все внутри, тело трясет, а на лбу выступил холодный пот.
Я не могу верить в это.
Это все глупая, неудачная, тупая шутка. Слёзы льются рекой, а пустота заполняет сердце.

*** За несколько часов до этого.

До поселения оставалось идти всего ничего.
После произошедшего в Горячих Источниках, я старалась не смотреть на Какаши, а если и чувствовала его взгляд на себе, краснела до кончиков ушей.
Мы устраивали несколько коротких перевалов, чтобы перекусить, а затем двигались дальше.
Признаюсь, я ещё тот параноик, и меня всегда преследует чувство тревожности.
Но никогда, ни в один день у меня не было столь сильного плохого предчувствия.
Хатаке даже сам это заметил, и пытался спрашивать "что случилось?", но после моего второго ответа "ничего" - сделал вид что успокоился.

Вокруг было совсем темно, и лишь тухлый свет фонарей позволял что либо увидеть.
Жители деревни давно лягли спать, и на улицах практически никого не было кроме нас.
Какаши любезно предложил проводить меня до дома.
Жили мы довольно таки рядом, и он сказал, что ему не составит никакого труда.
У входа в дом, друг другу напомнили про отчёты, которые нужно сдать к концу следующей недели. Попрощавшись, я открыла дверь и начала подниматься по темной лестнице.
Неприятное чувство тревоги медленно начало всплывать в груди, а густой ком в горле не давал нормально вдохнуть. Стало трудно дышать, паника внутри начала с каждой секундой расти. Перед глазами стало темно, а сознание вот вот уплывёт.
К чему весь этот приступ?
Никакого стресса не было, миссия была несложная, а источники помогли расслабиться.
Оперевшись о перила, картинка перед глазами начала потихоньку возвращаться.
Тошнота отступила, а голова перестала кружиться.
Медленно, ступенька за ступенькой, снова начала подниматься наверх. Оказавшись у входной двери моя рука уже потянулась к звонку, но вспомнив что на дворе непроглядная ночь, я устало начала искать ключи.
Казалось прошла целая вечность, пока я нашла их в одном из карманов рюкзака.
Вставив ключ в замочную скважину, я повернула его.
Перед глазами открылся пустой, темный коридор.
Окон в этой маленькой комнатке не было, так что и разглядеть практически ничего невозможно. Выдохнув, я переступила порог квартиры, а затем наступила тупая боль в области затылка, звон в ушах и темнота.

***

В сознание я пришла, но вот глаза разлепить так и не смогла.
Казалось, что все силы и энергия покинули тело и больше никогда не вернуться.
Неприятный звон в ушах, а ноги и руки будто онемели.
Набравшись сил я постаралась открыть глаза.
Яркий неприятный свет сразу резанул взор, а из груди вырвался жалостный стон.
Поднять руку так и не получилось, как и пальцы: всю конечность сразу пронзило неприятное ощущение, которое заставило скривиться.
Когда глаза привыкли, первым, что я увидела - белый потолок.
Значит, я не дома.
Да и кровать слишком мягкая.
В нос ударил специфический запах лекарств, хлорки и освежителя воздуха.
Слух ещё не до конца восстановился, но рядом с собой я почувствовала суматоху.
Все тело моментально напряглось, но повернув голову и увидев знакомые пепельные волосы, я лишь с облегчением вздохнула.

- Минами, ты слышишь меня? Минами?

- Слышу, слышу...Не шуми так,- Голова неприятно заболела, а шум в ушах только увеличился.

- Как ты? Что то болит? Мне позвать врача?

- Нет, Какаши, не стоит.
Вот только конечности свои почувствую и все нормально будет.

- Тебе помочь сесть?

Я лишь устало кивнула в знак согласия.
Мужчина быстро, но аккуратно, помог мне принять удобное сидячее положение.
Сев возле меня, Хатаке медленно убрал прилипшую от пота прядь волос с моего лба.

- Ты помнишь что произошло?

- Помню что зашла в квартиру, а дальше провал.
Объяснишь почему я в больнице?

Какаши заметно помрачнел.
Было видно, что следующие слова будут для него непростыми.
По его лицу можно сказать что он и вовсе ничего не хочет говорить. Прикрыв глаза и при этом выдохнув, мужчина нехотя произнес:

- Ты была в отключке два дня. Я решил зайти к тебе, узнать насчёт твоих планов на дальнейшие миссии и по отчёту...,

- Я нахмурилась, непонимающе уставившись на мужчину.
В каком смысле 2 дня?
Почему так долго?
Что вообще происходит?,

- Я зашёл...
Поднялся и увидел открытую дверь.
Не полностью, только слегка.
Я сразу почувствовал что-то неладное, но чужое присутствуе не ощущал.
В общем я нашел тебя, без сознания. По всему полу была размазана кровь, был ужасный запах и полная тишина. Ты лежала в гостиной, голова была в крови а дыхание было еле слышным.
Я решил найти твоих родителей...
Но,
- Хатаке прокашлялся.
Он нащупал мою руку и аккуратно сжал ее своей,

- Они мертвы, Минами.
Их убили.
Настала тишина.
Ни единого звука.
Глупо хлопая глазами, я не могла поверить в услышанное.
Была надежда ,что мужчина решил неудачно пошутить, включив все свои актерские навыки, но соответвущей реакции не последовало.
Решив брать все в свои руки я нервно усмехнулась и прошеплата:

- Какаши, что за глупость? Неудачная попытка пошутить. Абсолютно,
- Слезы начали перекрывать взор. Тело начало трясти, а воздух переставал попадать в лёгкие,
- Скажи что нибудь!
Скажи что это шутка!,
- Я не контролирую свои эмоции, они берут надо мной власть,
- Это глупость, Какаши!
Где они?
Я вскакиваю с места.
Все тело пронзает острая боль, я чуть ли не падаю, но вовремя беру себя в руки.
Как сумасшедшая, начинаю озираться по сторонам, не думая что делать дальше.
Комната начала яростно крутиться, а ноги подгибаться.
- Минами, тебе нельзя подниматься! - руки Хатаке подхватили мое ослабшее тело и понесли обратно на кровать.
Из глаз лились слезы, громкие всхлипы вырывались из груди. Мужские пальцы поглаживали по волосам утешая.
Тихий, успокаивающий шёпот раздавался прямо возле уха, а те силы, что яро прибыли ко мне на минуту, снова начали покидать тело.

***
Очередные приходы в чувства были...тяжёлым.
Одна голова будто весила тонну, не говоря о других частях тела.
И так каждый раз.
Из за истощения, как и морального, так и физического, мое тело сильно ослабло, поэтому мне необходимы восстановление и медицинская помощь.
Знаете это чувство, когда после истерики внутри становится пусто.
И ни единой эмоции.
Ты все выразил через слезы, оно все ушло.
И ничего нет.
Лишь пустота.
Вот такое у меня ощущение уже неделю.
Потерять последних родных людей...
Очень больно.
Ты один.
Абсолютно.
Вокруг больше никого нет, к кому ты мог обратиться за любой помощью, с любым вопросом и просьбой.
У меня не осталось сил даже на слезы.
Из за бессониц под глазами появились огромные синяки, из за отсутствия аппетита значительно уменьшился вес.
Мои ребра стали ещё больше выпирать, а на лице стали видны отчетливые скулы.
Какаши единственный, кто...
Не забыл про меня.
И приходит практически каждый день: приносил фрукты, мой любимый сорт яблок или рассказывал что происходило интересного за дни.
Я не могу точно описать все чувства что переполняют меня к этому мужчине.
Сначала он холоден, а затем навещает как по расписанию, улыбается милой улыбкой сквозь маску и пытается поднять мне настроение.
Неприятное ощущение и чувство того, что Хатаке все это делает из за жалости не покидает меня и по сей день.
Но видя его искренносить, неподдельную заботу и доброту в глазах, хочется верить ему.
Я не знаю всего того что он таит у себя глубоко внутри.
Сколько потерь и поражений он перенес.
Сколько горя и несчастья он вынес.
Я хочу узнать это.
хочу познать его.