-Стук ножа, звон телефона.
Ночная Москва за окном такси расплывалась в неоновых полосах. Аврора прислонилась лбом к прохладному стеклу, чувствуя, как внутри всё ещё вибрирует напряжение от недавнего появления Семёна в кофейне. «Редкий экземпляр», «дешевая мишура» - его слова царапали мысли, не давая расслабиться, но стоило машине затормозить у её подъезда на Чистых прудах, как Вертинская глубоко вдохнула сырой весенний воздух и тряхнула головой.
- Не дождёшься, Лесков, - прошептала она, выходя из машины. - Мой вечер ты не испортишь.
Квартира встретила её тишиной и едва уловимым ароматом лавандовых свечей, которые она зажигала утром. Аврора первым делом скинула ботильоны и тренч, оставаясь в том самом мягком кашемировом кардигане, который за день пропитался запахом кофейных зерен и... немного его парфюмом, тем самым холодным металлическим шлейфом с примесью шоколада, что окутал её во время его минутного визита.
Она прошла на кухню, включила гирлянду над окном - маленькие желтые огоньки мгновенно превратили обычную комнату в сказочный грот. Ритуал приготовления позднего ужина был для Авроры священным, девушка не любила готовку «на бегу». Сегодня ей хотелось чего-то простого и уютного: паста с томатами и базиликом.
Напевая под нос мотив из плейлиста Артема, она ловко нарезала овощи. Стук ножа по деревянной доске, шипение масла на сковороде - эти звуки возвращали ей ощущение реальности. Аврора Вертинская любила жизнь в её простых проявлениях, любила вкус спелых помидоров, текстуру твердого сыра и то, как пар от чая поднимается причудливыми завитками. Кудрявая была земной, теплой, и именно это делало её такой недосягаемой для тех, кто привык жить в мире теней.
Уже сидя на диване с тарелкой пасты, Аврора почувствовала прилив игривого вдохновения. Ей хотелось смыть с себя тяжесть Гот. зала. Она включила кольцевую лампу, подправила гигиенической помадой губы и нашла в трендах подходящий звук - дерзкий, легкий трек о том, что правила созданы, чтобы их нарушать.
Она записала липсинг. Никакой магии, никаких черных свечей на фоне - только она в своем домашнем кардигане, с чуть растрепанными каштановыми кудрями и сияющими карими глазами. Помощница улыбалась в камеру, и в этой улыбке было столько искреннего вызова и жизни, что видео получилось по-настоящему магнетическим.
Нажала «Опубликовать».
Прошло меньше минуты. Экран телефона вспыхнул.
«Пользователю Semen_Leskov понравилось ваше видео».
Аврора замерла, едва не выронив вилку. Семён? Лайкнул? Первым?
Человек, который презирал соцсети и называл это «мишурой», сидел сейчас в своей темноте и смотрел на неё - домашнюю, смеющуюся, настоящую. Это было равносильно признанию поражения. Его лед не просто треснул - он начал таять, оставляя после себя мокрые следы в её уведомлениях.
Тут же всплыло второе уведомление.
Артем Бесов прокомментировал: «Кажется, кто-то сегодня решил украсть все сердца этого города. Рори, ты просто свет!»
И следом - сообщение в личку.
Артем Бесов:
> «Слушай, ты после того, как Лесков ушел, совсем притихла. Надеюсь, его ворчание не испортило тебе аппетит? Ты крутая, Вертинская. Помни об этом».
>
Аврора:
> «Аппетит испортить сложно, когда паста удалась! Спасибо, Артем. Ты сегодня был очень кстати в той кофейне. Мне правда нужно было выдохнуть».
>
Они проболтали еще полчаса. Артем рассказывал смешные истории из его жизни, спрашивал её мнение о биологии (оказалось, он тоже когда-то интересовался ботаникой) и засыпал её поддерживающими сообщениями. Он вел себя как идеальный друг - внимательный, заботливый, готовый слушать. Но Аврора, с её тонкой интуицией, чувствовала: это неспроста, какой-то подвох тут точно был.
Аврора отложила телефон и откинулась на подушки. Ночью мир шоу казался таким далеким, но его участники всё равно были рядом - в каждом уведомлении. Девушка представила, как сейчас в своих квартирах сидят остальные.
Виталий Терлецкий, наверное, всё еще пересчитывает свои амулеты. Миха пишет очередной пост о «закулисье». Полина Книна снимает макияж, глядя на свои карты. Анжелла Гома и Анна Вартюхова, возможно, обсуждают интриги Вари. А сама Варя... Варя наверняка яростно обновляет ленту, видя, как её «король» ставит лайки «помощнице».
Но больше всего мыслей занимал Семён. Лайк от Лескова ощущался как метка, тот не написал ни слова, но этот жест в тишине ночи был громче любого крика. Он следил, видел её. И он знал, что Бесов тоже видит.
Аврора закрыла глаза завтра снова съемки. Снова Полина будет просить воды, Миха - травить шутки, а Варя - метать молнии. Но теперь в этой сложной схеме появилась новая переменная: Вертинская больше не была просто зрителем. Она стала центром воронки, в которую затягивало и свет Бесова, и тьму Лескова.
- Спокойной ночи, хищники, - прошептала она, выключая свет.
В эту ночь ей снился лес, где вместо деревьев были гигантские кофейные зерна, а сквозь туман светились два глаза, в которых медленно, капля за каплей, замерзал её смех из ТикТока.