~ 19 ~
Андрей
Мне снова снится сон с тобой.
Мне снится танец под луной.
Просто скажи мне, что я твой..
Я смотрел в темноту комнаты, пытаясь прийти в себя снова. Эти сны опять сводили меня с ума. Она снилась мне. Такая же красивая, яркая, но сдержанная, а главное - моя. Я часто думал о ней, может поэтому она так часто являлась мне во снах. Интересно, а можно ли как-то превратить сон в реальность? Было бы славно, хотя бы на минуту. Этого бы хватило. Вру не хватило бы, но я был бы счастлив. Это поддерживало мою веру в то, что однажды я проснусь и окажется, что то, что мне приснилось правда, а реальность, наоборот, окажется вымыслом какого-то непутевого писаки.
Откладывать жизнь было некуда, да и, вероятно, не зачем. Ничего не вернуть, а продолжать творить и жить было нужно, автономное существование слишком затянулось.
Я откинулся на подушки, глядя в потолок, пытаясь в очередной раз понять, куда идти дальше и есть ли в этом смысл. Почему-то в голове прочно засела фраза: ты не можешь сдвинуться с места только по тому, что это не нужно.
Я тешил себя этой мыслью. Это моё кредо: если что-то не получилось сейчас, значит сейчас не время или оно вовсе и не должно получиться. В моей голове так звучала справедливость. Но иногда я был с ней не согласен.
Справедливость была странным понятием, в ней не было баланса, хотя может я просто сам не замечал, что делаю что-то не так. Жить своими ошибками было тяжело, и то, что я ее оставил было второй большой ошибкой в моей жизни. Нужно было поговорить, а я струсил и теперь мы никогда не узнаем чем мы руководствовались, когда одновременно объявили о расставании.
Темнота комнаты поглощала меня, возвращая обратно в сон, в тот иллюзорный мир, где всё ещё не закончилось.
- слушаю,- пробормотал я, еле достав телефон с тумбочки, когда он зазвонил в очередной раз
- долго будешь прятаться?- усмехнулся Матвей в трубку,- чтобы вечером был на студии, будем работать
- буду,- коротко ответил, сев в кровати в попытке проснуться
- Андрей, что-то новое есть?- произнес Матвей, прежде чем я успел отключиться, освободив себя от этого вопроса
- есть,- пробормотал я, подойдя к окну,- но думаю, что это не сингл
- ждем альбом,- усмехнулся он,- давай, выбирайся из своего панциря, если б я не знал тебя столько лет, давно бы контракт закрыл и ты пошел по миру
- понял я, понял, все будет,- с улыбкой пробормотал я, не давая ему закончить фразу
Матвей знал меня в мои худшие времена, видел меня после смерти Насти, когда я сам не хотел жить, не зная как справиться с этой потерей. Я открыл окно в спальне в надежде на то, что свежий воздух хоть немного взбодрит. Но этого не произошло. Матвей сказал еще что-то об интервью, но я уже не слушал его, наблюдая за утренним городом, за шумом улицы и спешащими по делам прохожими, которые бежали к машинам под моросящим дождем. Мир жил дальше, значит и я смогу, если не жить, то существовать точно, а время поможет.
Я упал на кровать, тупо уставившись в потолок. Одеяло скомкалось где-то у изножья кровати, пока я разглядывал интерьер спальни, капаясь в собственной голове.
Ничего не помогло, ни сон, ни свежий воздух.. ни время.
Я упал на стул, слегка отодвинув его от стола, беглым взглядом пробежавшись по уведомлениям, ничего сверхважного - значит можно еще немного расслабиться.
Хотя расслабляться больше было некуда, жизнь, итак, шла своим чередом, пытаясь вырвать меня в пучину событий. И я был этому рад, потому что меня ужасно напрягало это состояние, похожее на попытку спрятаться от проблем за панцирем, как черепаха. Только вот все мы люди, а мир нельзя поставить на паузу, как видео-игру или фильм, нельзя отложить на время, как книгу, а значит думать нужно было в моменте, на который у меня ушло гораздо больше, чем просто момент.
***
Я сидел, глядя на очередную перепалку родителей, которую пытался усмирить Сергей. Кажется никогда раньше, мне не было так плевать на всё, что происходит вокруг.
Если б я знал, что после их свадьбы участником подобных споров всегда будет Яна, я бы ее отговорил, попытался бы по крайней мере. Семейные вопросы, которые всегда вызывали споры, было не созданы для чужих ушей, пусть Яна была частью семьи, но период, о котором шла речь она почти не видела. Я не хотел представлять, как часто сейчас она видела дочь, учитывая, что Серёжа про Лизу так и не узнал. Она вышла за него замуж и все еще была не уверена в том, что ее мужу стоит знать об их общей дочери. Звучит, как бред, согласен. Я пытался понять её, но не мог или не хотел. Лезть в их отношения и тайны тоже не хотел, меня волновала только племянница, которая безумно скучала по маме, но почти не видела её. Я два раза в неделю сам возил Лизу на тренировки, поэтому убеждался в этом все больше и больше. Не знал, кому нужно помочь, но это был выбор Яны и я никак не мог на него повлиять, как и ее мама.
- что ты молчишь?- резко предъявил мне брат, одёрнув меня за рукав рубашки
- а что нужно сказать?- усмехнулся я, подняв взгляд, глядя на родителей, на Яну и, в конце концов, на самого Серёжу
- ты же видишь что происходит? где же твоя хваленная тревога о близких и будущем, забота о родителях?
- а твоя где, там же где твоя совесть?- усмехнулся я под неодобрительным взглядом мамы, никогда не видел, чтобы она смотрела так на брата, но может мне просто казалось, что этого не было
Я не собирался терпеть это отношение от отца и брата, в этом не было смысла, как и в том, чтобы пытаться это изменить.
- ты решил сменить сферу деятельности?- строго произнес отец, видимо неправильно поняв мой ответ
- почему же? меня устраивает то, чем я занимаюсь,- ответил я, сделав глоток воды.
Яна в это время что-то говорила Сереже, видимо, в попытке образумить или усмирить его, как проницательно. Не думаю, что брат нуждался в этом, по тому как упрямо он отрицал то, что она ему говорила.
- то есть одного слива информации о тебе мало?- это прозвучало так, будто я рассказал все его секреты всему миру
- раскрыли максимум мое имя и школу, в которой я учился, бредово заканчивать карьеру из-за этого,- усмехнулся я,- это все равно, что ты ушел бы со службы после того, как у Насти начались проблемы со здоровьем, но ты же этого не сделал
- ты сравниваешь несопоставимые вещи,- грубо отмахнулся он, а я пожал плечами, наблюдая за тем, как напряглось его лицо
- правда, давно ли смысл жизни двух разных людей стал не сопоставим? ой, Настя же никогда ничего не значила для тебя, отец
- Андрюш, - прошептала мама, останавливая меня от продолжения фразы
- неправда?- пожал я плечами, понимая, что обижаю маму, но терпеть эти посягательства отца на мою жизнь я больше не хотел, моя жизнь - мой выбор.
- неправда,- процедил он
- прекратите,- произнесла Яна, глядя на нашу маму,- что ты творишь?- прошептала она, подойдя вплотную ко мне, не смотря на попытку Сережи ее остановить
- живу,- усмехнулся я,- прости
Последнее было обращено к маме, но не думаю, что осознание того, что ей больно вспоминать это, изменило бы то, как сильно я хотел увидеть сожаление в глазах отца. Однако я не видел этого в нем никогда из раза в раз всё заканчивалось одинаково, в его взгляде читался всё тот же неизменный холод и безразличие.
Я вышел на улицу, достав из кармана пачку сигарет. Пару минут на раздумья и сигарета все же оказалась во рту. Я пытался бороться с этой зависимостью, но без секретика не получалось.
- не надоело?- тихий голос Яны застал меня врасплох
- нет, ей лучше?- пробормотал я, глядя на невестку
- Елена Викторовна хорошо себя чувствует,- улыбнулась она,- чего ты добиваешься, Андрей? ты же видишь, что ей тяжело это вспоминать
- а ему?- перебил я ее, не собирался дослушивать, как тосковали и отец, и брат, им было плевать,- Ян, им было плевать, всегда было плевать, мне тоже больно, а еще больнее от того, что Настя никогда не чувствовала отцовской любви, хотя была достойна ее
- а Лиза недостойна?- произнесла она раздраженно, встречаясь со мной глазами
- это ты решила не говорить ему, я не оспаривал твоего решения, даже сейчас,- ответил я, выпуская облако дыма в воздух,- когда ты решишь ему сказать, может быть она почувствует эту любовь
- может быть? сейчас ничего не изменилось, свадьба ничего не изменила,- оспорила она мою незримую претензию
- она тебя почти не видит и это факт,- твёрдо ответил я, затянувшись и только потом продолжил, а ты веришь в то, что он способен на любовь, Ян? я надеюсь на это, но уже не верю,- пожал я плечами, упираясь бедром в кирпичную кладку беседки
- это всё из-за неё?- прошептала она
- из-за кого?- усмехнулся я, туша сигарету, борясь с желанием поджечь еще одну
- отношения с фигуристкой
- это не имеет ни какого значения,- слишком резко ответил я, слишком эмоционально, когда должно было быть по-другому
- правда? ты изменился,- произнесла Туманова,- ты действительно был влюблен?
Я лишь пожал плечами, понимая, что я не был влюблён в Леру, я всё еще чертовски сильно люблю её и верю в то, что судьба столкнет нас снова.
- это не повод, Андрей,- пробормотала она, глядя на мою попытку достать еще одну сигарету из пачки,- было до неё, будет и после
- после неё уже не будет,- пробормотал я, крутя сигарету между пальцами
- это бред, Андрей,- произнесла Яна с легкой усмешкой, а я всё-таки поджег вторую сигарету
- правда? поэтому ты по итогу снова с ним, после всего что было между вами?- усмехнулся я, бросив взгляд на брата прежде, чем сделать очередную затяжку
- Ян, иди в дом,- произнес Сережа, сверля меня взглядом,- на кой черт ты это делаешь?
- что?
- слишком много куришь,- съязвил брат, испепеляя меня взглядом
- давно ли вас стало тревожить мое здоровье?- усмешку в голосе скрыть не удалось, да и нужно ли было,- что ты хотел, Серёж?
- вешаться еще не пытался?-усмехнулся брат
- не пытался, а ты?- протянув ему пачку сигарет
- это был твой выход не мой, я не
- ты просто не дошел до той точки не возврата, когда заглушить боль не помогает уже ничего, кроме другой боли,- пробормотал я, делая затяжку снова
Сережа пожал плечами, вряд ли когда-то мы стояли также, как сейчас.
- маме больно вспоминать об этом,- произнес он
- а вам, как и тогда плевать,- усмехнулся я,- ей не было и 10, она так ждала папу, Серёж, когда у тебя будут дети, ты поймешь это, наверно
- прошло 6 лет, забудь и живи дальше! не делай маме больно тем, что ты не следишь за своим языком
- открой глаза на мир, дело не в том, что я говорю, а в том, что вам плевать на все, что произошло.
Я не стал слушать дальше и зашел в дом, чтобы забрать ключи от машины, нужно было еще немного поработать, настроить гитару, сменить струны.
- Андрей, может пообедаешь хотя бы?- улыбнулась мама, застав меня в коридоре
- дел много,- ответил я, обняв ее,- прости
- не дело это, Андрей, исхудал так в последнее то время
- много работы, исправлюсь,- пообещал я, закрывая за собой дверь и, наверно, впервые за день задышал полной грудью.
Я медленно возвращался к жизни. Конечно, вряд ли мой вымученный уход в творчество можно назвать «жизнью», но это возвращало какие-то краски в это существование.
Новые струны на гитаре вернули к жизни и её. Я окинул взглядом гостиную, заполненную, к сожалению, не только бытовой утварью. Или к счастью. В ней было так много воспоминаний, которые время от времени, когда душе становилось тяжело, начинали терзать ее снова, снова разрывая ее в клочья, и всё начиналось сначала, моё счастливое прошлое снова преследовало меня.
Тихое бренчание струн не перебивало шум города за окном, но эта смесь дарила необходимую свободу мыслям. Этот полет фантазии мне нравился, хоть что-то хорошее получится из этого вынужденно-убийственного периода.
Я звонил ей. Интересная новость, не так ли? Это было открытием даже для меня.
Не помню зачем, не помню, что говорил и что она ответила. Но в звонке длительностью почти в три минуты, мы, вероятно, не молчали. Стало жаль, что звонки не записывались автоматически, теперь я слышал ее голос только в старых интервью на соревнованиях и в редких историях в ее соцсетях.
Почему меня никто не остановил? Я пил, хотя нет, я бухал в одиночестве в своей же квартире. Ответ напрашивается сам. Меня просто-напросто некому было остановить от «обдуманных» на пьяную голову поступков.
После звонка я отключил телефон, откинув его куда подальше. На утро я уже ничего не помнил, ни того, кому звонил, ни тем более зачем. Возможно, просто не выдержал и сдался под влиянием алкоголя, которого во мне в тот вечер оказалось не мало.
Зачем позвонил Лере?
Почему именно ей?
Понятия не имею, по велению сердца? Один из самых реалистичных вариантов, на мой взгляд.
Моё сердце все еще всецело принадлежало моему секретику, даже если ее уже принадлежало другому - это ничего не меняло.
Интернет кипел ее косвенным подтверждением того, что между нами всё-таки были не только слухи. А мне было интересно, что привело к такой формулировке подписи, но этого мне уже никогда не узнать.
Я глубже погружался в творчество, игнорируя внешний мир. Текст новой песни был уже написан, но гитара будто была не тем, что должно было сопровождать эти слова. Это было мое пьяное падение, часть моего разочарования в судьбе и, даже если я пожалею об этой песне позже, сейчас я уверен в каждой ее строчке. Выпускать ее было рано. Она должна стать частью чего-то большего. Вероятно. Похоже мне необходимо написать целый альбом, состоящих из душевных терзаний, чтобы это пьяное откровение стало частью чего-то поистине стоящего.
Звук уведомления отвлек и от мыслей, и от бессмысленного перебирания струн.
Новое уведомление 1 минуту назад:
- спустись, пожалуйста, мне очень нужна моя кожаная куртка
Отметить как прочитанное
Я смотрел на уведомление, не понимая ни черта?! А потом я увидел отправителя... и все стало на свои места.
- да, пару минут,- напечатал я ответ, откидываясь на спинку дивана, громко выдыхая.
Воздух будто обжигал легкие, может ли быть такое? Не знаю. Я посмотрел на гитару и на телефон, перепроверяя сообщения, надеясь или боясь, что мне привиделось это сообщение.
Куртка, как и прежде, висела в прихожей, кажется, она не покидала это место с момента нашей первой или второй встречи.
- привет,- ее тихий голос оборвал тишину спального района и пучину моих мыслей, которая затягивала меня все глубже уже несколько недель.
- привет,- улыбнулся я,- в ней будет холодно, секретик,- прошептал я, передавая куртку в ее руки
- еще нет,- улыбнулась Лера, накидывая кожанку на плечи,- спасибо
- что я сказал тогда?- произнес я, прежде чем она развернулась к машине
- то, что говорят все пьяные бывшие когда звонят,- улыбнулась она, пожав плечами,- никаких секретов ты не разботал, не волнуйся
- у меня был только один секретик,- улыбнулся я, сталкиваясь с ней взглядом, и всего на секунду мне показалось, что в них столько же боли, сколько и в моих, но, видимо, только показалось
И она ушла, просто ушла, не сказав ни слова больше. Нас больше ничего не связывало.
Смирись и живи дальше, зачем ты цепляешься за прошлое? Но я хотел остаться в этом прошлом, остаться в этом моменте и не двигаться вперёд, остаться с ней, чтобы получить наше после.