Глава V: Какие-то странные чувства
Уже запели птицы и солнечные лучи осветили каждый уголок спящего города, заставляя его проснуться.
Дом, в котором ночью было так тихо и спокойно, наполнялся шумом и звонками голосами только проснувшихся ребятишек. А Российская Империя все нежелся в постели, ибо вчерашний интимный процесс весьма утомил его. Император открыл сонные глаза, огляделся и заметил, что сыночка уже не была рядом. «И куда он свалил утра пораньше? » — промелькнули мысли в голове мужчины.
Он медленно, даже с неохотой, поднялся с постели и сразу же схватился на бедра. Боже мой, как они болели! Дикой и резкой болью все отдавало в поясницу. Ужасно некомфортно и неприятно находится в сидячем положении. Вот же сынок постарался!
Монарх одел на себя длинную белоснежную рубаху и направился в душ. Даже передвигаться было больно, поэтому тот шел очень медленно, держа ладонь на пояснице.
— Доброе утро, деда! — раздался звонкий детский голосок позади.
— Доброе, солнышко. — протяжно ответил РИ и обернулся.
Обладательницей этого голоса Беларусь, которая была уже переодета в пионерскую форму.
— У тебя что-то болит, дедушка? — поинтересовалась девочка, наклоняя голову в сторону.
— Я не молод уже. Мышцы шалят. Но ты не волнуйся, иди скорее на занятия. — попытался успокоить внучку Империя.
Республика улыбнулась и убежала вниз по лестнице, а мужчина зашел в ванную комнату.
Когда его водные процедуры были закончены — детей в доме уже не было. Какой рай! Хотя бы некоторое время Империю никто доставать не будет, что его очень обрадовало.
Старший ушел в гостиную и облокотился на диван. Ничем интересным он не занимался, но вот спустя какое-то время домой пришел злой СССР. Сняв с себя бурное пальто и ушанку, коммунист прошел в гостиную и увидел отца. А Российская Империя, вспомнив прошлую ночь, раскраснелся еще больше и отвел взгляд.
— Ты как? — поинтересовался тот, все также пристально глядя на РИ.
— Нормально, не беспокойся.
Совет томно вздохнул, присел рядом и притянул к себе родителя, который через мгновенние был прижат к мощной груди.
— Т-ты что делаешь? — смущенно спросил старший.
— Заткнись. Я устал, поэтому помолчи и дай мне расслабиться.
— Ах, да.. Ты так много работаешь.
Руки монархиста потянулись к голове сыночка. Он запустил свои тонкие пальцы в его алые мягкие волосы. Сразу же кончики пальцев начали почесывать голову, от таких приятных прикосновений социалист опрокинул голову назад, получая кайф. Императору открылась обнаженная шея Совета и отчетливо выпирающий кадык. Он сразу же прильнул губами к шее, а младший от неожиданности дернулся.
— Ты что творишь, старик?! — возмущенно проговорил Союз, приподняв голову.
— Тсс, ты же хотел расслабиться. Просто доверься мне~
РИ снова принялся ласкать шею коммуниста: покусывал ее, целовал, оставляляя мокрую дорожку, проводил языком вдоль шеи.
— Послушай, если ты продолжишь — я снова выебу тебя! — краснея, произнес Нерушимый.
— Ну, успокойся ты. Получай удовольствие. — игриво ответил Империя.
Чтобы сынок снова не причитал, монарх накрыл его губы своими. Оба слились в нежном поцелуе, который разорвался спустя пару минут.
— Я же могу и влюбиться.. — тихо побормотал Нерушимый, опьянено глядя на отца.
На комментарий социалиста Российская Империя лишь усмехнулся. Рука потянулась к брюкам, быстро справившись с ремнем и боксерами. Когда же показался агрегат Совета, Империя нежно схватился за него и спутился на пол, присев на колени. Ладонь нежно потирала член движениями вверх и вниз, заставляя его становится тверже и горячее. Спустя какое-то время он еще и увеличился в размере. Были слышны тяжелые вздохи социалиста, которые вились словно плети.
— Уже пора~ — с ехидной улыбкой проговорил Империя и лизнул головку члена, которая вскоре оказалась полностью во рту.
Постепенно член заходил все больше внутрь. И вот рука Союза оказалась на макушке императора, а после опустилась к затылку. Теперь из его уст вырывались довольные и приглушенные рыки, ведь отец сильно старался.
И вот рука, что находилась на затылке РИ, толкнула его голову, таким образом пропихивая член еще глубже.
СССР уже взял инициативу на себя. Они уже обеими руками схватился за голову партнера и бедрами делал редкие толчки. Взгляд Империи был испуганным, ведь сыночек будто с цепи сорвался. И вот через минуту Союз кончает глубоко в глотку старшего и вытаскивает свой агрегат с довольной улыбкой. Монархист в этот момент откашливается на полу спермой и злобно смотрит на свое чадо.
— Аргх, я чуть не задохнулся из-за тебя?! Придурок.
— Зато ты отлично постарался. Ну, ладно.. Не злись, иди сюда~
Совет поднял отца и посадил его на свои колени. Заострённые зубки коммуниста впились в шею Российской Империи, а тот, в свою очередь, издал сладкий стон.
— Раз так, то отплачу тебе тем же.
Крепкие руки Нерушимого подняли бывшего императора за ягодицы, чтобы посадить его на свое достоинство. И вот в монарха уже резко входит член и делает быстрые толчки. Тот закатил от удовольствия глаза и высунул язык. Были лишь слышны сладкие стоны, шлепки и непристойные похлюпования.
Далее Союз растегнул рубаху, которая была одета на РИ. Когда показался его голый торс, младший провел по нему ладонью, приблизился лицом к груди и прикусил уже набухший бутон соска.
— Ах, сынок~
— Неужели так нравится? Вот же чертов мазохист.
Спустя некоторое время коммунист уже кончает глубоко в нутро Империи (просто автору лень еще раз весь этот процесс описывать).
Младший берет старшего на руки и несет его в ванную. Уже там в теплой воде оба прижимаются к друг другу. Российская Империя жадно связывает сына в жарком поцелуе, а Совет лишь взаимно отвечает, сжимая отца в крепких объятиях.
— Это ведь неправильно... — пробубнил социалист после поцелуя.
Монарх издал лишь изумленное мычание:
— Ммм?
— Мы ведь родственники. Все, что мы делаем — неправильно.
— И только из-за ты готов отказаться от меня?
— Кто сказал, что я буду отказаться от тебя? — удивленно спросил Союз.
— Ну, ты ведь следуешь всему правильному. А теперь? Или у тебя все же есть ко мне какие-то чувства? Мне не хотелось бы верить, что нас секс строится без чувств и симпатии..
— У меня какие-то странные чувства к тебе. Я тебя ненавижу, хочу убить тебя! Но и с другой стороны я хочу находится в твоих объятьях всегда. Хочу постоянно чувствовать твои прикосновения. Я сам себя не понимаю.
От слов сына у Российской Империи аж ёкнуло сердце. Он прижался к социалисту и улыбнулся.
— А я люблю тебя, больше, чем сына.