6. Сомневаешься?
Переодевшись из репетиционной формы в обычную одежду, Нари запихивает испачканную толстовку в рюкзак. Хочется поскорее уже вернуться в общежитие и лечь в кровать, забывая о всех неприятностях, что произошли сегодня с ней. Достаёт из шкафчика кожаную куртку, которую отдал ей Минхо, и закутывается в неё.
Вещь всё ещё пахнет базиликом и, совсем отдалённо, бензином. Странный запах, но избавиться от него девушка не может. Набрасывает на плечо лямку рюкзака, захлопывая дверцу своего шкафчика. Женская раздевалка уже опустела, ведь Нари специально подольше задержалась в репетиционной комнате для вокала, отрабатывая упражнения для связок, которым её успел научить Джисон. На самом деле, она просто не хотела опять столкнуться с Тринити и Сыльги.
Выходит из здания Джи-Вай-Пи, уже направляясь в сторону автобусной остановки. В наушниках играет одна из любимых песен, и Ким безмолвно шевелит губами, про себя напевая до боли знакомые слова. Телефонный звонок возвращает её в реальность, вынуждая взглянуть на экран, на котором красуется любимое имя.
— Алло, — отвечает на звонок брюнетка.
— Обернись, — голос Чонина радует и удивляет одновременно. Девушка останавливается, оглядываясь по сторонам, не сбрасывая звонок, но ничего не замечает. — Левее, — направляет её парень, и она послушно переводит взгляд влево, тут же останавливая его на тёмно-синем Мерседесе.
— Давно там сидишь? — она мгновенно встречается взглядами с Чонином, который улыбается ей с водительского сидения, держа телефон у лица.
— Достаточно, чтобы начать уже волноваться, — голос серьёзный, но без упрёков. — Так и будешь там стоять? — усмехается он.
Нари лишь качает головой, сбрасывая звонок. Улыбаясь себе под нос, спешит перейти дорогу, чтобы сесть в автомобиль парня. Запрыгивает на переднее сидение, по привычке забрасывая рюкзак на заднее сидение.
— Хотела ещё немного порепетировать, — лукавит она, садясь ровно.
Только не успевает этого сделать, так как Ян перехватывает её лицо своей тёплой ладонью, притягивая для поцелуя. Нари не желает отстраняться — час поздний и никого на улице уже нет. Их вряд ли кто-то увидит, а девушка так по нему соскучилась.
Из-за нового распорядка дня, теперь не только Чонин занят целыми днями на работе, но и Ким Нари пропадает на репетициях. Она накрывает его ладонь своей, требовательно целуя. Желает наверстать то, на что у них не хватало времени всю неделю. Сминает его губы своими, чувствуя, как по всему телу разливается тепло, формируя узел внизу живота, что вызывает ещё большее желание.
Расстраивается, когда Чонин прерывает сладкий поцелуй, отстраняясь:
— Если мы не поторопимся, то опоздаем, — поясняет он, напоследок поглаживая щеку девушки.
— Куда? — не понимает она, пристёгивая ремень безопасности.
— На наше свидание, — игриво улыбается Ян, поворачивая ключ зажигания.
— Но я совсем не готова для свидания, — дуется Нари, хотя очень польщена такой спонтанностью парня, сделать ей приятно.
— Не переживай, — Ян выруливает на главную дорогу. — Для этого коктейльное платье тебе не понадобится.
***
— Куда мы идём? — Нари в очередной раз спотыкается о ступеньку, выставляя руки вперёд.
Парень завязал ей глаза, как только они припарковались на подземной парковке.
— Потерпи ещё пол минутки, — успокаивающе шепчет ей на ухо Чонин, и Нари слышит, как скрипят петли на тяжёлой двери. — Можешь снимать повязку.
Девушка тут же срывает с лица маску для сна, которая не давала не только увидеть происходящее, но и не позволяла нормально дышать.
Они находятся на крыше какого-то здания: Чонин стоит в паре метрах от кореянки, а позади парня красуется палатка, через ткань которой сочится тёплый свет.
— Ты сам это сделал? — изумляется она, подходя ближе и приподнимая брезентовую ткань, служащую «дверью» в шатёр.
— Ты хотела сходить в поход, — припоминает он, забираясь внутрь вслед за девушкой. — Но из-за нашего тура, мы с тобой так и не успели это осуществить, пока было ещё тепло. Не хотелось откладывать на следующий год, — усаживается на мягкие подушки, рядом с девушкой.
По всему периметру купола палатки растянуты гирлянды, которые и создают тёплый свет, словно светлячки. На полу лежат мягкие подушки и пледы, а посередине стоят корзинка с ингредиентами для какао и походная плитка, на которой уже находится небольшая кастрюля.
— Это так мило, — расплывается в широкой улыбке Нари, прикрывая рот ладонями. Больше от смущения.
Радуется как ребёнок, потому что мечтала, что они с Чонином выберутся за город хотя бы на один день с палаткой: пожарят маршмеллоу у костра и сварят какао.
— Это ты милая, — целует её в раскрасневшуюся щёку парень.
Пока Нари кутается в тёплый плед, он включает плитку и наливает в кастрюлю молоко. Готовит для них какао, не забывая украсить его маленькими маршмеллоу уже в кружках.
— А корица? — принимает из его рук чашку, а у самой уже слюнки текут.
— Так и знал, что ты спросишь, — усмехается брюнет, доставая из кармана своей джинсовой куртки баночку с коричневым порошком.
Насыпает ароматные специи поверх белых подушечек зефира, а на лице девушки тут же появляется довольная улыбка. Припадает губами к краям горячей кружки, делая небольшой глоток любимого напитка. Ощущает, как жидкость обжигает всё внутри, но это приносит ей лишь удовольствие.
Чонин тоже делает неспешный глоток, прерываясь на их беседу, посвящённую новостям про их общую знакомую Стейси, которая уже три месяца состоит в отношениях с Банчаном. Нари приятно слышать новость о том, что парень сегодня улетел на выходные в Америку, чтобы сделать своей девушке приятное. Кореянка даёт слово, что ни за что не расскажет ей, чтобы не сорвать сюрприз, но самой так хочется хотя бы немного намекнуть об этом подруге.
Жуёт овсяное печенье, уже зная, что завтра будет себя ругать за эту слабость. Но в такой прекрасный вечер так не хочется лишать себя удовольствия. Поэтому она доедает уже пятую печеньку, запивая остатками какао. Смотрит на дно опустевшей кружки, сладко облизывая губы, на которых ещё остались остатки пенки от растаявших зефирок.
— Погоди, — окликает её Чонин, вынуждая повернуть на него голову.
Тянется тёплыми пальцами к персиковым губам девушки, проводя большим пальцем по уголку рта, смахивая остатки напитка. Но отстраняться не спешит, наоборот, подсаживается ближе, проводя подушечкой пальца по нижней губе, очерчивая чёткий контур.
По телу Нари пробегает лёгкая дрожь, которая только усиливается, стоит Чонину приблизиться настолько близко, что их носы уже практически соприкасаются. Пара вместе уже пять месяцев, но каждый раз, когда Чонин вот так смотрит на Нари, брюнетка теряется, как в первый раз. Чувствует, как волна нежности и заботы обволакивает её с головой.
— Я люблю тебя, Ким Нари, — еле слышно, но уверенно произносит он, а девушка забывает, что нужно дышать. — Я так люблю тебя, — тяжело вздыхает он, не сводя взгляда с приоткрытых губ, словно из последних сил сдерживается, чтобы не впиться в них поцелуем.
— Правда? — Ким кажется, что эти слова прозвучали лишь в её голове.
— Сомневаешься? — ухмыляется он, поднимая взгляд на любимые карие глаза.
— Нет, — слегка качает головой она, неотрывно глядя в ответ. — Я тоже люблю тебя, — выдавливает из себя слова.
Но не потому что сомневается, а от волнения и трепета, которые кружат голову, стирая границы времени и пространства. Лишь успевает закончить фразу, как чувствует знакомые и такие желанные губы, что уже ласкают её собственные.
Она отставляет кружку в сторону и уже ощущает, как вторая рука парня обвивает её талию, прижимая к себе. Не держит равновесие и падает на спину, прямо в объятия мягких подушек и любимого парня, что только что признался ей в любви.
...а она — ему.
Горячее дыхание Чонина опаляет её щёки и шею, а мягкие губы парня рассыпают жадные поцелуи по девичьей коже, вызывая толпы мурашек. Нари так хочется, чтобы эта сладкая минута никогда не заканчивалась. Чтобы они на всю ночь остались в этой палатке на крыше, окутанные тёплым светом, ароматом какао и нежностью друг друга. Хочет чувствовать парня рядом каждой клеточкой своего тела, но всё же нехотя останавливает его:
— Мне завтра рано вставать, — сбивчиво выдавливает из себя девушка.
— Знаю, — тяжело вздыхает он, укладываясь рядом на подушки. Подкладывает свою руку Нари под голову, а она жмётся к нему ближе, как кошка, кладя руку на вздымающуюся грудь айдола. — Давай полежим так ещё пару минут, прошу. Не хочу уходить отсюда.
— Я тоже не хочу, — признаётся она, прикрывая веки и вдыхая в лёгкие любимый запах свежести.
Чувствует, как он приобнимает её, прижимая сильнее к себе, и целует в макушку, зарываясь лицом в густые волосы.
— Эта куртка тебе великовата, ты же знаешь? — нежно произносит он, словно засыпая.
Благодаря Чонину, Нари уже и забыла о том, что случилось с ней сегодня в столовой. Как и забыла, что на ней сейчас тяжёлая кожаная куртка Ли Ноу. Она распахивает опустившиеся веки, глядя прямо перед собой:
— Знаю, — не хочет говорит Яну о случившемся днём, поэтому тщательно подбирает слова. — Я сегодня испачкала свою кофту. Минхо дал мне куртку, чтобы я не замёрзла.
— Как же ты умудрилась? — заботливо интересуется он, поглаживая её плечо.
— Я же неуклюжая, обычное дело, — старается казаться безразличной Ким. — Верну ему завтра.
— Надо будет его поблагодарить за это, — говорит Ян, в очередной раз целуя макушку Нари.
— Угу, — соглашается она и снова прикрывает глаза, стараясь не думать больше ни о чём хотя бы до конца свидания.