•4•
В кафе почти никого нет, когда Юнги заходит в помещение и сильно удивляется подобному. Он растерянно обводит взглядом зал и не может понять, куда все подевались. Особенно странно видеть пустующий столик возле окна в самом углу кафе. Именно там обычно располагается его незадачливый и личный «сталкер». Мин немного кривится при воспоминании об этом парне, но не может отогнать от себя мысль, что он к нему уже слишком привык за это время.
Поэтому, когда все столики протёрты, а редкие посетители обслужены, Шуга направляется к самому дальнему и незаметному столику, где можно посидеть в тишине и спокойствии. Он прихватывает из подсобки свой портфель с учебниками и раскладывает их на столе, чтобы сделать домашние задания, поскольку домой он приходит достаточно поздно и уставший, чтобы заниматься ещё и этим. Но близится контрольная неделя, а по многим предметам у него стоят пробелы или не слишком уж хорошие оценки. А за такое родители, тем более отец, по голове его не погладят. Так что ему ничего не остаётся, как сосредоточиться на уроках. Благо, что день выдался спокойный и посетителей немного.
Юнги пытается вникнуть в очередную тему по математике и совладать с примерами, хмурясь и прикусывая губу от усердия. И почти не замечает, как к нему подсаживается Хосок. Он настолько увлечён разбором нового материала, что для него становится неожиданностью тихое покашливание со стороны свободного стула. Мин слегка дёргается и поднимает голову, видя улыбающегося парня. Он поджимает губы из-за того, что его отвлекли, и шикает на парня, чтобы тот сидел молча и не мешал ему, прежде чем Чон успевает открыть рот. Так что тому ничего не остаётся, как просто наблюдать за «девушкой», что старательно пытается решить пример.
Хосок заглядывает в учебник и понимает, что вообще-то они учатся в одинаковых классах, а, следовательно, являются одногодками. Это по странной случайности становится открытием для парня. Но он ничего не говорит, ведь их знакомство и отношения были не менее странными. Хоуп пытается сидеть тихо и не вмешиваться в мыслительный процесс «девушки», но сидеть на попе ровно для него — практически адская мука. Поэтому он постепенно начинает то ёрзать, то ковырять стол, то постоянно вздыхать и издавать ещё множество посторонних звуков, которые со временем становятся раздражающими. Юнги старается игнорировать Хосока, делает вид, что не замечает его. Но с каждым разом это становится делать всё труднее и труднее. И, в конце концов, Шуге это надоедает.
Он отрывается от сложной задачи, которую не получалось решить вот уже битые полчаса, и с тяжелым вздохом смотрит на неугомонного парня. Тот всё ещё ходит с гипсом, хотя с того неприятного момента прошло уж недели две. Мину всё ещё немного стыдно за себя, но уже не настолько, чтобы промолчать.
— Прекрати уже! — сердито шипит Юнги. — Ты мне мешаешь, если честно!
— Оу... — Хосок надувает щёки и старается действительно замолчать. — Прости, я не хотел.
Но спустя ещё минут десять всё повторяется вновь.
— Может быть, ты свалишь в туман? — кривится «девушка» и смеряет Чона взглядом. На самом деле, «она» не хотела бы разговаривать в таком тоне с ним. Но по-другому, кажется, тот и правда не понимает.
А Хосок не обижается вроде бы, пропуская грубости мимо ушей, потому что Юнги без огрызаний, подколов и едких замечаний — уже совсем как-то и не Юнги. Так что он просто виновато улыбается и правда замолкает на некоторое время, давая возможность «ей» решить задачу. Только всё ещё подглядывает в тетрадь и замечает ошибку в решении. Хоуп хочет сказать ей об этом, но натыкается на хмурый взгляд исподлобья и сникает. А задача по-прежнему не решается. По этой причине Чон не выдерживает и тыкает пальцем в ошибку.
— У тебя здесь неправильно.
Юнги не понимает, в чём дело, и хлопает глазами, удивлённо глядя на парня. Он смотрит на своё решение, куда указал Хосок, и не может взять в толк, что не так.
— Ты серьёзно? — вскидывает бровь Мин.
— Вполне. Ты минус здесь потеряла, — снисходительно улыбается анимешник, подпирая здоровой рукой голову.
Шуга снова устало вздыхает и перепроверяет решение, пытаясь найти ошибку. Он сверяется с учебником и понимает, Хосок прав. Мин задушено стонет, видя, что половина написанного насмарку. Но делать нечего, приходится зачеркнуть всё и начать почти с самого начала. Правда с учётом той ошибки Юнги решает задачу гораздо быстрее и легче, хоть и ворчит на несносного парня, что если бы тот его не отвлекал, он бы всё сделал правильно.
Хосок смеётся на подобные заявления, но решает, что он и правда слишком отвлекает «девушку» от уроков. Поэтому он старается попрощаться как можно быстрее и уйти. Чон снова пытается поцеловать «её» в щеку, но Юнги ненавязчиво отстраняется и бурчит что-то невнятное отворачиваясь. Хотя Хоуп всё же замечает лёгкий румянец на «её» щеках. Так что он не старается пристать к ней ещё сильнее, а лишь машет загипсованной рукой на прощание и, подхватив свой рюкзак, уходит.
Пару дней Мин непрерывно нервничает: ему бы не очень хотелось, чтобы Хосок знал, где он учится и в каком классе. Потому что тогда всплывёт вся правда о «ней», а это будет для Шуги апогеем этого дурацкого спора, поскольку парень ему, на самом-то деле, уже не настолько и безразличен. Пускай Юнги и понимает, что долго водить за нос Хосока у него не получится. Элементарно какая-никакая, а совесть не позволит. Но всё же Юнги старательно оттягивает момент истины, как можно дольше, и пытается об этом вообще не думать пока что.
Но Хоуп всё же задаёт этот вопрос, который «девушка» слышать не хотела бы от слова «совсем».
— А в какой школе ты учишься? Где-то неподалёку?
Они сидят по обыкновению за любимым столиком Чона, пока у Юнги есть возможность прохлаждаться, а посетителей не так уж и много. «Она» отводит взгляд и мнётся, не зная, как лучше отбрехаться.
— Нууу... Знаешь... Да вполне обычная, — неловко смеётся Шуга, — как и все. Ничего такого особенного. — Юнги мнётся и пытается как можно быстрее придумать либо отговорки, либо вспомнить какую-нибудь другую школу. — Ммм... да не то чтобы неподалёку. Вот знаешь, где находится...
И Юнги называет старую школу, в которой когда-то учился Намджун. Ещё до того, как он с родителями переехал в их район. Хосок присвистывает, вспоминая, где же именно она находится. «Это в станциях десяти отсюда», — размышляет он и хмыкает. — «Должно быть, ей приходится много ездить и очень рано вставать, чтобы добраться до школы...»
— А чего ты не переведёшься в другую школу? У нас здесь поблизости есть целых две! — счастливо оповещает Хоуп Юнги и уже придумывает, как «её» уговорить перевестись в его школу, даже не заботясь обо всех сложностях, связанных с подобным.
— Ну... Знаешь... — Мин не думал, что факт отдалённости школы может так легко его подставить и вообще выглядеть странно. Так что теперь ему приходится быстро искать оправдания. — Родители не хотят, чтобы я переводилась. Понимаешь, ну там... учителя хорошие, друзей много, учусь неплохо...
Шуга, конечно, врёт от начала и до конца, от чего ему становится не по себе, да и вообще неловко перед Хосоком. И он снова ловит себя на мысли, что ему бы хотелось всё рассказать парню: что он не девочка, что он учится в соседней школе, что у него дурацкие друзья, что он хотел бы познакомиться поближе, да только... «Поймут неправильно и ещё высмеют...» — грустно вздыхает Мин, отворачиваясь от анимешника. Он ссылается, что ему нужно работать и уходит в подсобку, где старается справиться с обидой и несправедливостью.
В этот вечер Чон так и не дожидается Юнги у служебного выхода. «Она» сбегает куда раньше, чем он по привычке выходит из кафе и заворачивает за угол в переулок. Это кажется парню странным, ведь он «её» вроде бы не обижал ничем. Но потом ему приходит мысль, что «ей» могли позвонить родители или родственники. «А вдруг у неё что-нибудь случилось? Может, у неё младший брат или сестра заболели? Или маме её плохо стало?» — в голове Хосока тысячи причин и всё в той или иной степени подходящие, но он не знает точного ответа. С неохотой, но ему приходится смириться, что до следующего раза он не узнает, почему «та» ушла раньше, ничего ему не сказав.
Через пару дней, когда Хоуп снова наведывается в смену Юнги, «девушка» старается выглядеть непринуждённо, но парень всё же чувствует, что между ними что-то случилось. Потому что видит, как «она» натянуто ему улыбается и слишком быстро уходит после, когда приносит заказ. Чон никак не может понять, что произошло, старательно перебирает сказанное, хмурится и едва ли замечает, что к «его девушке» начинает подкатывать какой-то парень.
Сначала Хосок не особо обращает внимание на подобное: здесь уже все давно привыкли, что официанткам постоянно делают комплименты и пытаются с ними познакомиться. Обычно девушки отшучиваются, а понравившимся всё-таки оставляют телефонные номера. Но в случае с Юнги «та» всегда отказывала всем, а потом ещё могла и подколоть. Так что у Чона никогда не возникало мысли, что «она» с кем-то встречается или же у «неё» кто-то есть на примете.
— Так, может, такая красивая девушка оставит номер телефончика? — до Хоупа долетают обрывки фраз, сказанных парнем в адрес Юнги.
— Нет, — тут же холодно отзывается «девушка». — Вы что-нибудь будете заказывать? — с нажимом спрашивает «она» и уже недобро поджимает губы.
Хосок усмехается про себя, отмечая, что злится «она» всё же мило, а Мин кидает быстрый взгляд на его столик и хмурится.
— Эй? Ну ты чего? Может, всё-таки прогуляемся вечером? — тот брюнет, видимо, не понимает слова «нет» и снова настаивает на встрече.
— Я же сказала, нет, — сквозь зубы уже цедит «девушка». — Можешь даже не рассчитывать.
— Ну чего ты такая? Ну же! Что тебе стоит? — парень хватает Юнги за запястье, когда «та» хочет уже уйти и позвать администратора, чтобы разобраться с нерадивыми посетителями.
Шугу это уже напрягает, и он переводит взгляд то на чужую руку, то на лицо парня. Почему-то ему вспоминается знакомство с Хосоком, но разница очевидна — тогда он не приставал так явно, лишь навязчиво пытался познакомиться. Мин хмыкает и уже думает, как бы врезать этому мудаку, когда за него заступается Чон.
— Эй, парень? Тебе же девушка сказала, нет. Чего ты нарываешься-то? — Хосок оказывается явно не в духе. Он перехватывает руку парня, заставляя того отпустить запястье «девушки», и смотрит на него в упор.
Юнги хочет уже сказать что-то вроде, «да не беспокойся, если что — он отгребёт у меня», но вовремя вспоминает, что вообще-то он сейчас играет роль девушки. Из-за этого он не может просто так взять и врезать парню. «Девочки же так не делают», — вспоминается давнишняя фраза Чимина, когда Шуга только-только примерял на себя образ миленькой девчушки. Но сейчас его больше заботит другое: Чон всё ещё в гипсе, и драться ему нельзя, так что Мин пытается найти другие выходы из сложившейся ситуации.
— Как будто это прям твоя девушка, — кривится в едкой усмешке брюнет.
— А что если и правда моя? Тогда что? — вскидывает бровь Хоуп, но не отпускает руку парня, хотя тот пытается её выдернуть.
— Хосок? Может, не надо, а? — Юнги тихо шепчет ему, дергая за локоть, потому что действительно беспокоится за его руку. — У тебя же всё ещё гипс!.. Ну его нафиг, а?
На самом деле, Хосоку весьма льстит, что «она» переживает о его руке. Ему очень приятно слышать подобное, и хочется возгордиться собой. Ведь вот он такой раненный рыцарь, защищающий «девушку», во всяком случае, именно так он себя чувствует. К тому же ему приятно думать, что он Юнги не безразличен. По крайней мере, ее забота дает на это надежду.
«Она» старается канючить более натурально, как обычно это делают все девушки, хоть «ей» и неловко. Но всю ситуацию спасает сестра Намджуна. Она прерывает переглядки парней, появляясь как всегда внезапно. Молодая женщина обводит собравшихся строгим взглядом и прокашливается, ясно давая понять, кто здесь главный.
— Молодые люди, если вы здесь собрались устраивать потасовку, то я вас попрошу покинуть помещение. Но вообще не советую затевать драку. И тем более приставать к моим официанткам. А то очень быстро можно оказаться в полицейском участке, — гневно заявляет нуна. Так, что даже Юнги невольно нервно сглатывает. А затеявший всю склоку парень быстро испаряется из кафе вместе с другом. — А ты... — она поворачивается к Хоупу. — Просто не стоит геройствовать, — даёт совет женщина и снова скрывается в своём импровизированном кабинете.
Юнги стоит и какое-то время мнётся с ноги на ногу, не зная, как начать разговор. А Хосок же просто присаживается обратно за свой столик и лишь вздыхает, размышляя, что «девушка» не оценила его поступок. Через какое-то время Мин присаживается рядом, пока народу не так много, и молчит, кусая губы.
— Спасибо? — Чону каждый раз любопытно, что происходит в голове у Юнги, когда «она» благодарит его или извиняется перед ним, что в «её» голосе постоянно звучат вопросительные нотки. — Ммм... Правда, спасибо, что заступился за меня, — но на самом деле Шуге стыдно за себя. Особенно из-за того, что он притворяется тем, кем не является.
Мин благодарит Хосока, а после лавирует между столиками, бегает по залу с подносом и вроде бы задорно смеётся. Но Хоуп всё же уходит чуть раньше, не дожидаясь окончания смены «девушки». Сегодня он хочет пройтись один сам, подумать над ситуацией и, может быть, что-нибудь решить для себя.