•2•
Юнги думает, что ему как-то совсем уж не повезло по жизни: то он проигрывает совершенно дурацкие споры, то к нему пристаёт навязчивый тип, которого хочется уже на второй день придушить. Хотя вроде бы повода особого и нет, поскольку тот держится на расстоянии и просто тупо пялится на Мина. Парень не подходит к нему, не пытается заговорить и вообще старается слиться со стенкой, когда Юнги проходит мимо него. Поэтому теперь Шуге кажется, что «прилипала» что-то задумал и явно не очень хорошее.
Но это продолжается несколько дней. За такое долгое время Юнги бы уже успокоиться и забыть всё, как страшный сон, выкинуть из головы проблему и продолжать работать согласно спору. Только вот пристальный взгляд, который тут же отводят, когда замечают, что застуканы, не даёт покоя и вызывает лишь тяжелые вздохи.
Юнги не выдерживает и решает поговорить с пареньком, чтобы наконец-то прояснить ситуацию. Он выжидает до вечера, когда Хосок увлечён чем-то другим, а не разглядыванием его спины.
— Итак, — стараясь не спалиться, вещает Юнги, присаживаясь напротив, — ты долго ещё будешь на меня пялиться?
Хосок дёргается от внезапности и вскидывает резко голову, округляя глаза до невозможности. Мин честно признаёт, такие большие глаза видел только у европейцев по телеку, поэтому немного отодвигается от столика, скрежетая ножками стула по полу.
— Я на тебя не пялюсь, — мотает головой Хосок и вроде бы даже строит невинные глазки. — Я вообще больше увлечён мороженым. Вот!
Юнги хочет что-то возразить и только открывает рот, чтобы сказать что-то против, но тут же затыкается, замечая за спиной Хосока у стойки администратора старшую сестру Намджуна. Та коварно лыбится и внимательно смотрит на них. И «девушка» тут же отворачивается, что-то бубня в сторону. На самом деле, Юнги очень хочется, чтобы она ничего не знала об их споре, но по-другому бы ничего и не вышло. Так что он лишь поджимает губы и быстро встаёт из-за столика, поспешно извиняясь и шокируя бедного парня.
Хосок в непонятках крутится на стуле, пытаясь понять, в чём дело. Но не находит ничего подозрительного, лишь нуну, владелицу кафе, которая поднимает голову от каких-то бумаг и приветливо улыбается ему, кивая. Чон кивает в ответ на немое приветствие и отворачивается обратно к блюдцу, уже без всякого интереса ковыряя подтаявшее мороженое. По факту, ему было приятно, что девушка заговорила с ним первая. Правда, он корит себя немного, что спалился за наблюдением. «Надо было быть осторожнее», — размышляет Хоуп, всё же решаясь доесть мороженое.
Спустя ещё несколько дней таких наблюдений Юнги уже привыкает к назойливому жжению между лопаток от взгляда того ненормального. Он даже перестаёт обращать на это внимание, отвлекаясь на посетителей и собственно саму работу официантки. Только вот привыкнуть к постоянному сопровождению до дома не получается. Слишком уж становится боязно за свою задницу, когда он идёт по тёмному переулку, а за спиной маячит неясным приведением Хосок-дебил. Он напоминает парню какого-нибудь серийного маньяка, чем обычного школьника-отаку.
Поэтому в один из вечеров, когда Юнги возвращается домой и снова проклинает дебильный спор, он, слыша где-то в отдалении от себя шуршание и непонятные звуки, пугается и резко стартует с места. Благо сегодня он в кедах, а не дурацких туфлях на платформе, так что добежать до поворота и завернуть за него не составляет труда. Правда, Шуга не рассчитывает и влетает в кого-то, впечатываясь носом.
Хосок совершенно не думает, когда бредёт в очередной раз за девушкой. Он погружен в свои мысли, пытаясь понять, какую лучше выбрать стратегию, чтобы привлечь её внимание. А когда слышит задушенный визг и видит, как та убегает прочь, несётся спасать «свою принцессу». Изучив близлежащие переулки ещё в первый раз, когда он плутал, попытаясь выяснить, где живёт девушка, Хоуп бежит по закоулкам и выворачивает как раз в тот момент, когда из-за другого поворота выбегает Юнги.
Парень перегораживает «ей» дорогу, расставляя руки в стороны и ловя «её» в свои объятия. При чём они оба явно не рассчитывают силу и заваливаются: Хосок падает на задницу, а Юнги валится на него сверху, падая на колени, едва успев выставить руки вперёд, чтобы не пробороздить асфальт носом. «Девушка» успевает лишь издать какое-то совсем не женское «ыыы» и затравлено смотрит на парня. А Чон смотрит в ответ и всего-то хлопает глазами. Так близко друг к другу они впервые, поэтому каждый в ступоре пялятся на другого.
Первым спохватывается Юнги, подскакивая с асфальта и начинает быстро отряхиваться. Он печально смотрит на содранную коленку и ладони, поджимая губы и недовольно сопя. Хоупу же требуется ещё с полминуты, чтобы оценить ситуацию и возрадоваться случаю. Парень расплывается в улыбке и тоже поднимается с земли, едва ли отряхиваясь. Он разглядывает «девушку», пока та трёт испачканные руки носовым платком, стараясь избавиться от грязи, тихо шипит, задевая ранки, и начинает хныкать по поводу новых болячек.
— Эй?.. Может, скажешь, в чём дело? — осторожно интересуется Хоуп, заглядывая «ей» в лицо. — Ты чего-то испугалась?
Шуга вскидывает голову, смотря на парня с подозрением. Поначалу ему показалось, что эти шорохи издавал именно он, поскольку тот вечно таскался за ним бледной тенью и постоянно не давал покоя. Тогда Юнги подумалось, что этот «маньяк-извращенец» решил перейти к активным действиям и наконец-то покончить с ним. Именно поэтому он так резво побежал. А теперь они стоят друг напротив друга испачканные, и Хосок спокойненько так интересуется, всё ли в порядке. Это раздражает, и Юнги лишь сильнее хмурится, раздумывая, что бы тому ответить.
— Так... с тобой всё в порядке? Может быть, тебя всё же проводить домой? — Хоуп несмело улыбается, предлагая подобное.
— Не нужно меня провожать, — ворчит Шуга, пряча платок в недра сумки и тяжело вздыхая.
— Ну... может, всё-таки стоит? Ты же чего-то испугалась.
Мин смотрит на Хосока взглядом «ты издеваешься?» и не может понять, чего тому от него нужно. Он же явно дал понять, что не хочет знакомиться и продолжать их общение. Но, видимо, парня это совершенно не колышет, поэтому он настаивает на своём, настолько же упрямо, как и баран. Юнги вздыхает и плюёт на всё, он слишком устал за сегодня, чтобы ещё и сопротивляться этому придурку. «Пусть проводит, может, отъебется потом», — мысленно соглашается Шуга с совестью и коротко кивает.
Хосок держится чуть поодаль, идя немного позади, и разглядывает сутулую спину и опущенные плечи. Ему кажется, что девушка сильно устала и не в настроении, поэтому и согласилась, от чего на душе неприятно начинают скрестись кошки. Наверное, будь на его месте кто-то другой, он уже бросил бы это занятие пытаться добиться хоть какого-нибудь расположения этой особы. Но ведь Чон слишком упёртый, чтобы отказываться от своей затеи.
Они добираются до детской площадки, находящейся среди многоэтажек, и Юнги поворачивается к парню, крепко вцепляясь в ремень сумки. Ему не совсем комфортно рядом с ним. Тем более Шуга не хочет, чтобы тот знал, где он живёт, даже в какой из многоэтажек. Так что теперь он ждёт, когда же Хосок наконец-то сообразит благополучно свалить в туман.
— Ты живёшь здесь? — Хоуп оглядывается по сторонам и не замечает ничего необычного среди многочисленных высоток.
Все они кажутся ему одинаковыми и какими-то безликими. Хотя то же самое он может сказать и о своём дворе: ничем не примечательный район, куча однообразных зданий и такая же в точности детская площадка, на которой днём постоянно резвятся дети от мала до велика.
— Да, — коротко отвечает Юнги, смотря на парня в упор. — Здесь. В каком доме — не скажу. Обойдешься.
Чон хмыкает на подобное заявление, но, с другой стороны, понимает «её»: он бы себе тоже не особо доверял. Правда, ему хочется изменить «её» отношение к себе в лучшую сторону, чтобы «она» ему доверяла. Но, видимо, это не так уж и просто. Хотя доставать «девушку» интересно, ведь злится «она» очень забавно, это Хосок признает и слегка улыбается.
— Ну хорошо. Пусть будет по-твоему. Надеюсь, ты до квартиры доберёшься в целости и сохранности, — Хосок всё ещё не теряет надежды.
— Ничего, доберусь как-нибудь... — хмыкает Юнги и разворачивается на пятках в сторону одной из скамеек.
— Тогда до встречи?
— Угу, пока, — бубнит через плечо Мин, решая присесть на качели, пока его личный преследователь не скроется из вида.
А Хоуп лишь вздыхает и растерянно качает головой. Он смотрит на девушку, что раскачивается на качелях, отталкиваясь одной ногой от земли, и усмехается. «По всей видимости, пора как-то менять стратегию поведения, чтобы завоевать её доверие», — решает для себя Хосок и плетётся в сторону выхода из двора, понуро пиная попавшийся под ноги камешек. А Юнги наблюдает за ним, понимая, что скорее всего был излишне груб с парнем и в следующий раз стоит быть немного помягче. Ведь тот не виноват, что друзья у Мина — придурки и идиоты.