24 глава «Она - моя»
Вечер уже плотно лег на город, когда чёрная машина Петра Карсёва свернула с трассы к старым складам за промышленной зоной. Фары выхватили из темноты ржавые ворота базы, облупленные стены и силуэты курящих людей у входа.
Один из парней сразу толкнул ворота, пропуская машину внутрь.
Музыка из гаража глухо била басами, пахло бензином, сыростью и табаком. Несколько братков стояли у железных бочек с огнём, переговариваясь вполголоса. Но когда Пётр вышел из машины, разговоры моментально стихли.
Он захлопнул дверь и медленно снял чёрные перчатки. На нём был длинный тёмный плащ, волосы слегка завились от влажного воздуха, а лицо оставалось спокойным, будто ничего особенного не произошло.
Хотя все уже знали.
Цыган выжил.
И написал заявление.
- Ну что там? - первым спросил один из парней, худой и лысоватый, бросая окурок в грязь. - Правда к ментам побежал?
Пётр молча поднялся по бетонным ступеням внутрь базы.
Помещение было полутёмным: старые диваны, столы с бутылками, карты города на стенах, оружие в разобранном виде. Кто-то играл в нарды в углу, но при появлении Пети даже они отвлеклись.
Он бросил ключи на стол.
- Побежал, - спокойно ответил он. - Колено ему прострелили, а не голову. Чего вы ждали?
Кто-то тихо усмехнулся.
- Надо было добивать тогда, - буркнул один из братков.
Пётр перевёл на него холодный взгляд.
- Умный задним числом?
Тот сразу заткнулся.
Петя устало провёл рукой по лицу и сел на край стола. Внутри его уже раздражала вся эта ситуация. Не из-за страха - нет. Он слишком давно жил в этом мире, чтобы паниковать из-за одного заявления.
Но лишний шум был не нужен.
- Кто ведёт дело? - спросил он.
- Пока не знаем, - ответил другой парень, листая журнал со стола. - Но цыган в прокуратуру попёрся весь в слезах. Говорят, там целый спектакль устроил.
Несколько человек засмеялись.
Пётр лишь криво усмехнулся.
Он слишком хорошо представлял эту картину: толстый трусливый тип корчится от боли и изображает жертву, хотя сам полез туда, куда не следовало.
- Ладно, - спокойно сказал Пётр. - Если следователь нормальный, договоримся.
Он говорил уверенно, почти равнодушно. Для него подобное давно стало частью жизни. Деньги, связи, нужные люди - обычно всё решалось быстрее, чем доходило до суда.
Только он ещё не знал, кому именно попадёт это дело.
У стены кто-то спросил:
- А если принципиальный попадётся?
Пётр коротко хмыкнул.
- Принципиальных не бывает.
Сигарета вспыхнула в его пальцах.
Он затянулся и задумчиво посмотрел куда-то в темноту помещения. Все в этом мире хоть капельку продажные, даже святоши что умеют такими прикидываться, в их глазах промелькает чуточку азарт. Тем более от больших денег - грех отказываться. Проблем не будешь иметь да и подзаработать можно. Петя уж слишком привык добиваться своего и знал каждого насквозь. Когда человек отказываеться, то нужно либо предложить сумму больше или же припугнуть.
- Главное сейчас - сидеть тихо пару недель, - продолжил Пётр. - И чтоб никто не дёргался.
Парни закивали.
А где-то в другом конце города Василис уже держал в руках заявление, медленно выстраивая у себя в голове совсем другой план.
И если Пётр считал, что сможет просто «договориться» со следователем, то судьба готовила ему куда более неприятную встречу.
♣︎♣︎♣︎
Кабинет прокуратуры уже почти опустел. За стенами стихли шаги, погас свет в соседних комнатах, и только у Василиса всё ещё горела настольная лампа, заливая стол жёлтым тусклым светом.
Он сидел один.
Перед ним лежало заявление цыгана, фотографии ранения, несколько пустых папок и старая зажигалка, которую он машинально крутил в пальцах.
Тишина давила.
Василис медленно откинулся в кресле и снова перечитал описание.
«Кудрявый. Спортивный. Чёрный плащ.»
Пётр Карасёв.
Даже спустя годы этот человек будто продолжал стоять у него перед глазами. Самоуверенный, холодный, всегда окружённый людьми. Тогда, в банде, Петра слушали. За ним шли.
А Василис остался крайним.
Он сжал челюсть.
В памяти снова всплыла та ночь - крики, проваленная передача денег, бешеные лица братков. И Пётр, который первым сказал:
- Он нас потопит.
После этого Василиса выкинули как мусор.
Ни звонков. Ни помощи. Ничего.
И вот теперь судьба словно сама положила оружие ему в руки.
Он резко поднялся из кресла.
Папка захлопнулась с сухим стуком.
Василис подошёл к шкафу с делами и начал быстро перебирать документы. Старые контакты, отчёты, фамилии, клички. Всё, что когда-то казалось забытым, теперь снова становилось полезным.
Он слишком хорошо знал, как работает эта банда.
Кто возит деньги.
Кто хранит оружие.
Кто первым ломается на допросах.
Уголки его губ медленно дрогнули.
- Ну что, Петя... - тихо пробормотал он себе под нос. - Посмотрим, какой ты теперь умный.
Он взял телефон и набрал номер.
- Да, это Василис. Подними мне всё по Карасёву... Всё. Машины, старые приводы, связи. И ещё пробей пару адресов.
Он слушал ответ, медленно глядя в окно на мокрый ночной город.
- Нет, официально пока не дёргаем. Тихо работаем.
Пауза.
- Я хочу раскрутить всю цепочку.
Он сбросил вызов.
Теперь Василис двигался осторожно. Не как бывший бандит, а как человек системы. И именно это делало его опаснее.
Он понимал: если просто взять Петра за нападение - тот выкрутится. А вот если потянуть за нитки, поднять старые дела, найти склады, деньги, оружие, людей...
Тогда можно утопить всю их компанию.
Василис снова сел за стол и открыл чистую папку.
На обложке медленно вывел ручкой:
«Карасёв П.»
Чернила слегка растеклись по бумаге.
Он усмехнулся.
Несколько лет назад он был для них своим.
Теперь - человеком, который собирался разрушить всё, что они построили.
Машина Василиса медленно остановилась у входа в узкий переулок между старыми кирпичными зданиями. Двигатель затих, и улицу сразу поглотила тяжёлая ночная тишина.
Он вышел из машины, захлопнув дверь чуть громче, чем хотел.
Холодный влажный воздух пах сыростью, мокрым асфальтом и чем-то металлическим, неприятным. Где-то далеко шумел город, но здесь, в глубине переулка, всё казалось отрезанным от остального мира.
Единственный старый дубовый фонарь тускло освещал часть дороги жёлтым дрожащим светом. Лампа внутри иногда потрескивала, и тени от мусорных баков и труб дёргались по стенам, словно живые.
Василис медленно прошёл вперёд, осматривая место.
Тёмные пятна на асфальте почти смыло дождём, но лёгкие следы крови всё ещё оставались между трещинами бетона. Совсем немного - брызги, размазанные подошвами.
Он присел на корточки.
Перчатки тихо скрипнули, когда он провёл пальцами рядом с пятнами.
- Значит, вот где вы встретились... - пробормотал он себе под нос.
Перед глазами невольно возникла картина.
Цыган, корчащийся на земле.
Пётр - спокойный, с оружием в руке.
И девушка рядом, молча наблюдающая за происходящим.
Василис нахмурился и достал фотоаппарат.
Щелчок вспышки резко разрезал темноту.
Он методично фотографировал всё: стены, кровь, следы обуви возле лужи, гильзу у водостока. Работал спокойно и внимательно, но внутри у него постепенно поднималось знакомое напряжение.
Щелчок.
Щелчок.
Белый свет на секунду выхватывал переулок из мрака, а потом всё снова тонуло в жёлтой полутьме.
Василис подошёл ближе к кирпичной стене.
На влажной поверхности едва заметно виднелись смазанные отпечатки ладони. Возможно, цыган пытался подняться после выстрела.
Он достал набор для снятия отпечатков и начал аккуратно работать кистью.
Полная тишина вокруг почему-то давила сильнее обычного.
Только ветер иногда гонял по асфальту мусор и тихо гудел в трубах над головой.
Василис остановился.
Ему вдруг слишком отчётливо вспомнилось, как он сам когда-то стоял в похожих переулках рядом с Петром. Такие же разборки. Такие же тёмные улицы. Тогда он был по другую сторону закона.
Теперь же собирал улики против бывших своих.
Странное чувство.
Он медленно поднял взгляд на конец переулка, где темнота становилась почти непроглядной.
- Ошибаешься ты, Петя... - тихо сказал Василис в пустоту. - Думаешь, всё ещё контролируешь.
Он снова нажал кнопку фотоаппарата.
Вспышка осветила переулок ещё раз - холодно, резко, будто фиксируя начало охоты.
♣︎♣︎♣︎
Дверь квартиры тихо щёлкнула глубокой ночью.
Пётр вошёл почти бесшумно, привычным движением снимая чёрные перчатки. На улице моросил дождь, и от его плаща тянуло холодной сыростью. Он устало провёл рукой по волосам и уже собирался пройти дальше по тёмному коридору, как заметил слабый свет на кухне.
Он замер.
На столе всё ещё стоял ужин. Уже остывший.
Тарелки аккуратно расставлены, рядом чашка чая, к которой так и не притронулись. Маленькая лампа у стены освещала комнату мягким тёплым светом.
А в кресле возле окна спала Т/и.
Она свернулась боком, поджав ноги под себя, будто просто хотела подождать его ещё пару минут. Волосы рассыпались по плечам, одна рука безвольно лежала на подлокотнике, а дыхание было тихим и ровным.
Пётр медленно выдохнул.
В груди неприятно кольнуло чувство вины.
Он ведь обещал.
«Я постараюсь как можно быстрее закончить все дела и вернуться к полудню.»
И снова не пришёл вовремя.
Несколько секунд он просто стоял в дверях кухни, глядя на неё. После всей грязи, разговоров, оружия и напряжения этого дня эта картина казалась почти нереальной.
Тихий дом. Тёплый свет. Умиротворенное спокойствие.
И человек, который ждал его до ночи.
Пётр осторожно подошёл ближе, стараясь не шуметь. Под ногами тихо скрипнул паркет, но Т/и лишь чуть нахмурилась во сне.
Он заметил, как она замёрзла - плечи слегка подрагивали от холода.
Пётр молча снял с дивана плед и аккуратно накрыл её. Медленно, бережно поправил ткань на плечах, чтобы не разбудить.
Его грубые пальцы неожиданно осторожно коснулись её волос.
Он погладил её по голове, убирая прядь с лица.
В этот момент выражение его лица стало совсем другим - усталость всё ещё оставалась в глазах, но жёсткость куда-то исчезла.
- Глупая... - тихо пробормотал он почти шёпотом. - Не надо было ждать.
Но сам прекрасно понимал, что именно это ожидание сейчас почему-то тронуло его сильнее всего.
Т/и чуть пошевелилась во сне, тихо выдохнув.
Пётр наклонился ближе и осторожно коснулся губами её лба.
Коротко. Нежно.
Так, будто боялся потревожить.
Потом ещё несколько секунд смотрел на неё молча, держа ладонь на её волосах.
За окном шумел дождь, где-то далеко проезжали машины, а здесь, в этой маленькой кухне, наконец стало тихо. Настолько тихо, что Пётр впервые за весь день почувствовал, как напряжение медленно отпускает его плечи.
Т/и тихо пошевелилась под пледом, словно почувствовав рядом чужое тепло. Ресницы дрогнули, дыхание сбилось со спокойного ритма сна, и спустя пару секунд она медленно открыла глаза.
Сначала взгляд был сонным и расфокусированным, но как только она увидела перед собой Петра, в её лице сразу появилось мягкое тепло. Уголки губ чуть приподнялись в сонной нежной улыбке.
- Ты всё-таки пришёл... - едва слышно прошептала она хриплым после сна голосом.
Пётр смотрел на неё сверху вниз, сидя на корточках возле кресла. Усталость всё ещё лежала на его лице, но рядом с ней он будто становился спокойнее.
- Пришёл, - тихо ответил он.
Т/и чуть приподнялась, всё ещё кутаясь в плед, а Пётр медленно наклонился ближе. Его ладони осторожно легли на её щёки - тёплые, большие, слегка шершавые после холодной улицы.
Он провёл большим пальцем по её скуле, внимательно глядя ей в глаза, будто проверяя, не сердится ли она.
Но Т/и только улыбнулась ещё мягче.
Тогда Пётр осторожно коснулся её губ своими.
Поцелуй был коротким и тихим, без спешки - скорее уставшим и нежным после тяжёлого дня. Он задержался рядом, не отстраняясь сразу, а его рука медленно скользнула выше, ко лбу девушки.
Пётр бережно убрал волосы с её лица, проводя пальцами по мягким прядям и поглаживая их.
Т/и прикрыла глаза от этого движения и чуть подалась навстречу его ладони.
В кухне стояла почти полная тишина. Только дождь тихо барабанил по окнам да лампа едва слышно потрескивала возле стены.
Пётр смотрел на неё долго, молча, словно именно этого спокойствия ему не хватало весь день.
- Прости, что поздно пришёл, - произнёс он уже тише.
Т/и лишь покачала головой и сонно накрыла его руку своей ладонью, всё ещё улыбаясь ему так тепло, будто этого возвращения было достаточно.
- Главное что ты пришел. - и тут же добавила с легким интересом. - Ты решил свои дела? Теперь все на своих местах?
Его веки на секунду дрогнули и он отвёл взгляд вздохнув все еще поглаживая ее по щечкам.
- Надеюсь что так и будет. - слова прозвучали как предкушение перед атакой, которая предстояла ему не из лучшего мировоззрения.
Не дав ей отреагировать, Карасёв молча кивнул в сторону ужина сново смотря смягчено ей в глаза.
- Как всегда аппетитно выглядит. Я хочу уже поскорее это попробовать. - хвальным тоном все произнес он облизнул легонько губы.
Девушка в ответ только ехидно улыбнулась и явно поняла намек. Она встала, откинув плед на спинку кресла и взяла две тарелки приподнося к микроволновки.
- Сейчас попробуешь. - кинула взгляд на мужчину через плечо и поставила первую тарелку внутрь грелки, заводя.
Карасёв встал с корточек и подошел со спины к ней заводя руки вокруг ее талию, тем самым обвивая в круг сцеплевая в замочек. Чтобы не мешать просто положил подбородок ей на плечо вдыхая ее запах кожи на шеи. За день разлуки казалось это очень важным для него чтобы почувствовать себя дома. Там где ему стоило находиться.
Т/и мягко улыбнулась и положила свои ладони поверх его массивных и шершавых рук.
Еда грелась а пара влюблённых стояла и уже знала как проведёт этот вечер. Вместе.
♣︎♣︎♣︎
На следующий день встречу назначили поздно вечером на заброшенной парковке возле старого автосервиса. Место было тихое, пустое, с редкими фонарями, которые едва освещали мокрый после дождя асфальт.
Чёрная машина Петра остановилась у ржавых ворот.
Он вышел первым, спокойно поправляя ворот тёмного пальто. За ним сразу появились двое братков - напряжённые, молчаливые, внимательно осматривающие территорию.
Пётр выглядел уверенно.
Даже слишком.
На его губах играла лёгкая ухмылка человека, который уже мысленно решил проблему. Обычный следователь, обычная встреча, обычный разговор. Деньги, давление или договорённость - всё это он проходил десятки раз.
- Сейчас поговорим и разойдёмся, - тихо бросил он своим людям.
Один из них кивнул.
Вдалеке послышался звук мотора.
Фары медленно скользнули по стенам сервиса.
Машина остановилась напротив.
Дверь открылась.
И в следующую секунду ухмылка Петра исчезла.
Из машины вышел Василис.
Тот самый.
В тёмном пальто, с папкой под рукой и спокойным выражением лица. Только глаза у него были совсем другими - холодными и довольными.
Будто он слишком долго ждал именно этого момента.
Несколько секунд повисла тяжёлая тишина.
Пётр не двигался.
Лишь взгляд стал жёстче.
А внутри что-то неприятно сжалось.
За его спиной братки тоже сразу напряглись, переглянувшись между собой. Они узнали Василиса почти мгновенно.
Бывший свой.
Теперь - мент.
Василис медленно подошёл ближе и остановился под фонарём. Жёлтый свет лёг на его лицо, подчёркивая лёгкую злорадную улыбку.
- Ну здравствуй, Петя, - спокойно произнёс он.
Пётр смотрел на него неотрывно.
Каменное лицо.
Только желваки на скулах едва заметно двигались, а пальцы медленно сжимались в кулаки в карманах пальто.
- Неожиданно, - холодно ответил он.
- Для тебя - думаю да, - усмехнулся Василис.
Он открыл папку и нарочно медленно пролистал несколько страниц.
- Интересное дело попалось. Тёмный переулок. Выстрел в колено. Гильза. Следы обуви. Свидетель.
Он поднял глаза прямо на Петра.
- И очень подробное описание.
Тишина стала ещё тяжелее.
Один из братков за спиной Пети нервно переступил с ноги на ногу.
А Василис будто наслаждался каждым словом.
- Знаешь, что самое забавное? - продолжил он. - Я ведь сразу тебя узнал.
Пётр молчал.
Только взгляд стал ещё холоднее.
- А ты всё такой же, - тихо сказал Василис. - Думаешь, что тебе всё можно. Что любой вопрос решается разговором.
Он подошёл чуть ближе.
- Только времена изменились.
Папка легко хлопнула по его ладони.
- Теперь у меня власть. Люди. Доступ ко всем вашим делам. И если захочу - я раскручу не только этот выстрел.
Он чуть наклонил голову набок.
- Я всю вашу шайку по кускам соберу.
За спиной Петра атмосфера окончательно накалилась. Братки уже не выглядели уверенными - слишком хорошо понимали, насколько опасен человек, который знает их изнутри.
Пётр стоял неподвижно.
Но Василис видел всё. Как напряглась его челюсть. Как побелели костяшки пальцев.
Как исчезла та самоуверенная усмешка, с которой он приехал сюда.
И именно это приносило Василису почти болезненное удовольствие.
- Что молчишь, Петя? - тихо усмехнулся он. - Не ожидал увидеть старого знакомого?
Пётр медленно втянул воздух через нос, не сводя взгляда с Василиса.
Ветер тянул по парковке сырость и запах бензина. Где-то за зданием дребезжал лист железа, но никто даже не повернул головы на звук.
Слишком напряжённым стал этот разговор.
- Ты много на себя берёшь, - наконец произнёс Пётр тихо и ровно.
Но прежней уверенности в голосе уже не было.
Василис это услышал сразу.
И улыбнулся шире.
- А ты всё ещё думаешь, что можешь меня пугать? - он усмехнулся, закрывая папку. - Нет, Петя. Это раньше я был одним из вас. Сейчас всё иначе.
Он медленно обошёл его сбоку, словно специально вторгаясь в личное пространство.
- Знаешь, что мне нравится больше всего? - продолжил Василис. - Ты ведь приехал сюда договариваться. Уже придумал, сколько предложишь? Или хотел давить по старой памяти?
Пётр резко перевёл на него взгляд.
Холодный.
Тяжёлый.
- Следи за языком.
Василис тихо рассмеялся.
- Вот он. Старый Петя Карасёв.
Он остановился напротив и вдруг стал серьёзным.
- Только теперь ты не там стоишь.
Эти слова ударили сильнее, чем Пётр ожидал.
Несколько секунд они просто смотрели друг на друга.
Двое братков позади Петра уже явно нервничали. Один постоянно оглядывался по сторонам, второй держал руки в карманах, но плечи были слишком напряжены.
Они понимали: если Василис приехал один и так спокойно разговаривает - значит, уверен в себе. А это плохой знак.
Пётр медленно сжал челюсть.
- Что тебе надо? - спросил он прямо.
Василис чуть наклонил голову.
Вот этого вопроса он и ждал.
- Ничего невозможного, - спокойно ответил он. - Я хочу, чтобы ты понял одну вещь. Теперь я могу заходить в ваши дела официально. Склады. Машины. Люди. Старые эпизоды.
Он слегка постучал пальцем по папке.
- И если начну копать глубже, всплывёт много интересного.
Пётр молчал.
Но внутри уже начинало расти тяжёлое раздражение.
Нет... не раздражение.
Опасение.
Потому что Василис действительно знал слишком много.
Адреса.
Схемы.
Людей, которые могли сломаться под давлением.
И самое мерзкое - он теперь прикрывался законом.
Василис внимательно наблюдал за его лицом, будто смакуя каждую секунду чужого напряжения.
- Ты ведь помнишь, как меня вышвырнули? - тихо сказал он вдруг. - Помнишь, кто первый открыл рот?
Пётр ничего не ответил.
И это было ответом.
Василис усмехнулся, но в глазах мелькнуло что-то старое и злое.
- Я тогда стоял один против всех вас. А теперь посмотри, как всё повернулось.
Он сделал шаг назад.
- Теперь ошибаться будешь ты.
На секунду показалось, что Пётр сейчас сорвётся. Его кулаки напряглись так сильно, что побелели пальцы. Взгляд стал острым, почти опасным.
Но он сдержался.
Потому что понимал: именно этого Василис и добивается.
- Закончил? - холодно спросил Пётр.
- Пока да, - ответил Василис. - Но это только начало.
Он развернулся к машине, потом вдруг остановился и бросил через плечо:
- И ещё, Петя... Передай своим людям: теперь я буду рядом намного чаще, чем вам хотелось бы.
Карасёв стоял неподвижно слушая его слова и ему хотелось ужасно сильно сделать то, о чем он позже пожалеет.
Убить его.
Да, это был бы разумный вариант избежать конфликта и проблем. Но он мент. Подниметься шум и всплывет правда. О ком расследовал дело Лис, с кем общался, не очень лицеприятным образом. Ему это не надо. Нужно действовать не с горяча. Подобраться к слабостям.
Но вместо этого он всего лишь коротко хмыкнул слегка переминаясь с ноги на ногу.
- Ах да, и еще...- подошел на шаг ближе чтобы его слова прозвучали чётко и ясно. - Совсем забыл спросить. - Лис открыл папку и прочитал. - Со слов пострадавшего указано в характеристиках что с тобой была девушка.
Лицо Пети сразу же стало злым. Нервным. Он уже не сдерживался. Особенно при упоминании её.
- Девушку себе завел? Или это твоя союзница? - самоуверенно спросил Василис.
Карасёв сделал шаг вперед сокращая расстояние. Руки в карманах сжались а глаза сузились сверля его свирепым взглядом оценивая тон вопроса. Он покачал головой пуская нервный смешок запрокинув голову вверх пуская легкий и нервозность-хриплый смешок.
Лис замер. В его глазах светилось любопытство.
Наконец он опустил голову фокусируя взгляд на бывшем братке, что теперь стоял в обычном одежде в стиле мента.
- Только попробуй ее сюда вмешивать. Она соврешенно не при чем. Это он её...
Но Лис перебил.
- Я действую в защите пострадавшего который написал заявление на вас. - ткнул пальцем он обводя Петра скептическим взглядом.
Жест был неуважительным для данной ситуации. Но его это не пугало. Василис знал, братки ничего ему не сделают. Властью управляет он а не они.
- Я тебе еще раз говорю. Только попробуй сюда вмешать Т/и!! - уже повысил тон Карась хрипло протянув от недавнего кома в горле.
- Ооо. Т/и? - сразу расплылся в удивлённой ухмылке Василис. - Не ожидал что твоя сестрица пойдёт по стопам такого великолепного брата как ты.
- Я помню как ты испугался за нее, когда мы крутили колесо фортуны. Ты так переживал за нее...Бедный. - дуя губы покачал головой Лис изображая наигранную жалость с пониманием.
Пётр сделал еще один шаг вперед так, что их носы почти соприкоснулись и прохрипел ему в лицо.
- Ты сейчас сам себе могилу роешь.
Но Лис не испугался. Наоборот.
- Трахаешь ее, да? - прошептал низко чтобы услышал только Петя и прикусил губы проводя языком ожидая реакции.
Удар был настолько внезапным, что Лис даже не успел среагировать. Его отбросило назад прямо на бетонный пол простонав от боли в спине.
Братки стоящие у машины сразу ахнули бежа в их сторону.
Но Пётр уже сорвался.
Он схватил Лиса за куртку и снова впечатал его в пол, тяжело дыша от ярости. Всё напряжение, накопившееся за вечер, будто прорвало внутри него.
- Ты рот свой закрой! - рявкнул он.
Лис попытался оттолкнуть его, все еще с улыбкой на лице махая указательным пальцем в стороны и огрызаясь в ответ:
- Хахах, значит я прав!
Но Пётр снова дёрнул его за воротник, удерживая.
- Она - моя - проревел со стоном он с такой злостью, что в помещении стало совсем тихо. - Не смей так о ней говорить!
Двое братков сразу бросились к ним.
- Петя, хватит!
- Успокойся!
Они начали оттаскивать его за плечи, но Пётр ещё несколько секунд сопротивлялся, не сводя бешеного взгляда с Лиса.
- Вот оно что... - протянул Лис насмешливо. - Нервишки сдают, Петя?
Пётр резко повернул голову в его сторону.
Василис только продолжил спокойным, ядовитым голосом:
- Один разговор про неё а ты уже так завёлся. Ох грех на душу не бери. Со мной лучше не связываться. Знай свое место.
Мент встал с земли поправляя воротник и обтряхивая куртку.
Продолжал специально подливал масла в огонь.
- Что такое? - усмехнулся он. - Боишься потерять контроль? Или дело уже не только в ней?
Пётр молчал.
Но теперь его взгляд стал по-настоящему опасным.
Братки всё ещё держали его за руки, чувствуя, как напряжено всё его тело.
И каждый в помещении понимал: Василис добился своего.
Он ударил не по делу.
А по самому больному месту Петра.
♣︎♣︎♣︎