Владычица тьмы

— Как думаешь, кто родится? — спросил Адриан, когда они с Луи прошагали полкилометра.

Принц пожал плечами.

Адриан усмехнулся:

— Мальчик или девочка?

— Мальчик.

— Как думаешь, кем он будет?

Владыка Солнца снова пожал плечами. Он начал подумывать, что друг перепутал его с ясновидящей, раз спрашивал такое.

— Демон, бог, человек, что-то между?

Луи нахмурился.

— Я не знаю, кем он будет, почему ты спрашиваешь меня об этом? —Он посмотрел на Адриана.

Тот улыбнулся и не стал отвечать. Луи от этого нахмурился ещё больше. Он даже присмотрелся к товарищу, чтобы убедиться в его невредимости. Когда Аврора раскидала их при помощи своей силы Адриан крепко приложился о дерево – вдруг это повлияло?

Владыка Солнца долго наблюдал и, к счастью, не нашел признаков умственной отсталости. Он облегченно выдохнул и решил смилостивится:

— Но если тебе так интересны мои догадки, то, думаю, ребёнок будет выглядеть как человек, а не змея, которую Аврора когда-то сожрала.

— Он будет похож на Аврору или Авалона?

— На Айзека. — Луи хохотнул. — Шучу, думаю на обоих.

Адриан с его шутки не рассмеялся...

Чтобы не потеряться они не стали погружаться в лесную чащу, а решили наворачивать круги. Несмотря на то, что владыка Солнца и принц Неба отошли на добрых три сотни метров от дома, выплеск тёмной ци почувствовали даже так. Это намекало на начало веселья.

— Интересно, Айзек тоже там? — Луи замер; его взгляд сверлил то, что скрывалось вдали. — Авалону, я так понял, на силы Авроры всё равно, а вот Айзеку... Он ведь светлый маг.

— Только наполовину.

— Хочешь сказать, ради того, чтобы быть рядом, он обратится к тёмному воплощению?

— Возможно. Он ведь слишком переживает за Аврору и не может оставить. За последние дни Айзек всеми силами пытался отвлечься работой и не выпускал из рук письма и кисть – это свойственно человеку, который избегает собственных мыслей. Работа помогает глушить беспокойство.

— Надо же, какой ты наблюдательный. — Луи усмехнулся. — От меня научился?

— Частично. Я всегда был наблюдательным, но с тобой развил эту способность.

— Какой я молодец, похвалишь меня?

Адриан возвёл глаза к небу, но наклонился и оставил на губах владыки Солнца поцелуй.

— Один поцелуй? Как-то ты плохо хвалишь.

— Если тебя много хвалить, то ты избалуешься.

— Ой, — Луи закатил глаза, — ты вечно оправдываешь свою холодность!

После того, как Аврора и Зефир исчезли в доме, плотная тёмная энергия охватила поляну перед ним. Авалон бдел за ситуацией, сидя на бревне у потухшего костра. Он не отводил взгляд с единственного окна, которое сейчас было зашторено.

Защитный барьер, который начертил Астр, был призван сдерживать рвущиеся наружу потоки тьмы. Если он работал, то становилось страшно, насколько мощная сила царила внутри дома, раз тьма всё-таки просочилась и щедро заполнила собой территорию длиной в гектары.

Айзек находился чуть дальше от Авалона, потому что не мог пребывать возле дома. Он начертил защитный круг и, сев в позу для медитации, начал сопротивляться тьме, воздействующей на него. Проще было уйти или обратиться тёмным воплощением, но ни того ни другого владыка Луны не желал, потому пыжился над самоконтролем.

Снаружи не было слышно ни воплей, ни грохота, словно в доме ничего не происходило. Либо Астр или Зефир наложили заклятие тишины, либо Аврора вела себя безмолвнее мертвеца. Это настораживало. Крики Авроры никто не хотел слышать, но без них становилось совсем жутко.

Авалон сидел мрачный, как грозовая туча. Он дышал очень медленно и о-очень ровно, за прошедшие три часа ни один его мускул не дрогнул. Найт замер в одной позе, без устали сверля взглядом ненавистное окно.

Айзек от него в этом не отличался. Две статуи караулили небольшую поляну.

— Уже почти ночь, а тьмы меньше не стало, — подметил Луи, когда они с Адрианом уже устали вкруговую ходить по лесу.

По скромным подсчётам с момента их ухода прошло пять или шесть часов. Кроны деревьев плотно заслоняли небо, потому в лесу почти воцарилась темень — ещё часок и можно выкалывать глаза.

Адриан предположил:

— Видимо, процесс длится долго. Я как-то не интересовался, сколько времени женщины обычно рожают.

— Я слышал, что вроде рожают быстро, но подготавливаются долго.

Адриан странно посмотрел на Луи.

— Даже спрашивать не буду, где ты это слышал и почему вообще интересовался.

— Для общего образования, конечно же, вдруг пригодится?

— В каком деле тебе пригодиться знание о скорости родов? Разве что во время викторины.

Луи театрально ахнул:

— Я всё ещё жду своего звездного часа! Вот только викторин никто не проводит...

Адриан одарил владыку Солнца насмешливым взглядом, хмыкнул и пошёл дальше.

Лес шелестел под властью легкого ветерка, развеивая тишину тёмной глуши. Сотни светлячков освещали путь двух молодых людей, словно заботились о том, чтобы они не заплутали.

Адриан и Луи хоть и притомились бездельничать, но прогулка, которую они вынужденно совершали, оказалась приятной. Вдыхая аромат трав с древесными нотами, они мирно проводили время, пока нечто темное и зловещее рвалось появиться на свет.

— Смотри. — Луи указал пальцем в небо.

Тьму пронзили десятки падающих звёзд. Пылающие, они пересекали пространство над головами. Из чёрного, небо обратилось глубоким синим, чистым и незапятнанным другими светилами. Это было столь красиво, что Луи и Адриан задержали дыхание.

— Двадцать, — подытожил владыка Солнца и обернулся. Когда звезды упали, негативная энергия со стороны дома начала рассеиваться. — Надеюсь, это не связано, — буркнул он и взял Адриана за руку.

Настороженные, они поплелись обратно — разведывать о произошедшем.

— Как обстоят дела? — Владыка Солнца выбрался на знакомую полянку.

Авалон стоял напротив дома плечом к плечу с Айзеком. Вдвоём они бездумно пялились на входную дверь, как собаки, ожидающие кость.

Астра поблизости не было, по всей видимости он находился внутри и скорее всего это он наказал владыкам Луны и Ночи не входить.

У Авалона и Айзека на лицах было написано, что они из последних сил сдерживаются, чтобы не сорваться, потому Луи счёл своим долгом поддразнить:

— Чего не заходим? — произнес он, игнорируя факт, что на его предыдущий вопрос не ответили.

Авалон буркнул:

— Астр попросил подождать.

Айзек добавил:

— Но когда нам надоело ждать мы попытались войти и не смогли из-за барьера, который он начертил.

Луи посмотрел на землю, покрытую рунами.

— Легко. — Он обнажил саблю.

— Может не надо? — предостерёг Адриан, но владыка Солнца махнул рукой и заверил, что ничего не случится.

Тьма уже улеглась, потому внутри явно стало спокойнее. Если разрушить барьер вряд ли кто-то умрет.

Луи подошёл к магическим линиям и, вонзив в землю клинок, сделал то же, что когда-то сотворил в проклятом лесу. Он наполнил саблю духовной силой, которая вырвалась, выжигая заклинание Астра. Два магических потока — светлый и тёмный — слились, разрушая чужие руны. Заклинание покровителя земли оказалось мощным, Луи потратил больше сил, чем в проклятом лесу, а на лезвии его сабли появились неровности.

— Мне кажется, если ты сделаешь так ещё раз, твоя сабля развалится на части, — подметил Адриан, когда владыка Солнца даровал приглашающий жест.

— Ну развалится и развалится, — хмыкнул он, пропуская рванувших Авалона и Айзека. – Попрошу выковать новую, я ж теперь владыка, некому ругать меня за халатность ха-ха.

Вбежав на второй этаж и распахнув нужную дверь Авалон замер на пороге, потому спешащий за ним Айзек налетел со спины. Два достопочтенных владыки ввалились внутрь с такими тупыми лицами, которых у них никогда не было.

Астр стоял у окна и открывал шторы. Зефир сидел в кресле и злобно сверлил взглядом Аврору: Мун, скрестив ноги бабочкой, находилась на кровати. Она была облачена в чёрный доспех, а на руках держала завёрнутого в одеяльце малыша. Ребёнок был белым с головы до пят, но вёл себя оживлённо. Маленькими ручонками в чёрных перчатках он пытался схватить длинные волосы матери.

В комнате не было ни трупов, ни крови, только разруха и ощутимое, но не смертельное, присутствие тьмы.

Вся эта тьма исходила от ребёнка.

Авалон смотрел на невинную белую личинку и не мог поверить, что в ней есть хоть капля зловещего. Ребёнок выглядел прелестным даже когда походил на толстый паровой пельмешек.

— Вы где пропадали? — Аврора взглянула на Авалона и Айзека. — Мы уже двадцать минут назад закончили.

Авалон пробормотал, не отрывая взгляда от дитя:

— Да мы... нам... Нам Астр сказал не входить.

Аврора скривила губы, то ли возмущённая самоволием Астра, то ли разочарованная тупостью мужа.

— Так и будете стоять в дверях, папа и дядя?

Айзек толкнула Авалона в спину, намекая, что ноги у людей умеют ходить и ими можно пользоваться.

— Мальчик или... — Найт неуверенно шагнул вперёд.

— Мальчик.

Авалон обрадовался, но виду не подал.

— Что у него на руках?

Аврора кинула взгляд в сторону Зефира.

— Перчатки, как видишь. – Голос Бога Ветров сквозил обидой. — Твой сын убивает всё к чему прикасается, эти перчатки будут сдерживать его мощь.

Авалон опешил:

— Убивает всё к чему прикасается?

Зефир продемонстрировал ладонь, которой не было. Рука была обрублена по кисть. Вместо кисти имелось что-то полупрозрачное, состоящее из ветра.

— Я восстановлюсь, но это займёт больше времени, чем регенерация после боя с Многоликим. Будь осторожен, когда полезешь к сыну с объятиями. Я думаю, в этой форме мальчик никогда не научится контролировать такую способность.

— Что значит "в этой форме"?

— В человеческой.

Авалон на секунду смутился, но быстро понял, что, учитывая количество тьмы, исходящую от ребёнка, тот должен иметь иную форму...

— То есть его руки всегда будут убивать?

Зефир кивнул.

— А если он сменит форму?

Бог Ветров странно улыбнулся.

— Не сменит. Поэтому привыкайте к тому, что есть.

Авалон нахмурился. Ответ старика звучал странно.

— В остальном он не опасен? — Айзек давно обошёл Авалона и уже не первую минуту сидел на корточках перед новоиспеченной матерью.

Аврора пожала плечами.

— Этого знать не могу, но пока на агрессора не похож и жажды крови не источает.

Владыка Луны промолчал. Он внимательно посмотрел на ребёнка, потому что суждениям новоиспечённой матери не верил.

Кроме Айзека никто из присутствующих не мог узнать, о чем действительно думает этот малыш, а думал он ясно. Хотя разум пребывал в хаосе и будто разрывался на две части, образы в нём были понятны и напоминали ум семилетки, а не младенца. Айзек насторожится, чувствуя необъяснимую двойственность, но, когда он решил копнуть глубже, племянник одарил его хмурым взглядом и залепетал на возмущенном младенческом. Ребёнок явно просил дядю перестать лезть в его личное пространство!

Айзек удивился так, как не удивлялся в жизни.

— Ты дала ему имя? — Авалон проигнорировал кривое взаимодействие дяди и племянника.

— Нет. — Аврора склонила голову к плечу. — У тебя есть предложения?

Найт растерялся.

— Я... — выдохнул он в попытке собраться с мыслями.

Владыка Ночи присмотрелся, силясь понять, кого они породили — так было легче придумать имя — но оказалось, что он не может определить демон перед ним или человек...

— Аврора, а он в итоге... кто? — Айзек тоже заметил неладное. — Я чувствую тёмную энергию, но не скажу, что она демоническая или заклинательская.

Мун кивнула.

— Пока вы двадцать минут шли сюда, мы с Астром и Зефиром пытались определить сущность ребёнка, но не смогли. Он... тьма. Это всё, что я могу сказать.

Авалон подметил:

— Но при этом выглядит как человек.

— А пахнет как чистокровный демон. Его суть демоническая?

Аврора снова кивнула:

— Многовероятно.

— Чем это грозит? Демоническая суть означает, что он будет как демон?

— Не знаю... Не имею представления, каковыми вырастают те, кто имеет демоническую суть.

Зефир хмыкнул:

— Бесчувственными. Характер вашего ребёнка будет как у бессмертного клана Ночи. Думаю, Авалон знает, что это и как с этим бороться, потому ничего страшного. — Старик скосил взгляд на владыку Ночи.

Тот нахмурился. Высокий уровень совершенствования уничтожал эмоции. Бессмертные клана Ночи были холодными и неприятными. В связи с отсутствием чувств они не понимали людей и не могли с ними нормально общаться. Зачастую бессмертные рубили с плеча, были грубы, прямолинейны и постоянно скучали. Они походили на существ из другого мира — непостижимых и опасных.

Авалон не хотел, чтобы его сын вырос таким, но, если это случится, он и впрямь знает, как совладать с подобным характером. Это не то, что можно счесть губительным.

Найт чуть подумал, а после слово само сорвалось с языка:

— Кǣй.

Аврора и Айзек зависли — пытались перевести, что ляпнул этот человек.

— Старый диалект клана Ночи? — уточнила Мун. – Какое значение?

— Тёмный.

Глядя на ребёнка, только это шло Авалону в голову. В ауре сына было столько тьмы, сколько не имелось даже у магистров.

Аврора отвела взгляд и посмотрела на дитя:

— ᙢậлǣкиай. Но для всех просто Кай...

— Это сейчас дамонианский звучал?

— Да. У нашего сына есть демоническая суть, ей тоже нужно имя.

Зефир кашлянул:

— Пожирающая тьма? Вот это имя ты дала — сама доброта! Вы с мужем, я гляжу, одинаково недалекие? Как видите, так и именуете?

Авалон хотел убить Бога Ветров, но не успел.

— Ого!!! — Луи потрясённо взвыл. Через секунду он оказался возле кровати и опустился на корточки подле Айзека. — Ничего себе! – Владыка Солнца обернулся. – Адриан, мы с тобой и впрямь теперь младшие дяди! Глянь какой светлый человечек, хоть и тёмный до мозга костей. В папашу похоже пошёл.

Авалон пнул Луи в бок.

Владыка Солнца огрызнулся:

— Не мешай. Я созерцаю племяша!

— Он тебе не племяш.

Луи проигнорировал, вместо этого обратился к Авроре:

— Как вы его назвали?

— Кай.

Луи был в восторге.

— Ка-а-й. — Владыка Солнца глядел на ребёнка, как на диковинную зверушку.

Он не ожидал от себя такой реакции. Пока они поднимался по лестнице, Луи чувствовал настороженность и готовность к атаке, но стоило увидеть ребёнка, как внутри всё перевернулось. С одного взгляда он понял, что малыш хоть и будет проблемным, но изменит мир к лучшему.

— Ты как? — Адриан остановился подле Авалона и положил руку ему на плечо.

— В шоке.

— Ты теперь отец.

— В удвоенном шоке.

Адриан даже не усмехнулся, вместо этого ободряюще сжал плечо брата.

— Ты справишься, — шепнул Скай, а после обратился к Авроре: — Поздравляю, всё прошло хорошо? Мы не могли приблизиться к дому из-за тьмы.

— Да и... Да? Ох... надеюсь, моя тьма не доставила проблем? Я себя не контролировала, большая часть событий выпала из памяти, потому я не знаю, насколько сильно буйствовала.

— Не сильно. — Луи поднял взгляд на Аврору. — Сейчас с тобой всё в порядке?

— Да. Сейчас я чувствую себя лучше и сильнее, чем раньше.

Владыка Солнца улыбнулся, подушечкой пальца поглаживая пушистую макушку ребенка.

Мальчик весело отозвался. В отличие от Айзека на Луи он реагировал добродушно. Ребёнок захихикал и схватил дядю за палец, а потом попытался засунуть в рот.

У Луи сердце переполнилось от взгляда на что-то столь милое и невинное. Он сразу вспомнил своих учеников, по которым успел соскучиться за время поездки.

— Так мы теперь, что, одна семья? — аккуратно спросил он, не отрывая взгляда от малыша.

Какое-то время в комнате царило молчание.

— Да, — скупо выдохнул Авалон. — Теперь мы одна семья, — это звучало так, словно все присутствующие заключил с ним контракт на крови.

КОНЕЦ

подписывайтесь на телеграм @writerlucida, чтобы следить за новостями❤️