Владычица тьмы

Луи проснулся, наверное, не раньше обеда. Адриан заботливо зашторил окна, потому в комнате сохранился вечерний свет и принц проспал всё что можно проспать.

Место по соседству пустовало. Луи мысленно поблагодарил Адриана за то, что тот не стал его будить и тихо ушёл, позволив спать, но несмотря на благодарность испытал досаду от пробуждения в одиночестве.

Сейчас солнечный принц чувствовал себя как-никогда прескверно и оставаться одному казалось пыткой.

Его родной отец шёл войной на клан Ночи. Родной отец был причастен к убийству Авроры, а также разрушению одного из кланов. Видор убил сотни магов и заклинателей, создав из них тёмных тварей. У Луи это в голове не укладывалось.

Он знал своего отца и пусть в последние годы их взгляды сильно разнились, но принц был убеждён, что владыка Солнца не пошёл бы войной на клан Ночи. ЗАЧЕМ? Судя по тому, что он работал вместе с Анхелем они неплохо ладили и возможно изначально желали стоять у руля вместе, но что-то пошло не так...

«Идея полного завоевания, как и сказал генерал Ли?» – Казалось Луи обдумывал это уже в десятый раз, волчком вертясь на одном месте. «Неужели мы с отцом настолько отдалились, что я уже не понимаю его? А Софи? Зачем ему Софи? Да, она имеет наивысший статус среди всех его слуг, но она юная девчонка, да и как маг не особо сильна – какой от неё толк? Хотя, учитывая то, что Видора сейчас окружает больше десятка генералов, одному компостировать их мозги было бы сложно, может быть, для этого он взял Софи? В своё время она умудрялась манипулировать даже мной...»

Луи нахмурился. Он перевернулся на спину и принял сидячее положение, прильнув спиной к изголовью кровати.

«Генералам тоже присели на уши. Насколько бы жадными они ни были и насколько бы сильно не любили войны – пожертвовать своими людьми, обратив их в тёмных тварей, разве это нормально? Генерал Ли говорил об обещании на крови, может быть золотые доспехи вынуждены подчиняться, не в силах нарушить слово?»

Луи раздражённо потёр лоб и выбрался из кровати.

«Зачем я вообще об этом думаю? Какой толк? Оправдать злодеяния отца всё равно не получится. Даже если кто-то влияет на его желания со стороны – под гипноз владыку Солнца взять бы не вышло, а если и вышло, то точно не на такой длительный срок, значит всё, что делает Видор, он делает осознанно. За это его не простит ни один заклинатель. Наверняка ему даже темница не светит, только смерть».

Луи ополоснул лицо холодной водой, но свежее себя не почувствовал. Они с отцом ненавидели друг друга, но принц всё равно не был готов потерять его. Пусть Видор потрепал его нервы, но он оставался его плотью и кровью.

На сердце лёг камень, который Луи не мог сдвинуть.

«Бессмысленно зацикливаться на предугадывании чужих мотивов, – подумал принц, одеваясь. – Лучше поразмыслить над предугадыванием чужой стратегии. Здесь я ещё не совсем беспомощен».

Авалон любезно выделил Луи новый комплект одежд, потому сейчас юноша облачился в чёрное. Принц взглянул на себя в зеркало и решил снять верхнее одеяние, оставшись в штанах, сапогах и облегающем тёмно-синем гольфе с круглым вырезом и коротким рукавом, обтягивающем упругие бицепсы.

Луи запустил пальцы в рыжие волосы, нервно взъерошил их и вышел из комнаты.

Ему ещё вчера стоило извиниться перед Юви, но он так устал, что после ужина и принятой ванны попросту отрубился, как только голова коснулась подушки. Пускай физически принц утомился куда меньше Адриана, с которым они вместе преодолели этот тернистый путь, внутренне был истощён даже больше Айзека, душу которого чуть не разорвало от переизбытка демонической тьмы.

Идя по коридору Луи спросил у слуги в каком месте расположены покои девы солнца, а также узнал, что для владыки Луны была выделена отдельная комната. «Хоть что-то радует», – подумал он, среагировав на полученную информацию облегчённым выдохом.

Замерев перед дверью, Луи какое-то время прислушивался, а после, осознав, что в комнате всё-таки кто-то есть – решил постучать.

Юви быстро открыла дверь и, судя по её искрящемуся взгляду, который мгновенно потух и помрачнел при виде Луи, – ждала она вовсе не брата.

— Ну отличненько, – фыркнул принц, проходя в комнату без разрешения. – Ты только ему радуешься?»

Юви закатила глаза и, захлопнув дверь, обернулась с вопросом:

— А с какой стати мне тебе радоваться, если ты так сильно меня обидел?

— Я не собирался обижать тебя, ты сама разобиделась.

Юви округлила глаза, в которых отчётливо воспылал гнев.

— Ты совсем обнаглел?

— Даже не пытался.

— По твоему поведению не скажешь.

Луи раздражённо вздохнул. «Я же пришёл извиниться! А в итоге что?» – подумал он, но эта мысль ни капли не повлияла на дальнейший разговор.

Принц продолжил выражать возмущение:

— По какому такому поведению не скажешь? Как ещё я должен отреагировать на то, что ты желаешь связать свою жизнь с тем, кто в любой момент обратиться в чудовище? Айзек однажды пытался убить тебя, мы все это помним, потому я не понимаю с какой стати ты разозлилась с моей реакции? Я твой брат, я обязан защищать тебя, а не преподносить в жертву. Очевидно, что я не одобрю ваш союз.

Юви процедила сквозь зубы:

— Он себя контролирует.

— Контролирует? Пха. До смерти Авроры он тоже себя контролировал, но это событие напрочь стёрло все годы самоконтроля, сделав Айзека абсолютно беспомощным перед влиянием тьмы.

— Когда на клан Луны напали он не сорвался, когда Аврора пришла к нему после возрождения – тоже остался в сознании. Он контролирует себя.

Луи сузил взгляд.

— Ты меня сейчас пытаешься убедить или себя? – Он сделал шаг к сестре. – Ты ведь всё ещё боишься его, да? Я это по твоим глазам вижу. Ты до сих пор помнишь его тёмное воплощение и что оно сделало с тобой. Как ты можешь находиться рядом с Айзеком и доверять, когда на дне твоей души живёт страх? Как ты могла согласиться выйти за него?

— Я люблю его, – твёрдо произнесла Юви, глядя в синие омуты брата.

Луи хохотнул:

— Любишь? Да что это за любовь такая?

— На себя посмотри! – рыкнула дева солнца. – Свою любовь ты считаешь нормальной? Себя ты считаешь нормальным?! Адриан знает, кого он любит? Знает, что ты за человек и каким был? Скольких людей ты убил и скольких обрёк на смерть? Знает, насколько ты можешь быть коварным, жестоким и мстительным? Ты не лучше Айзека, Луи! Вот только Айзек становится монстром, потому что не может совладать с собой, когда ты монстр от рождения и совершаешь зло полностью осознавая это!

Луи потрясённо замер, в шоке слушая гневную тираду сестры. Юви никогда не была к нему так жестока. Да, они постоянно препирались и обменивались взаимными колкостями, сестра часто ворчала и грубила ему, но она никогда не поднимала тему его кровавого прошлого. Луи даже думал, что Юви не знала о том, каким он был и что делал...

Только сейчас принц понял, что сестра всегда имела представление, каков её брат. И несмотря на осведомлённость она всё равно любила его, принимала и беспокоилась. Также, как любила и принимала Айзека...

Луи взаправду мог быть настолько же кровожаден, насколько было зло тёмное воплощение серебряного господина. Юноши имели между собой реальную схожесть, но несмотря на это было и отличие...

— Вот только я никогда не наврежу тебе, – произнёс Луи, отступая на шаг, – чего не могу сказать о нём.

Юви стиснула зубы и сжала кулаки, насилу сдерживая желание поджечь брата. С одной стороны она была готова убить его, а с другой... в словах Луи был горький смысл – он свой гнев хотя бы контролировал.

Юви выдохнула, ощущая, как в душу закралась боль, подмявшая ненависть под себя. Луи разбередил старые раны, которые она залечивала уже больше года, пытаясь похоронить те жуткие воспоминания.

Айзек и впрямь контролировал себя. Юви несколько раз наблюдала, как он умудрялся сдерживаться, хотя желал сорваться, но факт того, что серебряный господин всё ещё мог обращаться – неизменно холодил кровь.

Луи был прав, говоря, что до смерти Авроры Айзек тоже контролировал себя, но одно событие перевернуло всё с ног на голову. Что будет, если пострадает кто-то ещё, дорогой сердцу серебряного господина? Неужели тот вновь впадёт в неистовство? А если пострадает Юви, что будет тогда? Сможет ли Айзек сдержаться?

Луи невесело усмехнулся, глядя на сестру – все сомнения были написаны у неё на лице.

Принц отошёл к кровати и присел на край, а после, чуть поразмыслив, сказал:

— Ты права насчёт нас с Адрианом. Наша пара чем-то похожа на вашу – Адриан тоже любит чудовище. Но Юви, – Луи посмотрел на замершую посреди комнаты сестру, – Адриан мужчина. Сильный, волевой, несгибаемый. Он даст мне отпор, если я нападу на него, когда ты противостоять Айзеку не сможешь. Зная, что ты не защищена от него, как я могу позволить вам быть вместе? Как мне потом жить, если он что-то вытворит и снова навредит тебе? Я не могу оставить тебя ему...

Юви посмотрела на брата сверху вниз, голос её прозвучал тихо и опустошённо:

— Но ты ведь уже оставил, когда уехал обратно в солнечные земли. Ты оставил меня и после не вернулся, хотя знал, что даже Адриана уже не было рядом. Если бы ты настолько сильно переживал и совсем не верил в Айзека – ты бы примчался.

Луи хмуро посмотрел в лицо сестры, не находясь с ответом. Он не думал об этом в таком ключе, оправдывая своё отсутствие подле Юви тем, что у него было много дел в Красном замке и он был обязан занимать отца, чтобы тот не пожелал вернуть сестру домой и выдать за генерала. Только сейчас принц взглянул на ситуацию с другой стороны. Так ли сильно он не доверял Айзеку? Ведь зная самого себя, если бы Луи хоть на каплю почувствовал от него угрозу для жизни Юви – немедля бы забрал её. Может быть, даже сам выдал замуж за какого-то генерала, лишь бы сестра находилась под крылом человека, а не чудовища.

Луи отвел взгляд. Он думал, что разговор с Юви будет попроще, чем размышления над злодеяниями отца, но в последнее время удача повернулась к нему голой задницей – как-то ну совсем не везло...

Юви присела на край кровати подле брата и, положив ладони на колени, произнесла:

— Твоё молчание успокоило меня... это значит, что Айзек не безнадёжен.

Луи скривил губы.

— Я всего лишь не стал комментировать твои слова, а ты уже навыдумывала?

— Это не выдумка и ты сам это знаешь. У тебя всегда было поразительное чутьё и если сейчас ты не чувствуешь от Айзека истинную угрозу – значит так оно и есть. Значит я могу вздохнуть спокойно...

Луи повернул голову и внимательно посмотрел на профиль сестры.

— Тебе правда не страшно находиться рядом с ним?

— Страшно, но мои чувства к нему каждый раз заставляют отметать этот страх.

— И как ты собираешься жить с ним? Если вы поженитесь, сможешь ли ты спать с ним в одной кровати? Сможешь доверить свою безопасность этому человеку?

Юви улыбнулась, приподняв уголки губ:

— Думаю да... теперь – да... После твоего молчания я смогу довериться ему чуть больше.

Луи фыркнул:

— Я всего лишь не нашёлся с ответом, это не было предсказанием счастливой жизни! Ты не можешь вот так легко полагаться на моё мнение, которое я даже не озвучил!

Юви посмотрела на брата.

— Но ты ведь сам хотел, чтобы я к тебе прислушалась.

Луи закатил глаза.

— Я хотел, чтобы ты делала это всегда, а не когда тебе выгодно.

Юви оставила фразу без комментария. Она спросила о другом:

— Так ты позволишь мне выйти за него?

Луи вопросительно изогнул бровь.

— А ты откажешься, если не позволю?

— Если ты скажешь, что он опасен и в дальнейшем нападёт на меня, то я разорву помолвку.

Луи удивился, раскрыв пошире глаза. Она правда сделает это? У него правда есть возможность не дать этому браку состояться?

«Твою мать», – подумал принц, не в силах соврать в лицо сестре. Он ведь не чувствовал от Айзека угрозы и сейчас знал, что тот не опасен, но это не значило, что через месяц или год ситуация останется прежней. Почему Луи не мог "подумать в перспективе" и "нагадать" сестре о том, что вступать в этот брак опасно? Даже если это будет ошибкой, повторно заключить союз с серебряным господином уже не получится и все окажутся спасены.

«Может быть когда Юви оставит Айзека он в тот же день слетит с катушек и я не окажусь настолько уж не прав?» – идея была неплохой, но, зная дикость тёмного воплощения серебряного господина – проверять её на практике будет самоубийством.

"Ты не лучше Айзека, Луи! Адриан знает, что ты за человек и каким был? Он знает, скольких людей ты убил и скольких обрёк на смерть? Знает, насколько ты можешь быть коварным, жестоким и мстительным?"– всплыли в памяти принца отравленные слова сестры, которые она произнесла несколько минут назад.

«Что бы со мной было, если бы Адриан, всё узнал и бросил меня? А если бы я вовсе не встретил его, как бы пережил всё то, что случилось за последние два года? Вправе ли такой как я, который может доставить боль тому, кого любит, забирать Юви у Айзека? "Пусть ты и обязан оберегать её от проблем, всё же Юви остаётся свободным человеком и имеет право на собственный выбор", – вспомнилась когда-то обронённая Адрианом фраза. – Если я спасу сестру от Айзека, сможет ли она стать счастливее, чем есть? Можно ли вообще назвать её счастливой, учитывая страх, который пробуждается внутри Юви, когда серебряный господин находится рядом?»

— Для тебя предпочтительнее забыть о страхе и жить в безопасности или остаться подле Айзека, но бояться?

Юви с секунду подумала, а после сказала:

— Заклинатель всегда живёт в страхе и никогда не будет в безопасности.

Луи невесело хмыкнул.

Дева солнца была права. Какая разница страшно тебе подле любимого или стоя перед тёмной тварью? Заклинатели всю жизнь ходят по тонкому лезвию...

Луи решил побыть честным:

— Сейчас я не чувствую от него угрозы, но не могу знать, что будет потом. Если ты действительно не представляешь себя без него, то я не стану вам мешать. Ты имеешь право на счастье каким бы оно ни было и если Айзек способен даровать его тебе – мне остаётся только порадоваться, но если он навредит тебе... – Луи скрипнул зубами, – в этот раз я его уничтожу.

Юви посмотрела на брата, вроде и веря тому, что услышала, но в то же время сомневаясь, что ей это не почудилось. Луи правда уступил? Он действительно дал добро? (В последней фразе про "уничтожу" дева солнца не сомневалась).

— Спасибо, – тихо произнесла она, сжав тонкими пальцами ткань своей туники.

Луи вздохнул, не ощутив облегчения от этой беседы. Они с Юви сумели договориться, но своё отношение к Айзеку принц не изменил. Да, он не чувствовал от серебряного господина явной угрозы, но всё равно считал его монстром. Опасным для всех.

— Ну а что насчёт тебя? – Юви покосилась на брата. Раз тему её жизни они закрыли, пора было поговорить о жизни Луи.

Солнечный принц вопросительно вздёрнул бровь, не понимая сути вопроса.

— Ты правда будущий бог? – дополнила Юви не веря в то, что говорит это.

Луи подавился. Он вот вообще не вспоминал об этой "несуразице" с момента ухода Бога Ветров. Видимо коварство отца оказало на него куда большее впечатление, чем новость о божественном начале.

— Ответь мне, – настояла Юви, не стерпев молчание брата. – Ты правда чувствуешь, что можешь стать богом? Тот человек не соврал?

— Я думаю он не человек, – нервно хихикнул Луи, за что был вознаграждён укоризненным взором.

Принц вздохнул, недовольный новой темой их разговора. Ему сейчас только мыслей о божественном начале не хватало, ну правда... «Зачем она подняла эту тему?» – устало подумал Луи.

Юви, не дождавшись ответа, недовольно поджала губы и отвернулась. Она сделала вывод о том, что все это правда...

Дева солнца выдержала гнетущую паузу, а после взяла Луи за руку и сказала:

— Я понимаю, что просить о таком жестоко, но обещай, что после смерти примешь божественную суть. Лучше знать, что ты жив, чем позволить тебе исчезнуть навеки.

— Для тебя я всё равно буду мёртв даже если обрету бессмертие бога, – с губ принца сорвался невеселый смешок.

У Юви ком встал в горле. Она не могла подобрать слов убеждения, потому что то, что ждало её брата после смерти было отнюдь незавидной судьбой и просить его принять эту судьбу – жестоко. Луи очень любил своих близких, он готов был рвать за них глотки, потому отказаться от них ради божественной силы для него приравнивалось к смерти. Но смерть, которая ждала принца в случае отказа даже не могла называться так. Это было ничто. Пустота, из которой не возвращаются. Смерть, которая была до прихода магии в этот мир. Смерть, после которой не возрождаются.

Луи понял, что разумнее воспользоваться молчанием сестры и сбежать, а не ждать от неё ответа, потому поспешил перевести разговор в другое русло:

— Адриан улетел выполнять поручение Авалона, а мне нужно прогуляться вдоль горы и подумать о стене пожирающего пламени, – поднимаясь со своего места, сообщил он. – Потому я вынужден оставить тебя, чтобы заняться делами.

— Хочешь сапоги испортить, шагая по острым камням?

Луи хмыкнул:

— А что мне остаётся? До вечернего совета осталось не меньше шести часов, я конечно могу пойти и ещё поспать, но в сложившейся ситуации лучше не медлить. — Принц подошёл к двери и беззаботно добавил: — Не переживай за мою обувь, сестрёнка. Пну Авалона и он выдаст мне новую пару сапог, – хохотнул он, после чего ускользнул за порог.

Юви печально вздохнула, мысленно ругая брата за откровенную попытку побега.