Владычица тьмы

Зефир бросил заинтересованный взгляд в сторону солнечного принца:

— Я пришёл ради него.

Аврора быстро всё поняла:

— Ты знаешь, что с ним?

Бог Ветров кивнул.

Луи выпрямился, привлекая к себе внимание:

— Прошу прощения, но кто этот человек и откуда здесь взялся? – принц в ожидании посмотрел на Авалона и Аврору.

На самом деле этот вопрос возник у всех присутствующих в зале, кроме Айзека, который видел Бога Ветров в воспоминаниях сестры, а также тёмного господина и серебряной девы – те вообще не удивились происходящему.

Авалон ответил, лениво подперев щёку ладонью:

— Обычный старый хрыч, ничего интересно.

У Зефира волосы дыбом встали от такого отношения. Он с шумом захлопнул веер, указал им на Авалона и рыкнул:

— Попридержи язык! Если бы не это божество!...

Аврора перебила:

— Довольно. — Она испугалась того, что может рассказать придавшийся гневной тираде Зефир. — Я представлю нашего гостя для всех. – Серебряная дева окинула взглядом присутствующих. – Перед вами Бог Ветров, времени и перемен.

Луи ошалело (и не только он) уставился на так называемое божество:

— БОГ? Постойте... Тот самый, который обратил Аврору в ребёнка?! Он серьёзно Бог? Реальный?!

Зефир с самодовольной рожей раскрыл веер:

— Да, я – Бог. Почитаемый и всеми любимый...

Авалон простонал:

— Заткните его-о...

— ...Бог Ветров, времени и перемен. Покровитель урожая и владыка дождей.

Пока бо́льшая часть присутствующих удивлённо разглядывала божество, не зная верить его словам или нет, Айзек учтиво поинтересовался:

— Зачем Бог Ветров явил себя нам ради молодого господина Сана?

— Потому что я должен убедиться, что перед вами и впрямь молодой господин Сан.

Адриан встрепенулся:

— Что вы имеете в виду?

Зефир не ответил. Он лишь загадочно ухмыльнулся, после чего поднялся с места и жестом велел Луи сделать то же самое.

Адриан предостерегающе посмотрел на принца, но тот его проигнорировал, выполнив указ божества – если кто-то мог объяснить, что за сущность сокрыта в нём, то Луи должен знать.

Присутствующие наблюдали за принцем и Богом Ветров, которые встали напротив друг друга и замолчали. Никто не пытался им помешать, но каждый был готов броситься в бой.

Зефир принялся разглядывать что-то внутри Луи то хмурясь, то вскидывая брови. Возникло ощущение, что принц на каком-то осмотре у лекаря.

Сам Луи лишь поглядывал на уважаемое божество, словно стеснялся.

Длилось это около пяти минут, которые всем показались вечностью. Авалон несколько раз порывался рявкнуть «ну что там у вас?», но Аврора каждый раз затыкала его.

Закончив, Зефир весело (как будто с облегчением) хлопнул в ладоши: «Ну, я узнал что хотел», а после развернулся, чтобы уйти как пришёл, но замер, не в силах трансформировать тело.

Голос Авроры прозвучал холодно:

— Я рада за тебя, но ты не уйдёшь, оставив информацию не раскрытой.

Айзек и Авалон, сидящие ближе всех к серебряной деве, почувствовали, как их окутала демоническая тьма. Аврору и без того возмутили новости о мертвецах, так теперь ещё и Бог Ветров решил поиграть на нервах? Еще чуть-чуть и её угнетающая аура будет не щекотать щёки сидящих, а пытаться придушить их.

Зефир посмеялся:

— Владычица тьмы, отпусти моё тело, я не тот зверёк, которого разрешено ловить в клетку.

— Боги всемогущи, но это не значит, что тебе разрешено делать всё, что душе угодно. Ты выбрал неверное время и место, чтобы прийти поиграться, ведь сейчас я зла и с трудом себя сдерживаю. Можешь издеваться над смертными, мороча им голову, но не издевайся надо мной и теми, кто под моим крылом. Расскажи нам о божественном начале и как с этим связан Луи, только после этого я позволю тебе уйти.

Зефир ухмыльнулся:

— А что Левиафан сам не расскажет?

— Нет.

Бог Ветров не мог пошевелить ни одной частью тела. Он даже не мог дать отпор, проявив божественную ауру, потому что подле смертных действовало правило невмешательства. Ему оставалось лишь согласиться предоставить пояснения и вернуться обратно за стол.

Когда Луи тоже уселся на своё место, Зефир лениво сообщил:

— Ваш солнечный принц – сосуд для силы бога Войны и Разрушений, которого другие боги свергли около двух сотен лет назад.

— За что его свергли?

Зефир раскрыл веер, отвечая:

— За то, что вмешивался в дела смертных, выходя за рамки божественных обязанностей. Он повадился влиять на ход войн, используя своё непосредственное участие, из-за чего выигрывали те, кто выиграть не должен и проигрывали те, кто не должен проиграть. Вмешательство бога ломает линии судеб, нарушая естественный баланс сил, потому мы обязаны отрекаться от мирских сует и ограничивать своё влияние на жизнь смертных. Бог Войны и Разрушений пошёл против законов и однажды так разошёлся, что убил тысячи смертных на поле брани, дотла спалив их тела и души в своём пожирающем пламени. Другие божества не смогли этого стерпеть, потому покарали его. Тело и разум Бога Войны исчезли, но сила развеется не смогла. Всему нужен баланс – пока в мире идут войны, требуется Бог, заведующий ими, по этой причине божественная сила отправилась искать сосуд. Для такого колоссального сгустка энергии найти сосуд среди людей сложно, потому лишь спустя сотни лет Фельсифул пробудился в теле солнечного принца.

— Фельсифул? — Адриан нахмурился. — Разве это не дух элементаля огня?

Зефир кивнул.

— Это одно и то же. Люди сами не заметили, как одному существу присудили две роли. Фельсифул – Бог Войны и Разрушений, дух элементаля огня, пламя земли и хранитель вулканов.

Аврора спросила у Адриана:

— Ты сказал, что Луи не может использовать эту силу?

Скай кивнул.

— Пояснишь почему? — Аврора посмотрела на Зефира.

— Он ещё не готов. – Бог Ветров взмахнул веером. – Солнечный принц – всего лишь сосуд, жертва божественной силы без права выбора. Она правит им, а не он ею. Эта сила будет защищать в момент преждевременной гибели, а после угасать, когда угроза обойдёт стороной. Воспользоваться ею в полной мере можно только после перерождения, зачастую оно происходит после естественной смерти.

— Естественной смерти? — Луи вскинул бровь.

Зефир скучливо вздохнул, явно не горя желанием размусоливать эту тему несведущим людишкам:

— У каждого смертного есть фиксированная дата смерти. Фиксированная дата смерти – это естественная смерть, которая наступает, когда человек в полной мере познал эту жизнь. Помимо фиксированной даты есть дата преждевременной гибели – когда человек умер из-за чужого вмешательства. После преждевременной гибели часто перерождаются в бессознательных мертвецов, мстительных духов, могущественных демонов и прочих тёмных тварей. В случае сосудов божественной силы можно переродиться в бога, если согласишься на это, но если откажешься, то божественное начало вернет тебя к жизни. Оно будет делать это, пока не наступит дата естественной смерти. После естественной смерти возможности отказаться от божественной силы и возродится без неё не будет. – Зефир посмотрел на Луи. – Ты будешь обязан принять её, иначе она поглотит твою душу.

— В каком смысле поглотит душу?... Насовсем?... С концами?

Зефир кивнул, а у Луи чуть не отвалилась челюсть.

Аврора спросила:

— Чтобы быть богом, нужно отречься от мирских сует и действовать в рамках своей компетенции, почему тогда Бог Войны и Разрушений не лишился своих сил, когда начал вмешиваться в дела людей?

— Потому что он был истинным богом – владельцем этой силы. Фельсифул пришёл из разлома и законы вашего мира на него не распространялись. Он всегда мог нарушить их.

Аврора нахмурилась. Значило ли это, что на Зефира правила тоже не распространяются?

Луи подал голос:

— Так что получается... Если я умру, то буду обязан стать богом или растворюсь в небытие? А если стану богом, то буду обязан отказаться от всех, кого люблю и кто мне дорог?

— Всё так. — Зефир поднялся с места.

Луи фыркнул, сложив руки на груди:

— Ну в таком случае никакого бога не ждите. Какой толк окунаться в вечность, если ты не сможешь остаться с родными?

— Дорогие твоему сердцу люди тоже могут вознестись, а боги от богов отрекаться не обязаны, – после этих слов Бог Ветров наконец-то исчез.

— Вот убедил так убедил! – выплюнул Луи.

И что это была за чушь?!

Все присутствующие погрузились в молчание, размышляя над услышанным. Мало того, что на носу висела масштабная битва, так ещё и сам Бог Ветров явился к столу, поразив своим существованием. Не только смертные верили в божеств – заклинатели тоже верили, но считали это чем-то эфемерным: независимой силой, сокрытой в воздухе. Никто не думал, что боги взаправду могут обладать настоящим телом, плотью и кровью, а также выглядеть и вести себя как люди! Только Аврора, Авалон и Айзек не удивлялись. Первые двое успели наудивляться уже давно, а Айзеку с лихвой хватило воспоминаний Авроры.

Кроме появления Зефира всем требовалось переварить то, что Луи – сосуд силы бога Войны и Разрушений. По мнению принца это не лезло ни в какие ворота. Он даже подумал, что лучше бы ему такого не сообщали, потому что от этого стало тяжелее, но не легче.

Луи считал свою силу загадочным даром, но на деле являлся её рабом. Вечная жизнь, во время которой ты наблюдаешь за тем, как умирают и перерождаются любимые люди – не стоит того, чтобы желать её... Принять одиночество или раствориться в пустоте – такой выбор ждет его в будущем.

Авалон задумчиво хмыкнул:

— Значит ли это, что Луи бессмертный, не достигший ранга бессмертия? Ха.

Принц съязвил:

— Тебе нужно было спросить это у своего друга-божества, а не у меня.

Темный господин отмахнулся:

— Этот старый пердун бесит меня не меньше, чем ты. Мы вовсе не друзья.

Айзек подал голос:

— Давайте не будем сейчас думать над этим. Кем бы ни был этот человек – богом или просто способным бессмертным, – нам нужно продолжить обсуждать тактику ведения грядущей войны. Я понимаю, новость о существовании сосудов божественной силы – поражает, но это не то, что поможет нам выиграть. Солнечный принц в качестве Бога нам не помощник, значит его мы можем задействовать лишь в рамках магистерских способностей адептов Солнца. – Айзек обратил взгляд на Луи. – Прошу прощения за то, что обесцениваю вашу проблему, но надеюсь на понимание. – Он попытался утешить: – Вы не один, со многими из нас "что-то не так", потому не имеет смысла это обсуждать. Главное, что мы должны знать – ваша сила не опасна и бесполезна в битве.

Луи вместо того, чтобы успокоиться, почувствовал себя оскорбленным...

Он чуть помолчал, раздумывая над чужими словами, а после кивнул, понимая, что это хоть и шок, но они обсуждают другое.

Айзек удовлетворённо выдохнул:

— Раз так, молодой господин Сан сможет возвести стену пожирающего пламени, растянув её на несколько километров вдоль горы? Это огородит нас и врата от врага, добавив преимущество к обороне.

Адриан подметил:

— Для этого нужен огромный запас духовных сил.

— Поделимся.

— И кто будет делиться, если все остальные участвуют в битве?

— Юви я в битву не пущу.

Юви вылупилась на своего жениха:

— Что?

Аврора хихикнула:

— Привыкай.

— Это не обсуждается. — Айзек строго посмотрел на деву солнца. — Ты будешь в тылу, а духовные силы передашь брату.

— Я не буду сидеть в тылу.

— Будешь, — вмешался Луи. — В этом я с владыкой Луны солидарен.

Авалон ухмыльнулся и шепнул серебряной деве:

— А я вот тебя запирать не стану, знаешь почему?

— Потому что я тебе зад надеру, если ты возомнишь себя кем-то, кто властен надо мной?

Пока Луи, Юви и Айзек принялись развивать спор, Авалон подпёр щёку ладонью, повернул корпус к своей жене и спокойно продолжил флиртовать:

— Оу, а я над тобой разве не властен?

— Конечно нет, кто тебе такое сказал?

Авалон дотронулся ладонью до колена жены и мягко сжал.

— Твоё тело говорит мне это каждый раз, как только я его касаюсь.

У Авроры чуть глаза не почернели от возмущения.

Она тихо шлёпнула тёмного господина по руке.

— Прекрати паясничать на совете, где мы обсуждаем как спасти твой клан от неминуемой гибели.

Авалон поправил: «Наш клан», а после обезоруживающе улыбнулся и обратил внимание на присутствующих.

Теперь в споре участвовали все, даже Адриан. Он взялся убеждать солнечного принца в том, что способен пожертвовать ему духовных сил, а после участвовать в битве. Луи, естественно, это отрицал.

Айзек молча слушал доводы Юви, в которых она настаивала на своём участии в войне. К несчастью, после того как в прошлой битве против мертвецов её чуть не убили – путь на поле брани для девушки был закрыт.

Даниэль и Теодор тоже спорили, но их спор походил на какое-то ребячество. Они разругались, потому что Даниэль пошутил над Тео, сказав, что он слабак и должен пожертвовать силы солнечному принцу первее него. Теодор, естественно, взорвался. Обозвав Даниэля позолоченным ретривером Тео начал бухтеть, как старая дева.

Голос Авалона прозвучал громко, но не без смешка:

— А нам так обязательна огненная стена Луи? Я, конечно, люблю собачьи бои, но не когда они бесполезны. Перестаньте лаяться и вернитесь к обсуждению насущных проблем».

Айзек откликнулся первым, чтобы прервать бурчание Юви:

— Стена пожирающего пламени способна уничтожить всё, что проходит сквозь неё. Это уникальная техника магистров клана Солнца, я не могу придумать что-то лучше, чем она. Любой защитный купол придётся возводить над всей горой, а эту стену можно сделать дугообразной, началом и концом утопающей в теле горы, так, чтобы никто не смог её обойти и подобраться к вратам. Это потребует куда меньше духовных сил, чем возведение барьера абсолютной защиты или любого другого не дающего войти заклинания. Я не стану настаивать на огненной стене, просто предложил такой вариант. Если у вас есть идеи получше – можете озвучить.

Аврора сказала:

— Я поддерживаю идею со стеной. Если Луи подтвердит, что у него хватит духовных сил на многочасовое поддержание подобной громадины, а у нас хватит светлых магов, способных пожертвовать ему энергию, то почему бы не использовать эту задумку?

Авалон оглядел присутствующих.

— Я думаю донорами могут стать только Теодор, Даниэль, Юви и Адриан. Мы с тобой тёмные, а Айзеку не рекомендуется избавляться от света.

Теодор хмыкнул:

— Я думаю, что смогу выдержать битву только лишившись одной десятой своих сил, иначе помощи от меня не ждите, я не так силён, как владыки Ночи и Луны.

Даниэль согласился со старшим братом.

Адриан подал голос:

— Я могу пожертвовать столько, сколько потребуется.

— Я тоже. — Юви недовольно вздохнула и сложила руки на груди.

Луи исподлобья посмотрел на сестру. На Адриана он смотреть не решился, боясь испепелить его прямо на месте за подобную жертвенность.

Принц выдержал задумчивую паузу, а после шумно выдохнул:

— Такое чувство, что я и впрямь дух элементаля огня, которому жертву в жерло вулкана собираются бросить. – Он откинулся на спинку стула. – Я смогу возвести стену и удерживать её около трёх часов. С Юви около четырёх с половиной часов. Если рядом будет ещё и Адриан, то стена проживёт около шести часов. Этого должно хватить на то, чтобы перебить часть врагов и, возможно, взять преимущество.

Авалон подметил:

— Маловато, но лучше, чем ничего. От масштабной стены больше пользы, чем от одного солнечного принца на поле боя. Значит используем её. Тебе нужна подготовка?

Луи покачал головой.

— Хватит прогулки вдоль горы, чтобы прикинуть где будет начало, а где конец.

— Тогда слетаете с Адрианом, местность у нас каменистая, прогулка пешком будет не из лёгких. Кстати насчёт слетать... – Найт посмотрел на брата. – У нас нет воздушной разведки, а следить за передвижением войск Видора было бы полезно.

— Что ты хочешь?

— Мой фамильяр. Он доставляет письма, потому его умственных способностей не хватит, чтобы отыскать войска самостоятельно, но если ты отнесёшь его в нужную точку – птица сможет следовать за врагом. Я закреплю на ней всевидящее око, тогда у нас будет возможность наблюдать и знать, в какой момент Видор подберётся к горе.

Адриан кивнул.

— Я полечу завтра утром, сегодня моих сил не хватит, а ночью в ваших небесах опасно.

Авалон благодарственно опустил взгояд.

Присутствующие на время смолкли, обдумывая, что ещё можно сказать. Всё навалилось слишком внезапно, потому сейчас мысли ютились на задворках сознания, не в силах обратиться в слова и стать озвученными. Сегодня ребята обсудили ключевые точки, на которые им стоит опираться и уже потратили на это немалое количество времени, значительно подустав. Когда мысли улягутся, многим придёт на ум что-то ещё и возможно то, что было спланировано сейчас, придётся перекраивать и планировать заново.

Когда молчание затянулось, Аврора произнесла:

— Насколько я поняла, дополнительных мыслей и идей ни у кого нет, а доставать карты и отмечать расположение войск, половина которых ещё не восстала и не была призвана – рано. Все вы наверняка устали, предлагаю пройти в столовую и отужинать, после чего мы с Айзеком попробуем призвать тёмных тварей.

— Хорошая идея, — подметил Авалон. — Я после трапезы оповещу своих адептов о надвигающейся угрозе.

Адриан выдохнул:

— А я наберусь сил для грядущего полёта...

Луи буркнул себе под нос:

— Твою мать, а я просто поем и пойду спать.