Духи стиля

Лора не отвечала на звонки. Гвенет разочарованно вздохнула и задумчиво посмотрела в окно. Ночь была в полном распоряжении роботов и граждан, работающих в это время. Увеселительные заведения в мегаполисе давно упразднили, поэтому единственным местом, где могла быть Лора — у себя дома.

— Я знаю, где она. Ты останешься здесь? — девушка рывком поднялась с кресла и решительно направилась к выходу.

— Я буду всегда рядом, — загадочно протянул Стигнес, приняв позу цапли и удерживая равновесие на коробке.

***

Гвенет приближалась к дому Лоры, находившемся в малозаселённом районе. Он был построен специально для тех, кто любил уединение и покой и был в состоянии за него заплатить. Вдоль тихих тропинок аккуратными рядами росли искусственные деревья, освещённые фонарями. Дома были выложены не из светящегося материала, как это было в городе, поэтому район ограничивался небольшими равноудалёнными друг от друга кружками света, исходящими от фонарей. Ни один робот-уборщик не нарушал безмятежной тишины, царившей в городке. Иными словами, здесь проживали сторонники консерватизма. Гвенет это место было не по душе. Ей было боязно ступать по непривычным, усыпанным гравием дорожкам. Она давно отвыкла от темноты, которая, по её мнению, была неизменным спутником опасностей. Девушка инстинктивно оглядывалась по сторонам и ускоряла шаг, когда до её слуха доносились подозрительные шорохи, неизбежно раздающиеся в ночи. Наконец вдалеке, сквозь лёгкую дымку тумана, стали вырисовываться очертания небольшого домика Лоры. Следует отметить, что она не примыкала к консерваторам, а проживала в этом районе только по желанию своих родителей.

Гвенет ступила на крыльцо домика и хотела уже постучаться в дверь, как вдруг справа от неё в воздухе появилась сверкающая точка, тонкой линией сползающая вниз. Дыра, образовавшаяся в воздухе, расширилась, и девушка на мгновение увидела в ней отражение своей комнаты. В ту же секунду отверстие затянулось, и перед Гвенет как ни в чем не бывало стоял Стигнес. Она вспомнила, как пришелец говорил о путешествиях по планетам и подумала, что не стоит удивляться тому, что он умеет разрывать пространство. Девушка не принимала его за человека. Она приложила палец к губам и молча указала на окно, свет из которого попадал прямо на Стигнеса. Он сделал шаг назад, оступился, неуклюже замахал руками и ухватился за стену. Пришелец кое-как принял нормальное положение и скрылся в тени дома. Гвенет неудовлетворительно покачала головой и постучала в дверь. Свет из окна пересекла тень человека. Щёлкнул замок.

— Ты? — прошипела Лора, открыв дверь. — Что тебе нужно?

— Я хочу вернуть духи, — спокойно произнесла Гвенет, пытаясь сдерживаться от накатившей её злобы.

— Ты называешь это духами? — насмешливо спросила Лора. — Она пригляделась к серьёзному лицу Гвенет и пожала плечами.

Лора ушла в дом и вернулась с тем самым флаконом. Гвенет забрала его, не успев сказать ни слова, потому что Лора громко хлопнула дверью перед самым её носом.

— Вот, — девушка повернулась к Стигнесу и протянула ему банку. — Но я не могу поверить, что она так просто согласилась.

Пришелец отстранил флакон и покачал головой.

— Он пуст.

— Он предал тебя? — с беспокойством сказала Гвенет, вспомнив, что малыш мог стать незаметным на фоне банки, если бы он захотел спасти народ Плума.

— От твоей подруги за милю несёт триависом.

— Она мне не подруга, — заметила девушка, скривив губы. Но, осознав слова пришельца, встрепенулась. — Подожди, что?

— Она теперь и есть триавис. Он внутри неё, — радостно воскликнул Стигнес. Он снова стал ходить взад и вперёд, и улыбка не сходила с его лица. К нему вернулся прежний энтузиазм и ребячество. — Проси у меня всё, что хочешь. Я проберусь незамеченным на любые планеты и украду для тебя всё, что пожелаешь. Ты помогла мне, и я помогу тебе.

Ничего не понимая, Гвенет глупо смотрела на прыгающего пришельца. Она вспомнила, что Лора приняла духи за серумтален, и могла предположить, что она разбавила жидкость во флаконе водой и выпила её, надеясь на прозрение и не взирая на возможные последствия.

Спроси девушку Стигнес в другое время, она, конечно, ответила бы, но сейчас она была не в силах вспомнить ни одного желания, которое она когда-либо загадывала и надеялась на его исполнение всей душой. Таких желаний у Гвенет было много, и большею частью они были связаны со славой. Девушка могла стать обладательницей большого состояния, но на что оно ей, когда вокруг её ненавидят. Гвенет тщетно ломала голову и искала ответы в самых дальних чертогах своего разума, но нигде не находила того, что могло бы принести если не славу, то счастье. Разве можно отыскать во всей Вселенной то, что избавит Гвенет от неминуемого позора и злорадных насмешек её завистников, которые добьются своего?

Если бы в мире действительно существовал предмет, делающий людей счастливыми, Гвенет не задумываясь назвала бы его. По её напряжённому личику можно было понять, что такового не существует. Человек — кузнец своего счастья, и всё, что нужно человеку — это он сам.

Единственный выход — исчезнуть. Ей незачем больше оставаться на Земле: все чувства испытаны, все шансы упущены.

— Возьми меня с собой! — взмолилась Гвенет, осознав свою беспомощность.

— Тебя? — Стигнес перестал прыгать и задумался. — Я не думаю, что наш воздух будет пригодет для тебя. Лора сможет выжить и в бескислородной среде, что говорить о человеке.

— Пожалуйста, — прошептала Гвенет.

— Хорошо. Учти, я не смогу повернуть время вспять, — предупредил пришелец.

Он поднял правую лапу, на которой красовался острый, загнутый книзу коготь. Воздух под его остриём сделался вдруг похожим на расплывчатую вязкую материю. Она легко поддалась вонзившемуся в неё когтю. Мановением руки Стигнес распорол материю пополам, и она испарилась, обнажив образовавшуюся дыру. В ней отражался незнакомый Гвенет мир, где она надеялась начать новую жизнь.

Она увидела полянку, покрытую мягкой, сочной травой и расположившуюся у подножия скалистых гор, испещрённых многочисленными морщинками, бурную горную речку, проложившую свой путь через полянку. Вдали виднелись хижины и петляющая среди них тропинка. Рядом с селением произрастала папоротниковая роща, в которой резвились и играли пришельцы, похожие на Стигнеса. Красоту первозданной природы дополняло голубое, чисто небо, какого уже не встретишь на Земле.

— Зови Лору, — сказал Стигнес, оторвав Гвенет от планов, с таким воодушевлением воздвигаемых ею в голове.

Гвенет кинула жадный взгляд на портал и постучала в дверь. Не успела Лора скорчить недовольную мину, как пришелец крепко схватил её за плечо и втолнул в дыру. Он позвал Гвенет и прыгнул сам. Девушка сжала волю в кулак и шагнула в неизвестность.

Портал закрылся за Гвенет, и она упала в мягкую траву. Почти сразу она почувствовала, как яд проникает в лёгкие. Она ощутила жжение в груди и вцепилась в горло, хватая ртом воздух. Девушка попыталась встать, но упала на бок и увидела существ, столпившихся вокруг неё. Всё её тело кричало о помощи, но сама она оставалась безмолвной и выдавала лишь жалкие хрипы. Перед тем, как закрыть глаза, она увидела, с каким страхом смотрели на неё пришельцы, как Стигнес что-то отчаянно кричал, показывая в её сторону, и как Лора в сопровождении нескольких существ уходит под радостные возгласы дикарей.