Я буду рядом. Всегда.

Айла проснулась от запаха кофе.
Она не сразу поняла, где находится. Белый потолок, пахнущий свежестью, огромная кровать, в которой можно утонуть, солнечные лучи, пробивающиеся сквозь полупрозрачные шторы. А потом память включилась - и сердце ухнуло вниз.
Она резко села, прижимая к себе одеяло. На ней была его футболка - мягкий хлопок, темно-серая, с выцветшим логотипом какой-то спортивной команды. Она смутно помнила, как нашла её в ванной, как натянула, зарывшись носом в ткань, пахнущую им...
- Чёрт, - выдохнула она, запуская пальцы в спутанные волосы.
На тумбочке стояла чашка дымящегося кофе и лежала свежая записка. Почерк тот же - резкий, размашистый, с нажимом:
«Доброе утро. Завтрак в гостиной. Жду тебя, когда проснёшься. Не торопись. В.»
Она прочитала записку три раза. Потом ещё раз. Прижала к груди и глупо улыбнулась.
В ванной её ждал новый комплект одежды - аккуратно сложенный на стульчике. Простые джинсы, мягкий свитер крупной вязки, бельё, носки - всё её размера. Она покраснела до ушей, представив, как он заказывал это, как выбирал... Или, может, поручил кому-то? Но откуда они знают её размер?
Ответ был очевиден: он знал всё. Давно.
Айла долго стояла под горячим душем, пытаясь собраться с мыслями. Вчерашний вечер казался сном - камин, ужин, его вопросы, его взгляд. Он был... другим. Не монстром из её страхов. Опасным - да. От него исходила такая сила, что воздух вокруг вибрировал. Но с ней он был бережным. Почти нежным.
Почему? Зачем она ему?
В дверь тихо постучали, когда она заканчивала заправлять кровать.
- Мисс Райт? - Голос незнакомый, женский. - Мистер Венс просил передать, что ждёт вас. Я провожу.
Айла выдохнула, поправила свитер - мягкий, тёплый, цвета тёмной вишни - и открыла дверь.
В коридоре стояла женщина лет пятидесяти в строгом сером платье, с аккуратной седой стрижкой и добрыми глазами.
- Я Марта, экономка, - представилась она с лёгкой улыбкой. - Пойдёмте, дорогая. Мистер Венс уже заждался.
Она провела Айлу через длинный коридор, мимо нескольких закрытых дверей, и вывела в ту же огромную гостиную с камином. Только сейчас комната выглядела иначе - залитая утренним солнцем, она казалась светлой, почти уютной.
Венс сидел за стеклянным столом у окна с чашкой кофе в руках. На нём была простая чёрная футболка, волосы слегка влажные после душа. Он поднял глаза, когда она вошла, и его взгляд... обжёг.
- Доброе утро, маленькая, - сказал он хрипло. - Выспалась?
- Доброе... да, спасибо. - Она мялась у входа, не зная, можно ли подойти.
- Иди сюда. Садись. - Он кивнул на стул напротив. - Голодная?
Стол ломился от еды: свежие круассаны, фрукты, йогурт, омлет, бекон, тосты, джемы. Айла сглотнула - вчерашний ужин был давно, а от стресса просыпался зверский аппетит.
- Я... это всё мне?
- Тебе, - усмехнулся он. - Ешь. Ты слишком худая.
Она хотела возразить, но он смотрел так, что спорить было бесполезно. Айла села, налила себе кофе дрожащими руками, отломила кусочек круассана. Венс пил свой кофе, не сводя с неё глаз, и молчал.
- Вы не едите? - спросила она, чтобы нарушить тишину.
- Я уже позавтракал. Люблю смотреть, как ты ешь.
Она поперхнулась и закашлялась.
- Аккуратнее, - протянул он салфетку, и его пальцы на мгновение коснулись её руки. Мурашки побежали табуном.
- Спасибо, - прошептала она, отводя взгляд.
Какое-то время они сидели в тишине - он пил кофе, она ела, стараясь не смотреть на него. Но краем глаза видела каждое его движение. Как он крутит чашку в пальцах. Как проводит большим пальцем по ободку. Как смотрит в окно, и его лицо становится жёстче, будто он думает о чём-то, о чём не скажет вслух.
- Айла, - позвал он внезапно.
Она подняла глаза.
- Твои вещи перевезли.
- Что? - Чашка замерла на полпути ко рту. - Какие вещи?
- Твои. Из квартиры. Всё, что было. - Он говорил спокойно, будто о погоде. - Они в комнате, где ты спала. Разберёшь потом.
- Вы... вы перевезли мои вещи? - Она поставила чашку, чувствуя, как внутри закипает что-то горячее. - Без спроса? Без моего разрешения?
Венс посмотрел на неё внимательно.
- Ты бы не согласилась.
- Конечно, не согласилась бы! - Она вскочила, забыв про страх. - Это мой дом! Моя жизнь! Вы не имели права!
- Имел. - Он тоже поднялся, и теперь нависал над ней, огромный, опасный. - Потому что та квартира - не дом. Это клетка, в которой ты умирала от голода и страха. А я не позволю тебе умирать.
- Вы не... - Она запнулась, чувствуя, как слёзы подступают к горлу. - Вы не можете просто взять и решать за меня!
- Могу. - Он шагнул ближе. - И буду. Потому что ты не умеешь заботиться о себе. Потому что ты готова работать за копейки, пока не свалишься с ног, лишь бы не просить помощи. Потому что ты одна, Айла. Но теперь это не так.
Она стояла, вжавшись спиной в стеклянную стену, и смотрела на него снизу вверх. Злость боролась со страхом, а где-то глубоко, на самом дне, пульсировало что-то ещё. То самое предательское тепло, когда он сказал «ты не одна».
- Я не хочу быть вашей... - она запнулась, - вашей игрушкой.
Он замер.
- Игрушкой? - переспросил тихо. - Ты думаешь, я коллекционирую игрушки, Айла? - Он наклонился ближе, почти касаясь губами её лба. - Если бы ты была игрушкой, я бы сломал тебя в первую же ночь. Но ты - живая. Настоящая. И я не сломаю тебя. Никогда.
Его губы коснулись её лба - легко, почти невесомо. Айла зажмурилась, чувствуя, как сердце пропускает удар.
- Останься, - прошептал он ей в волосы. - Просто останься. Хотя бы на неделю. Если захочешь уйти - уйдёшь. Я не буду держать.
Она открыла глаза. Он смотрел на неё - впервые без этой стальной уверенности, без хищного прищура. Усталый. Почти беззащитный.
- Обещаете? - спросила она шепотом.
- Обещаю, - ответил он.
И она поверила.
---
Неделя пролетела как один день.
Венс пропадал по делам - уезжал рано утром, возвращался поздно вечером. Но каждый вечер они ужинали вместе. Он рассказывал о своих поездках: никогда о делах, только о городах, людях, еде. Она - об учёбе, о рецептах, которые придумывала, о книгах, которые читала. На выходных он возил её в ресторан, в кино, даже за город, в горы, где они гуляли по заснеженному лесу, и он держал её за руку, молча, крепко, будто боялся потерять.
Он ни разу не пытался зайти в её комнату. Ни разу не прикоснулся больше, чем позволяла она. Только эти взгляды - долгие, тяжёлые, голодные - и редкие касания: поправить прядь, помочь снять пальто, коснуться плеча, пропуская в дверь.
Айла привыкала к нему. К его молчанию, к его резким сменам настроения, к тому, как он смотрит на неё, когда думает, что она не видит. К Марте, которая закармливала её пирогами и называла «деточкой». К огромному дому, который перестал казаться чужим.
Она даже начала готовить на их ужины - сначала робко, потом смелее. Венс ел всё, не жадничая, но однажды, попробовав её яблочный пирог, закрыл глаза и долго молчал.
- Что? - испугалась она. - Не вкусно?
- Вкусно, - ответил он хрипло. - Моя мать пекла такой. Когда-то давно.
Он никогда не говорил о семье. Айла не расспрашивала.
Но в ту ночь, лёжа в своей постели, она долго смотрела в потолок и думала: кто он? Откуда взялся этот мужчина, у которого нет никого, кроме людей, которые на него работают? Кто сделал его таким - закрытым, жёстким, но таким бесконечно одиноким?
На восьмой день, когда Венс, как обычно, провожал её до двери спальни, она вдруг остановилась и повернулась к нему.
- Я остаюсь, - сказала она тихо. - Насовсем.
Он замер. Смотрел на неё долго, не мигая.
- Ты уверена?
- Да.
Он шагнул к ней. Медленно, очень медленно. Поднял руку, коснулся щеки - горячей ладонью, обжигающе нежно.
- Айла... - выдохнул он.
И впервые за всё время - поцеловал.
Легко, осторожно, будто пробуя на вкус. Его губы были мягкими, тёплыми, пахли кофе и чем-то родным. Айла зажмурилась и растворилась.
Когда он отстранился, в его глазах стояла такая буря, что у неё подкосились ноги.
- Спокойной ночи, маленькая, - прошептал он. - Иди спать.
Она ушла в свою комнату, прижимая пальцы к губам, и до утра не могла уснуть.
А он стоял под её дверью до рассвета, прислонившись лбом к косяку, и сжимал кулаки, чтобы не войти.
---
Утром она проснулась от странного звука.
Голоса. Мужские. Громкие, резкие. Венс никогда не говорил так громко.
Айла накинула халат и выскользнула в коридор. Голоса доносились из кабинета. Она подошла ближе, прислушалась.
- ...Ты с ума сошёл, Алон! Девка официантка! Ты хоть понимаешь, что о тебе говорят?
- Мне плевать. - Ледяной голос Венса.
- Плевать? Ты империю строил, рисковал жизнью, а теперь всё пустишь псу под хвост из-за юбки?
Тишина. Потом звук удара - глухой, тяжёлый. Кто-то вскрикнул.
- Ещё раз, - голос Венса звучал тихо, но от этого тихого голоса кровь стыла в жилах, - ещё раз назовёшь её так - язык вырву. Лично. Ты меня знаешь.
- Алон... - Голос собеседника стал испуганным. - Я просто хочу, чтобы ты понимал...
- Я понимаю. Это ты не понимаешь. А тепер - вон.
Дверь распахнулась, и из кабинета вылетел мужчина в дорогом костюме, прижимая ладонь к разбитой губе. Он не заметил Айлу, вжавшуюся в стену, протопал к выходу и исчез.
Айла стояла, не в силах пошевелиться.
- Заходи, - раздалось из кабинета.
Она вздрогнула. Он знал, что она здесь.
Медленно, на ватных ногах, она вошла.
Венс стоял у окна, спиной к ней. Плечи напряжены, руки сжаты в кулаки. На костяшках - свежая кровь.
- Ты слышала, - сказал он глухо.
- Да.
- И?
- И... - Она не знала, что сказать. - Ты защищал меня.
Он резко обернулся. Взгляд - дикий, злой, отчаянный.
- Я всегда буду тебя защищать, Айла. От всего. От всех. Даже от себя, если понадобится. Но ты должна понимать: со мной не будет легко. Мир, в котором я живу... он грязный. Опасный. Если ты останешься - он станет и твоим.
Она смотрела на него. На кровь на его руках. На глаза, в которых плескалась тьма. На мужчину, который минуту назад угрожал убить человека за одно грубое слово о ней.
И шагнула вперёд.
Взяла его руки в свои. Поднесла к губам. Поцеловала разбитые костяшки.
- Я остаюсь, - сказала она твёрдо. - Насовсем. Помнишь?
Он смотрел на неё так, будто она - чудо. Будто она - свет в конце бесконечного туннеля.
- Айла... - выдохнул он.
И прижал к себе так крепко, что она услышала, как бьётся его сердце - гулко, часто, бешено.
- Я не заслуживаю тебя, - прошептал он в её макушку.
- Это мне решать, - ответила она.
---
В ту ночь она не ушла в свою комнату.
Они сидели у камина, пили вино, молчали и смотрели на огонь. А потом он отнёс её в спальню - не в ту, где она жила эти дни, а в свою. Уложил на огромную кровать, лёг рядом, обнял и закрыл глаза.
- Спи, маленькая, - прошептал. - Я просто хочу, чтобы ты была рядом.
И она уснула в его руках - впервые за долгие годы чувствуя себя в полной безопасности.
Утром её разбудил солнечный свет и тихий голос:
- Доброе утро, моя.
Она открыла глаза и утонула в его взгляде.
Айла улыбнулась:
- Доброе утро.
И поняла: пути назад нет.
Да она и не хотела.

Продолжение следует...

О дааааа! Это новая глава!!!
Прошу ставьте звёздочки!