глава 40 - библиотека
Понедельник начался с того, что я проснулась за полчаса до будильника.
Просто открыла глаза и поняла — не усну больше. Лежала, смотрела в потолок и прокручивала в голове вчерашний вечер. Разговор с мамой. Её холодное лицо. Её условия. И Ваня, который стоял рядом и сжимал мою руку.
Месяц. Тридцать дней. Ровно до конца четверти.
Я села на кровати и посмотрела в окно. За окном было темно, только фонари горели жёлтым, и снег падал — крупный, красивый.
— Мы справимся, — прошептала я. — Обязательно справимся.
В школу я пришла раньше обычного. Настя встретила меня у входа с круглыми глазами.
— Ну что? — выпалила она, даже не поздоровавшись. — Как прошло? Твоя мама его не убила?
— Не убила, — я улыбнулась. — Поставила условия.
— Какие?
— Месяц без прогулов. Учёба. Никаких ночных встреч.
Настя присвистнула.
— Жёстко.
— Нормально, — я пожала плечами. — Он справится. Я верю.
Мы зашли в раздевалку. Я сняла куртку, повесила на крючок, поправила волосы перед зеркалом. В отражении увидела Настю — она смотрела на меня с какой-то странной улыбкой.
— Что? — спросила я.
— Ты светишься, — сказала она. — Прямо вся. Как новогодняя ёлка.
— Дура.
— Сама дура, — она обняла меня. — Я рада за тебя, Лерка. Правда.
Я обняла её в ответ.
— Спасибо.
Первый урок была алгебра.
Я сидела за партой и смотрела на дверь. Ждала. Сердце колотилось где-то в горле.
— Лер, успокойся, — шепнула Настя. — Придёт он.
— Знаю. Но всё равно волнуюсь.
Прозвенел звонок. Ирина Ивановна вошла в класс, грозная, как всегда. Бросила сумку на стол, обвела всех взглядом.
— Садитесь. Достали тетради.
Дверь открылась за секунду до того, как она начала перекличку.
Ваня вошёл. Не опоздал — успел. Зашёл за минуту до звонка.
Он прошёл на своё место у окна. Проходя мимо моей парты, наши взгляды встретились. Он улыбнулся чуть-чуть, одними уголками губ.
Я выдохнула.
— Иван, — строго сказала Ирина Ивановна. — Явился.
— Здравствуйте, — ответил он спокойно и сел.
Ирина Ивановна удивлённо приподняла бровь, но ничего не сказала.
Я смотрела на него весь урок. Краем глаза, украдкой. Он сидел, смотрел в доску, что-то записывал в тетрадь. Не спал, не смотрел в телефон, не надевал наушники. Просто сидел и слушал.
Я боялась верить своим глазам.
На перемене я подошла к нему.
— Ты пришёл на алгебру, — сказала я вместо «привет».
— Ага, — усмехнулся он. — Удивительно, правда?
— Очень.
— Лер, я обещал, — он взял меня за руку. — Я буду стараться. Правда.
Я смотрела на него. На его зелёные глаза, на эту его ленивую улыбку, за которой сейчас пряталось что-то другое. Серьёзное. Настоящее.
— Я знаю, — сказала я. — Я верю.
Второй урок была физика. Потом литература. На каждом уроке я проверяла — он сидел. Не прогуливал. Даже когда физик начал придираться, он не огрызнулся, просто ответил и сел на место.
Я не верила своим глазам.
После четвёртого урока мы встретились в коридоре.
— Устал? — спросила я.
— Нормально, — пожал он плечами. — Скучно, но терпимо.
— Хочешь, сбежим куда-нибудь? — предложила я. — Хоть на полчаса?
Он покачал головой.
— Нельзя. Твоя мама узнает.
— Не узнает.
— А если узнает? — он посмотрел на меня серьёзно. — Я не хочу рисковать, Лера. Месяц — это всего месяц. Я выдержу.
— Ты правда готов на это?
— Ради тебя — да.
Он поцеловал меня в лоб и ушёл.
Я смотрела ему вслед и чувствовала, как внутри разливается тепло.
На предпоследнем уроке в класс зашла завуч и сказала, что учительница биологии заболела, а замены нет.
— Так, дети, — объявила она. — Урока не будет. Можете посидеть в кабинете или пойти в библиотеку. Тихо, не шуметь, не бегать.
Класс радостно загудел. Кто-то потянулся к телефонам, кто-то начал собирать вещи, кто-то уже строил планы, как сбежать в столовую.
Я посмотрела на Ваню. Он сидел на своём месте у окна и смотрел на меня. В его глазах был вопрос.
Я кивнула чуть заметно.
Он улыбнулся.
Мы вышли в коридор одновременно. Никто не обратил внимания — все были заняты своим счастьем от внезапно появившегося свободного времени.
— В библиотеку? — спросил он тихо, когда мы отошли от кабинета.
— Ага, — кивнула я. — Там тихо. Никто не придёт.
— Ты уверена?
— Уверена.
Мы пошли по пустому коридору. За окнами падал снег, крупный, красивый. В школе было тихо — только где-то далеко слышались голоса да хлопали двери.
Библиотека встретила нас запахом старых книг и тишиной. Высокие стеллажи уходили под потолок, в углу стояли столы с зелёными лампами, на подоконниках — цветы. За окнами снегопад казался особенно красивым — белые хлопья кружились в воздухе, падали на карниз, таяли на стекле.
— Никого, — сказала я, оглядываясь.
— Повезло, — усмехнулся Ваня.
Мы прошли в самый дальний угол, между стеллажами. Там стоял небольшой стол и два стула. Место, где никто не искал, куда редко заглядывали.
— Садись, — я кивнула на стул.
Он сел. Я села напротив.
На секунду повисла тишина. Мы просто смотрели друг на друга. Снег падал за окном, в библиотеке было тепло и уютно, и мне казалось, что это самый правильный момент в моей жизни.
— Ну что, — сказал Ваня. — Чем займёмся?
— Английским, — ответила я.
Он приподнял бровь.
— Серьёзно?
— Серьёзно, — я улыбнулась. — Ты же обещал моей маме, что будешь учиться.
Он вздохнул.
— Обещал. Ладно, давай свой английский.
Я достала из рюкзака учебник и тетрадь. Открыла нужную страницу.
— Смотри, — начала я. — Это Present Perfect. Тема не самая простая, но если разобраться...
Я говорила, объясняла, показывала примеры. Он слушал. Честно пытался слушать, я видела. Но его взгляд то и дело ускользал — с учебника на меня, с меня на мои руки, с моих рук снова на меня.
— Ваня, — сказала я строго. — Ты слушаешь?
— Ага, — кивнул он.
— О чём я только что сказала?
— Ты сказала... — он замялся. — Что-то про прошлое.
Я закатила глаза.
— Ты не слушаешь.
— Слушаю, — он улыбнулся. — Просто ты красивая. Отвлекаюсь.
Я покраснела.
— Перестань.
— Не могу. Это медицинское.
Я вздохнула, но улыбнулась. Потом пересела ближе — так, чтобы наши плечи почти соприкасались.
— Смотри сюда, — я ткнула пальцем в учебник. — «I have done». Я сделал. Понимаешь?
— Ага, — кивнул он, но смотрел не в учебник.
Я повернула голову. Он смотрел на меня. В его зелёных глазах было столько тепла, что у меня сердце пропустило удар.
— Вань, — прошептала я.
— Что?
— Нам правда нужно учить английский.
— Знаю, — он усмехнулся. — Но я не могу. Ты рядом — и я не могу думать ни о чём другом.
Я замерла. Воздух между нами будто сгустился.
— Ваня... — выдохнула я.
Он наклонился ближе. Совсем близко. Я чувствовала его дыхание на своих губах.
— Можно? — прошептал он.
Я не ответила. Просто закрыла глаза.
Он поцеловал меня. Медленно, нежно, так, что я забыла про всё — про английский, про библиотеку, про то, что мы вообще в школе. Был только он.
Мы оторвались друг от друга, когда где-то в коридоре хлопнула дверь. Я вздрогнула.
— Тише, — прошептал он. — Не бойся.
— А если кто-то придёт?
— Не придут. Здесь никого нет.
Он снова поцеловал меня. Теперь увереннее, глубже. Его руки легли мне на талию, притянули ближе. Я обвила его шею руками, зарылась пальцами в волосы.
— Лера, — прошептал он мне в губы.
— Ммм?
— Я так тебя люблю. Ты даже не представляешь.
— Представляю, — выдохнула я. — Я тоже.
Мы сидели в библиотеке, среди книг и тишины, и целовались, пока не прозвенел звонок с урока.
— Надо идти, — сказала я, отрываясь от него.
— Надо, — вздохнул он. — Но я не хочу.
— Я тоже.
Он взял мою руку, поцеловал пальцы.
— Вечером напишу.
— Хорошо.
Мы вышли из библиотеки, стараясь выглядеть обычно. В коридоре уже было шумно — началась перемена. Кто-то пробежал мимо, кто-то крикнул что-то, но мне было всё равно.
Я чувствовала только его поцелуй на своих губах.