Глава - 23
Моей первой ошибкой была бутылка вина. Второй – текила... Но сейчас меня волновала лишь дикая головная боль. От яркого света, проникавшего в окно, у меня заслезились глаза, но стоило закрыть их, как комната стала вращаться столь стремительно, что мне пришлось уставиться в точку на потолке и держать голову абсолютно неподвижно. Я застонала. Боже, неужто я до сих пор пьяна?
Не двигая головой, я попыталась оглядеться в незнакомом помещении. Вот черт... Это не моя постель! Взглянув вниз и моментально пожалев об этом, так как моя голова едва не взорвалась, а стены бешено закружились, я обнаружила, что лежу голая и укутана в чужие одеяла. Черт... Я голая!
Я постаралась не шевелиться и разогнать пелену, скрывавшую память о минувшем вечере. О... Боже, нет... Внезапно я поняла, где нахожусь. Я глянула на другую половину постели, но та пустовала: Лиза исчезла. Движение вышло резким, и голова, а теперь еще и желудок отреагировали бурным протестом.
Черт, черт, черт! Внезапно я пришла в раздражение. Стиснув виски, я попыталась унять безжалостную пульсацию. Воспоминания обрушились на меня подобно кровавой сцене, на которую не хотелось смотреть, но оторваться тоже не удавалось.
Этот невероятный первый поцелуй – неистовый, крепкий и полный страсти.
Напрягшаяся рука, лежащая на моей шее и привлекающая меня все ближе. Другая рука, покоящаяся на пояснице. Лиза, медленно прижимающая меня к стойке и усаживающая на нее. Мои ноги, обвитые вокруг её пояса. Мои руки, зарывшиеся в её волосы. Её пьянящий аромат, привкус текилы на её языке...
При воспоминании о текиле желудок свело судорогой. Не желая, чтобы меня стошнило в постель, я рискнула жутким головокружением и села. Выждав секунду, чтобы мысли мои прояснились, и осознав, что этому не бывать, я огляделась в поисках одежды. Нашла только майку, небрежно свисавшую с гитарного грифа возле кровати. Вот черт.
Медленно надев ее, я встала, чуть пошатнувшись. Разве мне не пора прийти в чувство? Я посмотрела на часы... Половина третьего. Уже? Слишком поздно, чтобы идти учиться: занятие по психологии подходило к концу. Я крадучись направилась к двери. У порога валялись мои трусики. Вздохнув, я осторожно нагнулась за ними. Желудок опасно свело, и я поспешила надеть их, распрямившись.
Кое-как одевшись, я решила, что скромность теперь перешла в разряд моих наименьших проблем. В любом случае я понятия не имела, куда делась Лиза, и понимала, что мой желудок никоим образом не шутил. Я метнулась в ванную и успела как раз вовремя, чтобы меня оглушительно вывернуло в унитаз.
Прижавшись лбом к холодному фарфору, я стала вспоминать дальше.
...Рука Лизы скользит по моей шее, следом за ней – губы. Моя голова запрокидывается, глаза закрываются. Дышится тяжело. Тихие стоны. Прерывистые вздохи. Я стягиваю с нен футболку. Её восхитительно загорелая грудь. Тугие мускулы, нежная кожа. Дыхание Лизы учащается, когда я дотрагиваюсь до её груди. Лиза чуть слышно стонет и привлекает меня ближе. Она обвивает меня руками и поднимает. Вверх по лестнице...
Желудок снова свело, на лбу выступил пот. О, как я ненавидела текилу. И вот нахлынули безжалостные воспоминания о дальнейшем...
...Мы пьяно спотыкаемся на ступеньках, падаем и дружно хохочем. Я лежу на лестнице, она придавливает меня всем своим весом и бормочет извинения, проводя языком по моей шее. Я посасываю её ушную мочку. Теплые губы припадают к моим. Руки грубо сдирают с меня брюки...
«О, так вот где они», – подумала я отрешенно, прислушиваясь к бунтовавшему желудку.
...Я силюсь расстегнуть её джинсы и хохочу, потому что пальцы не слушаются. Лиза покусывает мою губу. Я глажу её. Она ласкает мои груди, пробравшись под топ. Я чуть прикусываю её плечо. В мои трусики проникают её пальцы, они кругами скользят по влажной коже и вторгаются внутрь. Страсть в её глазах, прикованных ко мне, и я не в силах вздохнуть. Я умоляю её отнести меня в комнату...
О боже! Я пресмыкалась, умоляла её, всерьез умоляла... Кто-нибудь, убейте меня! И мой желудок вновь ожил.
...Меня подхватывают. Белье летит прочь. Лиза сбрасывает ботинки, снимает джинсы, а я смеюсь, потому что самой мне это так и не удалось. Она вторит мне смехом, стягивая с меня майку. Мягкий язык дразнит и пробует мой сосок. Меня шутливо толкают на кровать. Она снимает трусы. Я бросаю взгляд на её прекрасное обнаженное тело. Смех прекращается, дело приобретает серьезный оборот. Она поедает меня глазами и целует всю с головы до пят. Я прикасаюсь к ней повсюду, поглаживая каждый мускул. Целую её лицо... шею... грудь... живот. Она стонет, когда я дразню языком соски...
Желудок чуть успокоился, я села на пятки и попыталась припомнить остальное.
...Лиза укладывает меня на спину и плавно входит в меня пальцами. Я задыхаюсь от удовольствия. Мы слаженно двигаемся. Я воспаряю и падаю. Она мычит от наслаждения. Я мычу от изумления. Время будто растягивается, и наши тела во хмелю вбирают каждое ощущение. Тепло её дыхания на моей шее. Я прижимаю к себе её голову, когда я приближаюсь к финалу, столь яркому и невероятному. Я кончаю. Мы задыхаемся, биение наших сердец постепенно замедляется. Мы смотрим друг другу в глаза. Я забываюсь в её объятиях...
Я выпрямилась, дрожа, но стоя уже увереннее, умылась, почистила зубы и с удивлением осознала, что минувшая ночь была потрясающей.
В глубокой задумчивости я направилась в свою комнату и замерла в дверях, увидев безупречно застланную постель. Все чувства прошлого вечера обрушились на меня: наш с Сашей разрыв, утешение в рюмке и в обществе Лизы. Я повалилась на колени и разрыдалась.