Глава-71
Спустя несколько часов я проснулась вконец разбитая. Слова Лизы вертелись в голове, пока я разогревала кофе, который она приготовила перед поспешным уходом. Переливая кофе в свою кружку, я услышала шаги Саши. При виде его лица мое сердце забилось вдвое чаще. Такого выражения я никогда у него не наблюдала. Он был убит: измучен и сломлен. Карие глаза, обычно лучистые, померкли и омертвели. Он полностью оделся, принял душ, но не выглядел ни здоровым, ни отдохнувшим. Могло показаться, что он не спал несколько недель. Но вот Саша прикрыл глаза, сделал глубокий вдох и с сердечной улыбкой шагнул в кухню. Я замерла у стойки, следя за ним. Что его так расстроило? Знал ли он, что меня не было с ним этой ночью? Может быть, мы с Лизой вели себя не так тихо, как я надеялась? В комнате воцарилась странная атмосфера. Он подошел ко мне и уже было потянулся, но замер. Я совсем извелась, и мое дыхание начало учащаться. Мне было ясно, что покажется странным, если я не спрошу Сашу, в чем дело: его сокрушенный вид никогда не оставался без вопросов, но мне не хватало воздуха, чтобы заговорить. И я боялась спросить. И вот заговорил он. - Ты сбежала от меня, - прошептал он. Сердце прибавило скорости втрое, перед глазами все поплыло. О черт, сейчас я грохнусь в обморок прямо перед ним. - Что? - пискнула я. - С утра. - Саша кивнул на диван. - Я спустился раньше, а ты спала тут. Не хотел тебя будить... Сердцебиение начало успокаиваться. - О... Убитый вид Саши вернулся, едва он взял меня за руку. - Ира... Я в чем-то провинился? Я немедленно замотала головой и дважды сглотнула, прежде чем смогла издать звук. - Нет... Нет, конечно же нет. - Честно? Мне кажется, что между нами стена. Мы всегда разговаривали, и я знал все твои мысли, а теперь понятия не имею, о чем ты думаешь. Я вновь проглотила слезы. - Может, расскажешь? С секунду его печальные карие глаза шарили по моему лицу, затем Саша осторожно потянул меня за руку в гостиную. Я умоляла себя не разреветься, как накануне. Мы сели на диван вплотную друг к другу. Саша уперся локтями в колени, потом чуть пригладил волосы и посмотрел на меня: - Тебе здесь хорошо? Акцент был силен: Саша сдерживал чувства. Я покачала головой отрицательно, но ответила утвердительно. Это прозвучало странно, и Саша смутился не меньше меня. - Дело в Лизе? - шепнул он, и мой желудок свело, как будто бы подкатывала тошнота. Значит, вот оно? Я знала, что побелела, как призрак, и готова была задохнуться в любую секунду. - Тебя достало ее поведение? Больше не хочешь с ней жить? Меня отпустило.
Он спрашивал не о романе - всего лишь о девицах Лизы. Для Саши затрещина в баре была последней причиной моего огорчения, но с тех пор очень многое изменилось. Лиза любила меня, любила всем сердцем. А я... - Нет, она замечательная. Да мы с ней почти и не видимся, - ответила я тихо, все еще путаясь в мыслях. - Так она и не появлялась в последнее время. Эти слова прозвучали озадаченно, и я поморщилась, недовольная тем, что вложила ему в голову свершившийся факт. Я ждала следующего вопроса - единственного разумного: не потому ли ты ходишь всю неделю как в воду опущенная, что она уехала? А давеча вернулась, и ты сорвалась? Потому что занималась с ней любовью, а после терзалась в моих объятиях? Однако вопрос, который он задал, ударил больнее, чем все те, что я себе вообразила. - Значит, дело во мне? Тебе плохо со мной? - спросил он так тихо, что я еле разобрала. Обхватив его руками, я попыталась придержать всхлип. - Нет, я люблю тебя. - Голос все же подвел меня, дрогнув. - Мне хорошо с тобой. «Не спрашивай больше ни о чем. Не выведывай, что я натворила. Не покидай меня...» Саша тоже обнял меня и притиснул к себе, как будто я вырывалась, а не прижималась. - Тогда переезжай ко мне в Брисбен. Я отшатнулась и ошеломленно уставилась в его по-прежнему пустые глаза. - Что? - Когда закончишь учебу... Поезжай со мной в Австралию. Он чуть ли не маниакально изучал мое лицо, пытаясь определить мою реакцию. Не веря ушам, я моргнула. Мы никогда не говорили о переезде на его родину - лишь о поездке на зимних каникулах. - Но почему? - Я кое-кому позвонил. Там мне в любой момент светит по-настоящему классная работа. Мы можем перебраться туда. Это неподалеку от моих родителей. Они будут рады, что мы под боком. Акцент Саши начал усиливаться, как только он повел речь о родителях. - Но это такая даль, Саша... - Он не мог увезти меня от Лизы дальше. - А как же моя семья? - Будем ездить к ним сколько захочешь, Ира. На праздники. В отпуск. Как пожелаешь и когда заблагорассудится. - Он нежно погладил меня по щеке. Я улавливала в его тоне нотки отчаяния. Он действительно желал этого. - В Австралию? Я не знала, что ты хочешь вернуться. - Это грандиозное предложение... - Саша взглянул себе под ноги, потом на меня и прошептал: - Там можем и пожениться. Мое сердце застучало подобно молоту. Мы никогда не заговаривали о свадьбе. Мне было нечего сказать. В голове моментально пронесся миллион мыслей о жизни в Сиэтле с Лизой и о жизни за тысячи миль отсюда с Сашей. Последний чуть взъерошил мне волосы, и я взглянула на его красивое опечаленное лицо. - Мы будем счастливы там. - Саша дернул кадыком. - Я буду идеальным мужем. Может, когда-нибудь и отцом... Голос его сорвался, а мои глаза уже были на мокром месте. Я тоже видела грядущее, которое он живописал, и эта картина была не менее замечательной, чем та, что нарисовала Лиза. И я понятия не имела, как сделать выбор. Саша снова погладил меня по щеке, привлек к себе и ласково поцеловал. Я закрыла глаза, тая в его объятиях и обдумывая его предложение - оба предложения. Он взял мое лицо в ладони и поцеловал глубже, а я ответила тем же. Он резко встал, нагнулся и подхватил меня. Ноша его ничуть не тяготила - Саша был очень силен, - и всю дорогу наверх он продолжал меня целовать. Когда мы шли мимо двери Лизы, я нарочно прикрыла глаза. Впервые за время наших отношений мне было странно с Сашей. Мы любили друг друга неистово и отчаянно, как никогда раньше. Это и тешило сердце, и разрывало его. То был предельный восторг, сочетавшийся с сокрушительной скорбью. Любовь воистину расцветала и воистину умирала. Казалось, что мы пытаемся удержать нечто, утекавшее сквозь пальцы, и мы не понимали почему. Конечно, я знала больше, но едва ли намного. Моему рассудку оставалось недоступно уразуметь, как я могла отбиться от столь теплой, чуткой и заботливой души. Потом он гладил мои волосы, а я прикорнула у него на плече, чувствуя себя бесконечно виноватой. Это убьет Лизу. С утра перед уходом он не мог не знать, что оставалась хотя бы возможность того, что Саше захочется... От этой мысли стало еще хуже. Затем я испытала угрызения совести из-за того, что обращалась с Сашей не вполне любовно, и гневно смахнула слезу. Меня утомило чувство вины. Лиза была права: мне так или иначе придется выбирать. - Ира, с тобой все хорошо? Я напряглась и закрыла глаза - неужели все-таки спросит? - Да. Он поцеловал меня в затылок. - Ты была такой грустной, а вчера выглядела такой... Я вздохнула. Он все-таки собирался спросить. - Просто паршивый день - невелика беда. - Ах так. - По тону я поняла, что Саша мне не поверил. - Может, расскажешь? Акцент усилился: обычно такое бывало, когда Саша сердился. Этой беседе следовало положить конец. - Нет... Я хочу с тобой в Австралию. Я прокляла себя, произнеся это, но мне нужно было еще какое-то время. Он расплылся в улыбке и поцеловал меня, напрочь позабыв о нашем разговоре.