Глава - 8
– Сейчас будет самое интересное, послушай! – Басист немного смешался.
– Грифф... – Лиза указала на меня. – Пришли мои новые соседи.
Тот перевел взгляд на нас с Сашей.
– Ах да, соседи. – Басист снова посмотрел на Лизу. – Я скучаю по Арине, старина... Она была хороша! Серьезно – зачем тебе это понадобилось? Я тебя не виню, но...
Он осекся, когда Лиза толкнула его снова, теперь сильнее. Не обращая внимания на досаду басиста, он кивнул в нашу сторону:
– Ребята, это мой друг Саша и его подруга Ира.
Я вымученно улыбнулась. Не зная, почему съехала её прежняя соседка, я была несколько смущена и шокирована грубой беседой, которой мы помешали.
– Привет, – учтиво поздоровался Саша.
– Салют, – промямлила я.
– Наше вам. – Басист приветственно вздернул подбородок. – Гриффин.
Он смерил меня взглядом, и мне стало крайне неуютно. Я крепче стиснула руку Саши и чуть отступила, прячась за него.
Предполагаемый брат-близнец басиста, сидевший напротив Лизы, был более вежлив и протянул руку:
– Мэтт. Салют.
– Гитара, да? – осведомился Саша, отвечая на рукопожатие. – Здорово играешь!
– Спасибо, старик. – Мэтт искренне обрадовался тому, что Саша запомнил его игру, но Гриффин фыркнул, и гитарист зыркнул в его сторону. – Да заткнись ты, Гриффин, переживешь.
Тот стрельнул глазами в ответ:
– Я только хочу сказать, что ты запорол последний рифф. Эту песню я должен играть, я бы отжег!
Не вникая в спор, который, видимо, длился уже очень давно, огромный ударник встал и тоже подал нам руку:
– Эван. Ударник. Рад познакомиться.
Мы поздоровались, и Лиза встала. Она направилась к подвыпившим девушкам. Я подумала, что та, которая пялилась на нее, прямо сейчас и рехнется от ее близости. Она склонилась над ней, отвела ее волосы и что-то шепнула на ухо. Она кивнула, слегка покраснев, а Лиза выпрямилась и прихватила два свободных стула. Пока она шла обратно, девушки хихикали, как школьницы.
Сдержанно улыбаясь, Лиза приставила стулья к столу.
– Вот, присаживайтесь.
Я села, чуть хмурясь и чувствуя себя не в своей тарелке, немного растерянная от происходившего. Лиза заулыбалась шире. Похоже, мое смущение доставляло ей неподдельное удовольствие.
Когда мы сели, внимание Гриффина переключилось на Сашу.
– Что у тебя за акцент – британский?
– Австралийский, – вежливо улыбнулся Саша.
Гриффин кивнул, как будто и не думал иначе.
– Карамба, свистать всех наверх!
Лиза и Эван расхохотались. Мэтт взглянул на него как на конченого идиота:
– Чувак, он австралиец, а не пират.
Гриффин спесиво фыркнул:
– Да какая разница.
Он хлебнул пива.
Саша с усмешкой спросил:
– Как хоть ваша группа называется?
– «Чудилы», – ответила Лиза, и Гриффин прыснул.
– Что, серьезно? – не поверила я.
Гриффин, к моему удивлению, потемнел лицом.
– Они заставили причесать – я хотел иначе... – Он объяснил как, заменив одну букву. – Тоже мне целки! Я хотел по-взрослому. Объявить гордо, с поднятой головой!
Он треснул кулаком по столу.
Мэтт закатил глаза:
– Если мы хотим играть где-то еще, помимо «Пита», нам понадобится название для афиши.
По крайней мере, хоть один из них мечтал о лучшем будущем.
Гриффин недовольно глянул на Мэтта, а Лиза и Эван всё веселились.
– Чувак, я заготовил футболки...
– Тебе никто не запрещает их носить, – пробормотал Мэтт, вновь возведя очи горе.
Смех усилился, и даже Саша хохотнул. Я не смогла сдержать улыбку:
– Вы братья?
– Да ни разу! – ужаснулся Гриффин.
Я удивленно оглянулась на Мэтта и снова уставилась на Гриффина. Вылитые близнецы.
– Извините, просто вы так похожи...
– Мы братья, но двоюродные, – объяснил Мэтт. – Наши отцы – близнецы, вот мы и похожи, к несчастью.
Он погрустнел.
– К несчастью для тебя. – Гриффин снова фыркнул. – Ведь я круче.
И Мэтт в очередной раз возвел глаза к потолку, а вся компания залилась смехом.
Неожиданно Лиза вскинула два пальца, дернула подбородком и указала на меня и Сашу. Я проследила за ее взглядом. С другого конца длинного зала ей рассеянно улыбнулась женщина старше нас – владелица бара. Она безошибочно угадала ее желание и вручила официантке две бутылки пива для нас.
Я вновь посмотрела на Лизу, но она уже беседовала с Сашей о его новой работе. Лиза интересовалась, в чем заключается стажировка в рекламной конторе. Я же слышала это миллион раз, а потому отключилась и стала осматриваться.
В «Пите» было тепло и уютно. Дубовые полы были вытерты тысячей ног, а стены – выкрашены в приятные кремовые и красные тона, и каждый их сантиметр был занят рекламой всевозможных сортов пива. Десятки столов всех размеров и стилей стояли где только можно, за исключением пятиметрового участка перед сценой, располагавшейся у короткой стены.
Сцена тоже была дубовой. Черную стену позади нее украшали гитары всех мыслимых разновидностей. По бокам стояли огромные динамики, обращенные к толпе. Огни покамест были погашены. Микрофоны, гитары и барабаны в полумраке ожидали своих хозяев.
Ребята болтали, а я тем временем осмотрела другой конец большого прямоугольного помещения. Вдоль второй короткой стены тянулась барная стойка. Зеркало позади бара было заставлено бутылками с выпивкой всех стран и народов мира. Барменша приступила к обслуживанию публики, начавшей заполнять зал через двойные двери в длинной стене, где были также и большие окна, впускавшие внутрь неоновый свет реклам.
Пиво нам принесла хорошенькая блондинка-официантка. Мы поблагодарили, а Лиза удостоила ее дружеского кивка, возбудив во мне любопытство. Однако та лишь вежливо улыбнулась, и я заключила, что они просто друзья.
Я глотнула пива и проследила, как официантка скрылась за дверью возле бара. Должно быть, это кухня: там сверкала сталь, все было в движении, и оттуда доносился шум готовки. Большая арка рядом с кухонной дверью вела в просторное помещение с двумя бильярдными столами. Неподалеку от сцены я заметила коридор, заворачивавший за угол. Судя по указателям, там находились туалеты.
Когда я рассматривала коридор, мой взгляд упал на тех самых девушек, которые недавно глазели на Лизу. Теперь мы с Сашей частично перекрывали им обзор, так как сидели у края стола. Той, что так явно пялилась на Лизу, очевидно, не нравилось, что я сижу рядом с ней.
Да куда там – она была вне себя. Я быстро отвернулась.
Секундой позже я почувствовала, как кто-то приближается к нам за моей спиной. Невольно напрягшись, я глянула через плечо. Неужто этой бабе взбрела в голову какая-то блажь? Я облегченно вздохнула, увидев, что к нам направляется уже немолодой человек.
Он щеголял в красной рубашке с воротником, на уголке которого было написано название бара, и брюках цвета хаки. Мужчине было за пятьдесят: седина в волосах, обветренное лицо. Он был чем-то расстроен.
– Готовы, ребята? Через пять минут начинаем. – Он тяжело вздохнул.
– Ты в норме, Пит? – Лиза слегка нахмурилась.
Я захлопала глазами. Передо мной, похоже, стоял владелец бара «У Пита». Вот здорово.
– Нет... Трейси бросила трубку, она не вернется. Я нагрузил Кейт, иначе нам нынче не управиться.
Он посмотрел на Лизу довольно злобно. Я удивилась, вспомнив, что её прежняя соседка, Арина, внезапно съехала из-за нее же. Может, это типично для нее?
Лиза, в свою очередь, уставилась на Гриффина. Тот с глуповатым видом присосался к пиву и лишь потом пробормотал:
– Извини, Пит.
Тот вздохнул и покачал головой. Я догадалась, что Пит привык к некоторым издержкам, связанным с этой группой, и пожалела его.
Сама себе удивляясь, я подала голос:
– Я была официанткой. Мне нужно куда-то устроиться. Было бы здорово работать по вечерам, когда начнется учеба.
Пит с любопытством взглянул сперва на меня, потом на Лизу. Та улыбнулась и указала на нас бутылкой:
– Пит, это мои новые соседи, Саша и Ира.
Пит кивнул и смерил меня взглядом:
– Двадцать один есть?
Я нервно улыбнулась:
– Да, в мае исполнилось.
Интересно, что бы он сделал, будь мне меньше, а я сидела бы с пивом.
Очередной кивок.
– Хорошо. Помощь мне понадобится, и скоро. Сможешь выйти в понедельник, в шесть вечера?
Я посмотрела на Сашу, гадая, не следовало ли сперва посоветоваться с ним. Учитывая, что днем он будет занят на своей стажировке, нам останутся только ночи. Но он улыбался, а когда я вопросительно вскинула брови, украдкой кивнул.
– Да, это подходит. Спасибо, – сказала я тихо.
Вот так, не проведя в новом городе и суток, я нашла работу.