Глава 47
— Что-что?! — воскликнул Джокер, хохоча. — Девочка моя, ты восстала из мертвых! Ты переродилась!
— А я что, была мертва? — удивилась я, ребяческими глазами уставившись на него.
— У тебя был шанс оказаться таковой, но ты непобедима!
Я смутно вспомнила, куда я упала.
— А я изменилась? — спросила я, опять улыбнувшись.
— О, и еще как! Вот где все изменения! — он ткнул пальцем в мой лоб.
— А это хорошо?
— Хорошо ли?! Да это же замечательно!
— Я чувствую себя как-то странно…
Джокер вновь рассмеялся.
— Привыкай к новым ощущениям! — сказал он. — Ты теперь смотришь на мир другими глазами!
Я захихикала вслед за ним.
— А я осталась красивой? — спросила я, улыбаясь.
Джокер провел рукой по моей щеке.
— Ты всегда была такой и навсегда останешься, куколка, — сказал он.
Я вдруг поморщилась.
— Куколка…нет, это не слишком мило, — сказала я, скривив губы. — Хочу что-нибудь другое.
Джокер расхохотался так, что, казалось, еще немного, и он, бросив меня, схватится за живот.
— А что ты тогда хочешь? — едва выговорил он.
Я, задумавшись, огляделась по сторонам. Мне хотелось чего-нибудь необычного, звучного и милого. Я, в конце-концов, не простая девушка! Я принадлежу самому Джокеру! И потому звать он меня должен соответствующе. А то все эти куколки, зайчики да котятки… Нет уж, мы — не обычная пара, все должно быть оригинальнее! Я услышала быстрые шаги и увидела, как по лестнице спускаются подчиненные мистера Джея, но, заметив нас, они резко затормозили и стали идти на цыпочках, чтобы не дай боже он не наорал на них. Вдруг я пригляделась к одному из парней, что шел впереди. Мне понравилась его майка, черная такая… На ней была изображена тыква и написано: «Madness Halloween!» И тут я широко ухмыльнулась.
— Тыковка…Тыковка! — радостно воскликнула я.
— Тыковка? — удивился Джокер.
— Я люблю Хэллоуин, — улыбнулась я. — И тыквенный пирог.
Джокер улыбнулся.
— Я тоже люблю тыквы, — произнес он, смеясь.
Я захихикала.
— Пуди-инг! — сказала я с улыбкой, потянувшись руками к его шее.
Он захохотал, как помешанный.
— Тыковка! — передразнил он меня и поцеловал.
Нет ничего романтичнее, чем целовать любимого человека, плавая в чане с кислотой, правда? Я никогда прежде не ощущала себя такой счастливой. Хотелось помчаться по улице, громко хохотать и…петь. У меня в голове почему-то застряла одна мелодия. Ла-ла-ла. И почему я слышу ее? Ла-ла-ла. А, какая разница? Пусть будет, как в фильмах: романтичный момент с красивым звуковым сопровождением. Ши-кар-но. Однако все хорошее когда-нибудь заканчивается. Кто-то крикнул нам:
— Ей, босс! Просим прощения, что прерываем, но нам бы это…уходить отсюда! Копы могут нагрянуть, они же пасли наш вертолет!
— Он испортил нам свидание, — я обиженно поджала губки.
— Билл…ты, как всегда вовремя, — раздраженно сказал Джокер, повернувшись к нему. — Хотя ты прав, не спорю. Действительно нужно уходить. Так, дайте нам одежду, сперва.
— Э…зачем? — Билл удивленно уставился на него.
— Ты что, и вправду такой идиот? — Джокер закатил глаза. — Что у тебя в школе по химии было?
— Ну…
— Да и так понятно. Так вот, мой туповатый друг, кислота разъедает одежду. Понял? А теперь шевелитесь!
— Так это…босс…нет у нас запасной одежды, вы не сказали, что нужно брать ее.
Джокер едва не взорвался от злости.
— Нужно было догадаться самим, кретины! — воскликнул он. — Вечно я должен думать за вас…- пробурчал он, сердито глядя на съежившуюся от страха команду. — Тогда делитесь своей одеждой. И без возражений.
— Мне нравится его майка, — хихикнув, прошептала я ему на ухо, указывая на парня с тыквой.
— О-о.- фыркнул Джокер. — Фред, будь так любезен, — он взглядом обозначил ту майку. Парень слегка растерялся и в изумлении поглядел на нас, а затем на команду. Но ему пришлось повиноваться. — Так, я же не должен говорить, чтобы вы все отвернулись?! — рыкнул он. — Нечего пялиться на нее, извращенцы!
Я, в который раз хихикнув, спустилась из чана на землю. Джокер, спрыгнувший следом, поспешил повернуть голову в сторону, чтобы не смотреть на меня обнаженную.
— О-о, ты стесняешься? — проворковала я.
— Нет, просто соблюдаю правила приличия, Тыковка! — фыркнул он
