Джокер и Харли Квинн

Ты­ков­ка…Да, это зву­чит го­раз­до ми­лее, чем все зай­чи­ки и ку­кол­ки. Это что-то ори­гиналь­ное, что бу­дет при­над­ле­жать лишь нам. Ник­то боль­ше не на­зовет ни­кого Ты­ков­кой. Лишь у мис­те­ра Джея есть на это пра­во. Я счас­тли­во улыб­ну­лась. Мне оп­ре­делен­но нра­вит­ся на­чало но­вой жиз­ни! На­певая мо­тив зас­тряв­шей ме­лодии в го­лове, я на­дела на се­бя одеж­ду, ле­жав­шую ря­дом. Я с нес­кры­ва­емой ус­мешкой пог­ля­дела на бе­долаг, ко­торые крас­не­ли как ра­ки, гля­дя на се­бя не­оде­тых. Ла-ла-ла… Как же мне все-та­ки ве­село! Го­това сме­ять­ся и петь це­лую веч­ность!
— Не по­ра ли нам ид­ти? — спро­сила я, сме­ясь.
— Да, ты аб­со­лют­но пра­ва, Ты­ков­ка, — ска­зал Джо­кер. — С по­лицей­ски­ми мы по­иг­ра­ем в дру­гой раз. Ну что, Хар­лин Квин­зель, доб­ро по­жало­вать в ко­ман­ду зла!
— Нет. Не Хар­лин Квин­зель, — я вдруг стро­го пос­мотре­ла на не­го. — Хар­лин Квин­зель боль­ше нет. Она умер­ла.
      Джо­кера мои сло­ва слег­ка оза­дачи­ли.
— И как же нам те­перь звать те­бя? — спро­сил он.
      Я слег­ка за­дума­лась. Я хо­тела при­думать се­бе звуч­ное гром­кое имя, что­бы оно тре­пета­ло в сер­дцах тех, кто ме­ня ус­лы­шит. Тем бо­лее, что я бу­ду ря­дом с мис­те­ром Дже­ем, я не дол­жна от­ста­вать от не­го. Я вспом­ни­ла, как его на­зыва­ют лю­ди: Принц-Кло­ун прес­тупно­го ми­ра… Кло­ун! Я зна­ла, что он ког­да-то ра­ботал в цир­ке. Он лю­бит смех и раз­вле­чения, а так­же вся­кие фо­кусы и трю­ки. Цирк нав­сегда ос­тался в его ду­ше. Не зря же его ору­жие час­то бы­ва­ет за­мас­ки­рова­но под цир­ко­вые ат­ри­буты! Как толь­ко я по­дума­ла об этом, то но­вое имя тот­час же вспых­ну­ло в мо­ей го­лове, по­доб­но свеч­ке, оза­рив­шей мой даль­ней­ший жиз­ненный путь. Я тор­жес­твен­но обер­ну­лась ко всей ко­ман­де во гла­ве с Джо­кером и, гор­до вып­ря­мив­шись, гром­ко про­из­несла:
— Хар­ли Квинн.