Глава 17
Очень скоро я была вынуждена признать, что несмотря ни на что мне нравится общаться с этим человеком. Я никогда не встречала более интересной и захватывающей личности, разрываемой кучей противоречий, о чьей жизни ходили легенды. Пусть Джокер и был безумен, но он умел общаться с людьми и знал, как им можно понравиться. Я не была уверена, что это не очередная его уловка, но рядом с ним моя совесть угодливо молчала, я порой даже не задумывалась о том, что нужно быть осторожнее. Я начала оставаться в его палате дольше, чем на час, чем вызывала негодование у Вероники и одобрение со стороны начальства. Я объясняла свое долгое пребывание тем, что Джокер слишком медленно отвечает на вопросы, а если и отвечает, то дает очень полный ответ, я просто не успеваю за час спросить его обо всем. Доктор Хупер была вынуждена отступить и признать, что я все делаю правильно. Однако она не забывала предупреждать меня каждый раз, как я собираюсь зайти в его палату: «Не позволяй ему залезть в твой мозг, Харлин, иначе ты будешь обречена. Не повторяй моих ошибок».
Я чувствовала, что наши сеансы психотерапии не должны проходить слишком спокойно, что-нибудь обязательно должно было случиться. В конце-концов, это же Джокер! Мои опасения подтвердились самым неожиданным для меня образом. Вначале все шло по намеченному плану. Я, по своему обыкновению, поднялась на нужный мне этаж и пошла по знакомому мне коридору. Наконец-то мне не нужно ни у кого спрашивать дорогу, я в кои-то веке запомнила свой путь. А я-то боялась не дожить до этого момента… Я подошла к двери, ввела код и вошла в палату. Я не обнаружила за столом моего пациента. Я сначала испугалась, что он сбежал, но потом вспомнила, что иногда он лежит, пристегнутый к кровати. Я услышала знакомое: «О! Доктор Харлин Квинзель! Доброе утро! Давненько мы не виделись! Проходите, не стесняйтесь, чувствуйте себя, как дома!» Я повернула голову в сторону восклицания и замерла на месте. Джокер, как я и ожидала, был на своей кровати… Однако он не был пристегнут.