Опустошение

— Даби, что за задание? — спросил резко повеселевший Мидория, скрестив руки за собой и лучезарно улыбаясь напарнику.

Мужчина смотрел на юного злодея шокированными глазами, не ожидая такого от мрачного Изуку: — Эм... Ну, нам нужно устранить сначала дочь главной героини в этой стране, а после и ее саму...

— Ч-что? Убить? — Мидория смотрел на старшего испуганными глазами, поджав губы.

— Эй, ты чокнулся?! — уже удивление сменилось сильной яростью, что злодей сжал кулаки до белых костяшек. — Не смей со мной играть, малолетка!

Изумрудные глаза испуганно бегали по всем предметам, пытаясь за что-то зацепиться. От холода и страха по телу стал бегать табун мурашек, парень резко повернулся, желая быстрей покинуть это место.

Но Даби усмехнувшись, возвел стену синего огня вокруг напарника. Изуку опешив, упал на колени, сдирая с них кожу об холодный асфальт. Он закрыл уши дрожащими ладонями, покрытыми шрамам, судорожно раскачиваясь вперед-назад.

— Нет, Нет, Нет, Нет... — лихорадочно повторял юноша, что в уголках глаз выступили предательские слезы. Живот скрутило от боли, а зубы звонко стучали.

Прорычав, старший резко сорвался с места, быстро подходя к бывшему герою, хватая за ворот кофты, грубо дергая на себя. Потускневшие глаза на мгновение встретились с почерневшими, зрачки которых горели ярким синим. Сжатый кулак с силой ударил в челюсть юного злодея, а после с еще большей жестокостью Даби наносил серьезные удары.

Откинув поврежденное тело, мужчина перевел дыхание и окинул поднимающего парня подозрительным взглядом, пряча ладони в карманы черных штанов.

Изуку встал на ноги, сплевывая кровь с разбитых губ, по которым стекали красные дорожки. Он слегка пошатнулся и глянул из-под зеленых прядей на напарника. Взгляд был холодным и нечитаемым, что старший уже не знал чего ожидать.

— Ублюдок, чуть челюсть не сломал. Рассчитывай силу, идиот. Пошли, быстро выполним и вернемся, не хочу тратить бессмысленно свое свободное время, — резко повернулся юноша, сразу срываясь с места и быстрым шагом направился к цели.

Даби подозрительно посмотрел на нового напарника, прошептав себе под нос «Странный» и поплелся за младшим.

Вскоре они дошли до милого двухэтажного домика, где горел свет в детской комнате и на кухне. Изуку внимательно осмотрел здание и заметил открытое окно на втором этаже. Усмехнувшись, он уже составил план и готов был его осуществить.

— Мелкую на себя возьмешь? — спросил Мидория, поворачивать к Даби.

— Нет, — холодно отрезал старший, поймав на себе хмурый взгляд. — Сегодня работаешь один. Хочу оценить, каким ты можешь быть злодеем. С самого начала, мне не верилось, что ученик UA сможет стать кровожадным убийцей. Да и странный ты какой-то. Так что, избавься от мусора, тогда поверю, — блеснув ярко-синими глазами, он еле заметно улыбнулся уголками губ, словно издеваясь.

Усмехнувшись, Изуку активировал свою причуду, и по всему телу засверкали яркие полосы. В одно мгновение он оказался на бордовой крыше дома своих жертв. Полосы исчезли, оставив после себя боль в ногах. Парень поморщился, поняв, что излишняя худоба губительна для причуды, что вскоре попросту сломается под ее ношей.

Зацепившись за край крыши, он ловко пробрался в открытое окно. Тихо преодолев темную комнату, а после широкую лестницу, которая вела на первый этаж и скрипела под ногами. Дождавшись, когда молодая героиня отнесла дочери в комнату теплое молоко с медом и вернулась обратно на кухню, парень бесшумно проскользнул в детскую.

— Мама? — сонно спросила девочка, потирая глаза и пытаясь всмотреться в черный силуэт, — Мам, ты чего... Включи свет, пожалуйста.

Мидория улыбнулся и вышел на лунный свет, сочившийся из окна, из-за незакрытых штор. Девочка пискнула от страха, ведь гость выглядел поистине безумно. Сумасшедшая улыбка блестела в нежно-голубом освещение, глаза горели изумрудно-черным огнем, что сперло дыхание, а нож заставил содрогнуться.

Один шаг разделял убийцу от потенциальной жертвы. Девочка вся тряслась, как осиновый лист на ветру, а голос исчез в самый неподходящий момент. По румяным щекам потекли детские слезы, от чего юноша сильнее сжимал нож в своей руке.

Парень замахивается, и острое лезвие блестит в лунном свете, а после разрезает молочную кожу. Артериальная кровь брызнула на веснушчатое лицо и быстро окрасила белое постельное белье. Голубые глаза становятся стеклянными, и тяжелые веки навсегда закрываются. Последний вздох, жизнь покидает хрупкое тельце.

Изуку вытирает кровавый нож о штанину и покидает детскую с уже остывающим детским телом. Он тяжело дышит и сглатывает ком в горле. Держась за стену, юноша направляется в сторону кухни, а на лицо возвращается улыбка. Дрожь и тяжелое дыхание исчезают, но боль только сильнее нарастает.

Девушка стоит за раковиной и моет грязные тарелки, насвистывая веселую мелодию, виляя бедрами. Скрип за ее спиной и она резко поворачивается, не положив посуду обратно.

— Луиза! — кричит уже бледная мать, увидев злодея, всего покрытого чужой кровью, и роняет из ослабших рук тарелку. Звук разбившейся посуды на мгновение наполнил кухню, сменившись криком девушки, — Луиза! Луиза! — кричит обезумевшая мать, не отрываясь от окровавленного парня. — Тварь! — блондинка сорвалась с места, глупо нападая на врага. Гнев и отчаяние застили ей глаза, поэтому она не смогла оценить ни свои, ни чужие силы.

Мидория активирует причуду и бьет противницу с ноги прямо в висок, что та отлетает через всю кухню в стену, а от сломавшегося тела осталась большая вмятина. Вокруг героини мгновенно собралась лужа крови, она смотрит на приблизившегося парня туманным взглядом. Адская боль пронизывает все тело, особенно череп. Но злость не может покинуть материнское сердце.

Перед тем, как закрыть глаза, девушка поднимает указательный палец, пересилив умопомрачительную боль. Вмиг левое плечо злодея со спины пронизывает огромный кухонный нож. Мидория выдергивает его, зажмурившись, а после откидывая в угол кухни с характерным металлическим шумом и рыком.

Сведя брови на переносице, причуда была вновь активирована, Изуку размозжил череп героини. Он стоял над трупом, тяжело дыша и переводя взгляд на окровавленные ладони.