Пролог
Вся визуализация будет в моем тгк🤍: https://t.me/fluffkitt
«Я хотел оказаться в незнакомом месте, ни о чем не вспоминать, ни о чем не думать. Вот и все».
— Энн Райс, «Интервью с вампиром»
В конце весны Сеул становится хитрым. Днём уже почти лето, люди снимают пальто и строят планы. А ночью всё ещё прохладно, и город включает свои любимые цвета: неон, мокрый асфальт и свет в окнах, которые не гаснут до утра.
Тэхён
В его клубе всегда было так: красиво, дорого и немного слишком.
Музыка не орала, а давила ровно настолько, чтобы люди забывали, что завтра у них работа. Свет был мягкий, лица казались красивее, чем в реальности. И почти все вокруг вели себя так, будто они здесь главные. Хотя главным был он.
Ким Тэхён сидел в VIP-зоне и смотрел на всё это с привычным спокойствием. Рядом — три девушки. Одна смеялась громче всех, вторая постоянно поправляла волосы, третья трогала его рукав, как будто проверяла: настоящий ли.
— Ты такой холодный, — сказала первая и наклонилась ближе. — Это так... привлекательно.
Тэхён улыбнулся. Ровно. Без лишнего.
— Я просто устал, — ответил он.
— От чего? — сразу спросила вторая.
"От одного и того же", — подумал он. Но вслух сказал:
— От дня.
Им подходил любой ответ. Главное — чтобы он сказал что-то им, и это можно было потом пересказать подругам.
Девушки обсуждали коктейли, фотки, чьи-то отношения и то, что в этом клубе "всё другое". Тэхён слушал вполуха. Он давно понял одну вещь: люди очень любят говорить о свободе, но ещё сильнее любят, когда кто-то берёт всё на себя.
Тэхён брал. Всегда.
Он был вампиром. И это не было тайной, но и не было темой для вывески у входа. Те, кому надо, знали. Остальным хватало легенд, слухов и ощущения, что в этом месте лучше вести себя прилично.
Потому что "хозяин" не любит лишних проблем.
Телефон коротко завибрировал.
Сокджин: Ты опять окружил себя фан-клубом?
Тэхён не удержался и усмехнулся.
Тэхён: Они сами окружились.
Сокджин: Смешно. Не заигрывайся.
Тэхён посмотрел на сообщение дольше, чем нужно.
"Не заигрывайся" — это была любимая фраза Сокджина. Как будто Тэхён ещё умеет играть, а не просто повторять одно и то же.
Девушка рядом заметила, что он отвлёкся.
— С кем ты переписываешься? — спросила она и попыталась заглянуть в экран.
Тэхён спокойно убрал телефон.
— С бухгалтерией, — сказал он.
— Ой, — девушка скривилась. — Это ужас.
— Да, — согласился он. — Самое страшное в моей жизни.
Они засмеялись, потому что это звучало как шутка. А Тэхён подумал, что если бы они знали, что действительно бывает страшно, то не лезли бы с такими вопросами.
Он перевёл взгляд на зал. Там были чужие истории, чужие попытки понравиться, чужие "я так больше не могу" и "пожалуйста, останься".
И почему-то в этот момент Тэхён понял, что устал не от девушек.
Он устал от того, что всё рядом с ним — временное.
И он сам сделал так, чтобы было именно так.
Рина
В другой части города Рина сидела у себя дома и пыталась не выглядеть жалко хотя бы в собственных глазах.
Она была в футболке, с мокрыми волосами после душа и с чашкой чая, который уже остыл. На столе лежал блокнот, но она его не открывала. Сейчас её интересовал только телефон.
Чат с Со Минхо.
Рина открывала его, закрывала и снова открывала, как будто от этого что-то менялось. Сообщение от него висело уже минут двадцать.
Минхо: Юна сказала, ты сегодня задержалась. Ты доехала нормально?
Нормальный вопрос. Обычный. Тёплый.
И именно поэтому Рина зависла.
Она не была человеком, который отвечает легко. Она была человеком, который сначала проживает десять вариантов диалога, потом стесняется всех, а потом пишет что-то слишком скучное и ещё извиняется.
Рина набрала:
"Да, всё хорошо."
Удалить.
Набрала:
"Да, спасибо. Ты тоже дома?"
Удалить.
Набрала:
"Я нормально. Спасибо, что спросил."
И застыла.
Потому что это уже почти смело. Для неё — очень.
Рина уткнулась лбом в подушку.
— Соберись, — сказала она себе. — Это просто сообщение. Не признание в любви. Не заявление в ЗАГС.
Её сердце всё равно стучало так, будто она сейчас делает что-то запретное.
Минхо был братом Юны. И это усложняло всё.
Во-первых, потому что он был рядом. Во-вторых, потому что он был хорошим. Не "идеальным из дорамы", а просто нормальным человеком: спросит, подождёт, поможет. И не сделает вид, что он герой.
Рина не знала, что с этим делать. Её мозг каждый раз включал режим: "Он вежливый. Это ничего не значит. Не выдумывай. Не позорься".
Телефон снова завибрировал — входящий от Юны.
Рина ответила.
— Ты живая? — голос Юны был бодрый, будто она питается кофе и чужими нервами.
— Живая, — сказала Рина.
— По голосу как будто батарейка на одном проценте, — заметила Юна. — Ты опять в своём режиме "тихо посижу и исчезну"?
— Я не исчезаю.
— Ты исчезаешь, — уверенно сказала Юна. — Ладно. Завтра я тебя вытащу. Прогуляемся. Воздух хороший, почти лето. И без отмазок, поняла?
Рина тихо улыбнулась.
— Поняла.
— Всё, я побежала, — быстро сказала Юна. — Пока!
Звонок оборвался.
Рина снова осталась одна. С тишиной, чаем и своим дурацким страхом написать два простых предложения.
Она посмотрела на набранный текст и наконец нажала "отправить".
"Да, я доехала нормально. Спасибо, что спросил."
Сообщение улетело.
Рина выдохнула, как после экзамена.
И в этот момент, где-то в городе, Тэхён смотрел на чужие танцы и думал, что ему скучно.
А Рина смотрела на экран и думала, что ей страшно.
Ночь у них была разная.
Но у обеих ночей была одна общая вещь: ощущение, что всё вот-вот сдвинется.