Параллельные миры

В скором времени двери зала распахнулись, и в конференц-холл вошёл невысокий грациозный мужчина в длинной чёрной мантии. Белый аллонжевый парик свисал на его широкие плечи. На огромном носу красовались большие круглые очки с толстыми линзами. Своим холодным и суровым взглядом мужчина быстро обежал всех сидящих за полукруглым столом.

Некоторые адепты и тьюторы не обратили особого внимания на появление ректора, поэтому продолжили разговаривать и шептаться. Однако его появление не оставила незамеченным крикливая полноватая дама, которая тут же начала возмущённо лепетать:

— Ну наконец-то, эфор Фарфоров! Я не понимаю, с каких таких коврижек меня ...

Порфирий остановился перед полукруглым столом и вскинул руку.

— Афонос! - грозно проворчал он.

Речь толстушки резко прекратилась. Как и речь всех остальных в зале. В конференц-холле повисла мёртвая тишина. Игнат хотел шепнуть что-то Гордею, но не смог произнеси ни слова. Его рот открывался, но ни единого звука из него не выходило. Даже выдох был не слышен.

— Разрешите представиться, – добротно продолжил мужчина в чёрной мантии. – Порфирий Фарфоров. Ректор Элементального университета. Эфор второй ступени Эфорального совета и по совместительству Ваш верный друг и товарищ!

Порфирий даже не сделал попытку улыбнуться, чтобы показаться любезным. Вместо этого он окинул взглядом всех сидящих и сиплым голосом продолжил, обращаясь к левой части стола:

— Адепты наверняка уже познакомились друг с другом и нашли общий язык со своими тьюторами. Ближайшие полгода вы будете посещать коррекционно-подготовительный курс, прежде чем вас зачислят на основные направления подготовки. Я надеюсь, ваши тьюторы всецело проинформировали Вас об этом.

Фарфоров перевёл взгляд на правую сторону стола, где восседали тринадцать тьюторов. Полноватая дама подняла руку, чтобы что-то спросить. Ректор сделал вертикальное движение указательным пальцем сверху-вниз, и поднятая рука волшебным образом опустилась, видимо, против воли самой хозяйки. Ректор вновь обратился к левой части стола:

— После прохождения подготовки вам необходимо будет пройти специальные испытания: «Делириум». Во время прохождения оцениваются четыре важнейших показателя: «», «», «» и «Страх». По показателям четырёх «С» будет видно, на какое направление вас можно зачислить. Однако, хочу предупредить, что возможен и вариант «провала» испытания. В таком случае вы незамедлительно отправитесь домой, в Новосибирск. Ваша память будет слегка подкорректирована, и вернуться сюда вы более не сможете.

Адепты переглянулись. Об этом, видимо, им не рассказывали. Или по крайней мере, не всем. На лицах некоторых адептов читалось спокойствие, а часть выражала удивление. Или это удивление было скорее из-за внезапно пропавшего голоса?

Ректор Фарфоров медленно направился к возвышающейся части полукруглого стола, проводя своей широкой ладонью по спинам сидевших адептов. Когда Порфирий дотронулся до Игната, по спине к шее пробежали мурашки. Добравшись до пьедестала, Фарфоров грузно опустился в своё кресло.

— Есть ещё пара моментов, которые следует обговорить, прежде чем вы приступите к первому учебному дню: завтра, первого октября. Для начала, можете забыть, что у вас было отчество: здесь оно вам не понадобится. Фамилии официально у Вас пока что тоже нет. В ваших студенческих картах отныне будет только две записи: ваш позывной и ваша роль. Все вы - адепты. С ролью всё понятно, а с позывным вам нужно определиться. Своих имён вы ещё не достойны, поэтому нужно выбрать себе новое «имя», которым вас будет называть ваши тьюторы и преподаватели во время подготовки.

Фарфоров достал откуда-то из-под пьедестала большой свиток и чернильницу с длинным пуховым пером. Развернув перед собой пергамент, ректор поправил очочки и бросил взгляд на самого ближнего адепта. Им оказался Игнат Клаузен-Стоцкий, который, как и все остальные, не был достоин своего полного имени и фамилии.

— Обычно позывные адептов состоят из двух или трёх букв, и обычно позывные похожи на их настоящие имена, чтобы самим же не запутаться... Тебя как называть? – спросил ректор, глядя сверху на Игната.

Игнат открыл рот, но не смог ничего произнести, поэтому просто развёл руками.

— Ах, да! – спохватился Порфирий и взмахнул рукой. – Фониис!

В зале снова стало слышно дыхание людей. Игнат, выдавил из себя непонятный звук, проверяя, правда ли теперь он может говорить, и спросил:

— Нья... Кхм, а только три буквы можно?

Ректор утвердительно кивнул.

— Прямо любые три буквы можно? – уточнил Игнат.

Порфирий снова кивнул и добавил:

— Тебе с ними жить полгода, а то и дольше.

— Тогда... пускай будет Нат. Меня так... кхм-кхм... в принципе называли.

Фарфоров повторил выбранное Игнатом имя. Перо вылетело из чернильницы, сделало пометку в пергаменте и вернулась обратно в домик. Ректор перевёл взгляд на Гордея.

— Я буду Гор, – отрезал Гордей. – Как бог солнца или бог чего он там был у Египтян...

Порфирий кивнул и повторил: «Гор». Перо сделало ещё одну пометку. Следующая очередь была Амилии:

— Мия. Я думаю, это логично, меня так и зовут все.

— Мия! – повторил ректор. – Далее, зеленовласая...

— Еля, конечно же! – активизировалась Хмеля.

Аннуша, которая была на очереди, пожала плечами и не задумываясь, будто это и так само собой разумеется, выпалила:

— Аня! Объяснения считаю излишними.

Фарфоров дал указание и перо снова вынырнуло из чернильницы сделать пометку, после чего вернулось обратно в свою обитель. Черёд дошёл до Георгины. Выбрать новое имя для нее оказалось трудным делом. Елисей шепнул ей что-то, и девушка озвучила свой вариант:

— Ина. Думаю, я привыкну.

— Лис, – спокойно предложил Елисей. – думаю, отлично отражает мою сущность.

— Красив, красноречив и обольстителен – шепнула Анечка Хмеле.

— Лисичка-сестричка! – хихикнула в ответ Еля.

Порфирий тем временем записал новое позывное Равиля - «Рав». Далее Анастасия убрала начало своего имени и стала «Сией», а Оксана выбрала отбросить вторую половину, и получилось - «Окс». На очереди был Дарий. Парень немного задумался, выбирая между «Дар» и «Рий», но остановился на первом варианте. Перо делало пометки после команды ректора. Очередь дошла до Валентина.

— Ну, видимо, я - Вал, – пожал плечами рыжий парень в очках. – Как стержень на опорах в механизмах, передающий движение другим частям.

— Вал! – повторил ректор и перо сделало последнюю запись.

Порфирий пробежался по списку и повернулся к левой части стола (относительно него она стала уже правой частью).

— Итак, что мы имеем! – начал ректор, перепрыгивая глазами по адептам. – Нат, Гор, Мия, Еля, Аня, Ина, Лис, Рав, Сия, Окс, Дар и Вал. Отныне вы объединены в учебную группу №123452191.

Каждую цифру в номере ректор произнёс отдельно. Также он ни разу не подглянул в список с именами, воспроизводя их по памяти. Некоторые адепты переглянулись. Мия и Окс второпях записали номер группы. Мия сделала это ручкой на руке, а Окс воспользовалась телефоном, набрав номер группы как номер телефона и сделав вызов. Порфирий продолжил свою речь:

— У каждого из вас есть свой тьютор. Также за вами закрепляется куратор - Одесса Крикун, доцент кафедры Парадигмальной Физиогномики.

Ректор указал в сторону мадам Одессы, которая немного привстала и села обратно. Адепты неуверенно поддержали аплодисменты ректора. Все тьюторы, казалось, были немного обескуражены данным заявлением Фарфорова. Ирада сделала грустное лицо, посмотрела на Игната и провела пальцем по щеке, изображая скатывающуюся слезу.

— Не паясничаем, мисс Ирада, – спокойно вымолвил Порфирий даже несмотря на неё. – Адептов нужно держать в ежовых рукавицах!

— А, ну тогда да! – ободряюще кивнула Ирада. – Ежовей точно не найдётся.

Данное высказывание задело доцента Крикун, так как она начала издаывать звуки, похожие на кудахтанье молодой курочки. Она подскочила со стула и начала причитать:

— Простите меня великодушно, госпожа Ирада! Вы ведёте себя крайне непочтительно! Я и сама хотела бы узнать, с какой это радости именно я должна быть куратором? У нас сейчас так много дел на кафедре!..

— Помните, глубокоуважаемая госпожа Крикун, вы крайне переживали, что ваш адепт передумал переходить в Э́форос? – любезно спросил Порфирий.

— Конечно, как такое забыть! – обиженно выпалила Одесса. – Ох уж этот Джан! Поварёшкой бы ему по лбу...

— Давайте обойдемся без крайних мер... Так вот мы решили дать вам на попечительство сразу двенадцать адептов, чтобы Вы не расстраивались! – закончил Фарфоров.

Доцент Крикун кудахтнула ещё раз, и, по причине отсутствия каких-либо аргументов, плюхнулась обратно в кресло. У Игната на мгновение ёкнуло сердце. Он вполне серьёзно переживал, что кресло могло сломаться под куратором от таких неаккуратных решений.

Ректор Элементального университета ещё раз обежал часть стола, за которой сидели все адепты, и вновь заговорил:

— Наше собрание можно считать оконечным. Завтра в полдень профессор Кобылица будет ждать вас в кабинете «15» на четырнадцатом этаже. Далее отправляетесь на этаж выше, в тренировочный зал «Омикрон». Его вы не пропустите: там на лестничной клетке будет всего одна дверь, так как зал занимает весь этаж. Пока что можете сходить в буфет, а потом отправляйтесь в свои общежития. У матросов есть вопросы?

Адепты переглянулись. Вопросов ни у кого не возникло. Порфирий было собрался встать, чтобы покинуть конференц-холл, как вдруг активизировался опомнившийся Гордей:

— А где, говорите, столовая-то?

— Вам на третий этаж, адепт Гор. Адепт Дар там уже бывал, можете проконсультироваться с ним.

Гордей взглянул на Игната, а потом перевёл взгляд на Амилию. Единогласно и без лишних слов было принято решение отправиться в буфет и устроить небольшой пир перед началом первой учебной недели. Трио из Ната, Гора и Мии выцепило Дара, и все адепты покинули конференц-холл.