26. Вместе? Вместе.
Прошла неделя.
Странная, тягучая. Мария принесла справку из полиции — действительно, написала заявление об украденном телефоне. Игнатьев развел руками: формально она чиста.
Новых сообщений не было.
Но слухи не утихали.
Они ползли по университету, как туман по утрам. В столовой, в коридорах, в курилках — везде шептались. Варя чувствовала спиной взгляды, слышала обрывки фраз за спиной.
— ...да ладно, она же рыжая...
— ...преподаватели вообще без тормозов...
— ...а Лесков? С виду такой правильный...
Она держалась. Сжимала зубы и ходила на пары, делала вид, что ничего не слышит. Но внутри всё горело.
Семен видел. Видел, как она с каждым днем становится всё тише, всё бледнее. Как гаснут её глаза. Как она перестала улыбаться даже дома.
— Варь, — сказал он в пятницу вечером. — Давай уедем.
— Куда?
— Куда-нибудь. На выходные. Выключим телефоны, забудем обо всём.
— Нельзя.
— Почему?
— Потому что если мы сейчас сбежим, они победят.
— Варя...
— Нет, Семен. Я не сдамся. Я не для того столько терпела, чтобы просто взять и сбежать.
Он смотрел на неё. На огонь в её глазах, который, оказывается, не погас — просто спрятался глубоко внутри.
— Ты невероятная, — сказал он.
— Знаю.
— Я люблю тебя.
— Я тоже. Но это не повод убегать.
Он усмехнулся. Обнял её.
— Ладно. Остаёмся. Боремся.
— Боремся.
---
В понедельник всё изменилось.
Варя пришла в университет как обычно. Прошла через турникет, поднялась на второй этаж. И замерла.
На стене, прямо у входа в аудиторию, висел лист бумаги. Распечатка. Крупными буквами:
«ВАРЯ ПЕТРОВИЧ СПИТ С ПРЕПОДАВАТЕЛЕМ. СПРОСИТЕ У НЕЁ, КАКИЕ ОЦЕНКИ МОЖНО ПОЛУЧИТЬ ЗА МИНЕТ»
Внизу — фотография. Смазанная, тёмная, но узнаваемая. Они с Семеном. На крыльце её дома. Он обнимает её за плечи. Она улыбается.
Варя смотрела на это и не могла пошевелиться.
Вокруг уже собирались студенты. Кто-то фоткал на телефон. Кто-то смеялся. Кто-то просто смотрел на неё.
— Ого, — сказал кто-то за спиной. — А Петрович-то наша — звезда.
Варя развернулась и пошла прочь. Не побежала. Пошла. Спокойно, ровно, чеканя шаг.
Она не знала, куда идёт. Просто шла.
За спиной гул голосов нарастал.
---
Семен узнал через пять минут.
Ему позвонила лаборантка, сказала дрожащим голосом: «Семен Алексеевич, вам лучше не заходить... там это... на стене...»
Он не стал слушать. Вылетел из преподавательской, пробежал по коридору.
Увидел лист. Остановился. Прочитал.
Внутри всё оборвалось.
— Кто это сделал? — спросил он громко.
Студенты замолчали. Переглянулись. Кто-то пожал плечами.
— Кто? — повторил он. Голос звенел.
— Там камеры есть, — сказал кто-то. — Можно посмотреть.
Семен сорвал лист со стены. Скомкал. Посмотрел на фотографию.
— Где Варя? — спросил он.
— Убежала куда-то. Вроде к выходу.
Он побежал.
---
Он нашёл её на заднем дворе.
Она сидела на скамейке, сжавшись в комок, обхватив себя руками. Смотрела в землю.
— Варя.
Она не подняла головы.
— Варя, посмотри на меня.
— Уходи, — тихо сказала она.
— Нет.
— Уходи, Семен. Ты не должен здесь быть. Увидят.
— Плевать.
Он сел рядом. Протянул руку, коснулся её плеча. Она дернулась, но не отстранилась.
— Я видел, — сказал он. — Я сорвал.
— И что теперь?
— Теперь будем разбираться.
— Как?
— Не знаю. Но вместе.
Она подняла голову. Глаза красные, но сухие. Не плакала. Держалась.
— Семен, — сказала она. — Это конец.
— Нет.
— Да. Теперь все узнают. Все будут знать. Меня отчислят. Тебя уволят. Мы потеряем всё.
— Не потеряем.
— Потеряем. И ничего не сделаешь.
Он взял её за руку. Крепко.
— Варя, послушай меня. Даже если нас отчислят и уволят — мы будем вместе. Это главное. Остальное переживем.
Она смотрела на него.
— Ты правда так думаешь?
— Правда.
— А если я не выдержу?
— Выдержишь. Ты сильная.
— Я устала быть сильной.
— Тогда будем сильными вместе.
Она закрыла глаза. Прислонилась головой к его плечу.
— Что теперь будет? — прошептала.
— Сейчас пойдём к Игнатьеву. Расскажем всё. Вместе.
— А если он нас не поймёт?
— Значит, будем искать другой путь.
Она молчала. Потом встала.
— Пошли.
— Ты готова?
— Нет. Но всё равно пошли.
Они пошли к главному корпусу. Держась за руки. На глазах у всех.
Пусть видят. Пусть знают. Скрывать больше нечего.
---
Игнатьев сидел в кресле и смотрел на них.
На их сцепленные руки. На их лица — бледные, но спокойные.
— Вы понимаете, что натворили? — спросил он тихо.
— Понимаем, — ответил Семен.
— Это скандал. Это позор на весь универ. Меня с кафедры попрут, вас — тем более.
— Мы знаем.
— И вы всё равно пришли? Вместе? Держась за руки?
— Да.
Игнатьев смотрел долго. Очень долго. Потом снял очки, потер переносицу.
— Я старый, — сказал он. — Многое видел. Но такое... впервые.
Он встал, подошел к окну.
— Слушайте меня внимательно. Я сделаю вид, что ничего не знаю. Вас вызвали к ректору — идите. Что скажете — ваше дело. Я вас не видел, не знаю, ничего не подтверждаю.
— Иван Сергеевич...
— Молчите. Я не для вас стараюсь. Для неё. — Он кивнул на Варю. — У неё вся жизнь впереди. Не дайте ей сломаться.
— Идите. И будьте осторожны.
Они вышли.
В коридоре было пусто. Но они знали — за дверями, за углами, за стенами — шепчутся. Ждут. Смотрят.
— Семен, — сказала Варя. — Я боюсь.
— Я тоже.
— Но мы вместе?
— Вместе.
— Тогда пошли.
Они пошли к ректору.
Навстречу своей судьбе.
---
Тт: bitva_xxensow
Тгк: https://t.me/bitva_xxensow