7. На пороге
После второй пары Семена вызвал Игнатьев. Заведующий сидел за столом, барабанил пальцами по бумагам. Семен вошел, прикрыл дверь.
— Садись.
Семен сел.
— Петрович, со второго курса, — без предисловий сказал Игнатьев. — Две недели не появляется. Звонки игнорит. Староста говорит — дома либо нет, либо не открывает.
Игнатьев подвинул к нему бумаги.
— Успеваемость по твоему предмету — хуже некуда. Да и по другим тоже. Если так пойдет — отчисление. Ты ее куратор, значит тебе разбираться. Сходи домой, поговори. Узнай, что случилось. Может, вытянем еще.
Семен взял бумаги, глянул на адрес. Квартира 37. Пятый этаж. Дверь слева.
— Я зна... понял, — сказал он.
Игнатьев с призрением посмотрел на семена, но кивнул:
— Сегодня сходи. Не тяни.
Семен вышел.
---
После пар он поехал домой. В автобусе смотрел в окно, но ничего не видел — мысли крутились вокруг одного: в восемь вечера он должен постучать в тридцать седьмую.
Дома он просидел на кухне два часа. Пытался читать, пытался есть — ничего не лезло. Смотрел на часы каждые пять минут.
Без пяти восемь встал, оделся и вышел на лестничную клетку.
Дверь слева — серая, облупившаяся, с цифрами «37» краской — была закрыта. Семен подошел и остановился. Из-за двери доносились звуки — женский голос, быстрый, ритмичный, как заклинание. Тот самый шепот, который он слышал ночами.
Он поднял руку и постучал.
Звук за дверью оборвался мгновенно — будто выключили. Тишина.
Семен ждал. Секунда, пять, десять, пятнадцать. Ни звука, ни шагов.
Он постучал снова, громче.
Снова тишина.
Семен выдохнул, постоял еще немного и уже собрался стучать в третий раз, когда щелкнул замок. Дверь приоткрылась на цепочку, и в щели появился глаз — злой, недоверчивый.
— Чего надо? — голос хриплый, уставший, раздраженный.
— Меня направили из университета.
— Вижу, что не из жкх, — перебила она. — По делу говори.
— По поводу твоей учебы.
Пауза. Глаз исчез, лязгнула цепочка, и дверь открылась шире.
На пороге стояла Варя. Домашняя растянутая футболка, старые штаны, волосы растрепаны, лицо бледное, под глазами тени. Выражение лица — такое, будто она сейчас пошлет его куда подальше.
Варя осмотрела на гостя с ног до головы, и тихо с усмешкой сказала
— Куратор хренов..
— Я? Да... — Семен хотел возразить, но варя перебила.
— Звонили уже, сказали, какой-то Куратор придет. Не думала, что ты.
Она снова окинула его взглядом, хмыкнула:
— Ладно, заходи. Не стой как памятник.
Развернулась и ушла вглубь квартиры, даже не глядя, идет он за ней или нет.
Семен шагнул через порог.
---
Он закрыл за собой дверь. Прихожая была маленькой — старая вешалка, пара кроссовок, зеркало в треснувшей раме, на полу коврик с выцветшим узором. Пахло дымом и еще чем-то сладковатым — травами или благовониями.
Из комнаты, куда ушла Варя, донесся звук — что-то упало, потом шорох, быстрые шаги. Дверь в комнату была приоткрыта, старая, с какими-то полупрозрачными вставками. Сквозь них Семен увидел силуэт — Варя металась по комнате, наклонилась, подняла что-то с пола, сунула под кровать, потом еще что-то схватила со стола, убрала в шкаф. Быстро, нервно.
Потом все стихло.
Семен стоял в коридоре и ждал. Разулся, повесил куртку на вешалку. Огляделся.
Коридор вел на кухню — маленькую, с окном во двор. На подоконнике стояли свечи — много, белые, черные, разного размера. Рядом баночки, коробочки, какие-то пучки трав, подвешенные вверх ногами. На стене висел странный рисунок — круг, внутри символы. Семен не понял, что это, но внутри неприятно кольнуло.
Он перевел взгляд на дверь комнаты. Силуэт за полупрозрачной дверью замер, потом дверь приоткрылась, и в щели показалось лицо Вари.
— Заходи, — коротко бросила она.
Дверь открылась шире.
Семен шагнул в комнату...