Холодное пламя
Тишина в парке стала осязаемой. Денис попятился, едва не споткнувшись о корень старого дуба. Алина, еще секунду назад горевшая триумфом, застыла с телефоном в дрожащей руке. Артем не кричал, не бросался с кулаками. Его одержимость Линой в этот момент превратилась в абсолютный, кристаллизованный холод.
— Артем Викторович, это не то, что вы подумали! — заикаясь, выдавил Денис. — Лина сама пришла, она...
— Заткнись, — тихий голос Артема ударил сильнее хлыста. — Если ты произнесешь её имя еще раз, я вырву тебе язык.
Он обернулся к Алине. Она попыталась спрятать телефон за спину, но Артем лишь презрительно усмехнулся.
— Твое «компрометирующее» видео уже удалено с облака. Мои IT-специалисты перехватили сигнал в ту секунду, когда ты нажала кнопку записи. Ты думала, что ты умнее меня?
Артем сделал шаг к ним, и охрана, бесшумно появившаяся из теней деревьев, мгновенно взяла «парочку» в кольцо.
— Денис, твой отец завтра объявит о банкротстве. Все его активы перешли в мой инвестиционный фонд за долги, о которых он даже не подозревал. Ты отправишься работать на лесозаготовки в северный регион, чтобы хоть как-то отработать семейный позор. А ты, Алина...
Он посмотрел на сестру Лины так, будто видел перед собой ядовитое насекомое.
— Для тебя забронировано место в закрытом реабилитационном центре. Без связи, без интернета, без возможности выйти. Тебе явно нужно подлечить голову и научиться жить без чужих денег. Уведите их.
Когда крики Алины и протесты Дениса затихли в отдалении, Артем наконец повернулся к Лине. Она стояла, обхватив себя руками, и мелко дрожала. Её забота о сестре обернулась против неё, и сейчас ей было невыносимо стыдно перед ним.
— Артем... Прости меня. Я думала, она правда... — голос Лины сорвался.
Он молча подошел к ней, снял свой тяжелый пиджак и набросил ей на плечи. Его руки на мгновение задержались на её ключицах, и Лина почувствовала, как сильно он напряжен.
— В машину, — коротко бросил он.
Весь путь до особняка прошел в гробовом молчании. Артем смотрел в окно, его профиль казался высеченным из гранита. Как только они вошли в холл, он жестом отпустил прислугу и охрану.
— Ты ушла без охраны, Лина, — начал он, оборачиваясь к ней. Его голос вибрировал от подавляемой ярости. — Ты выключила датчик на телефоне, оставив только кулон. Ты пошла ночью в парк к человеку, который предавал тебя дважды.
— Я хотела спасти её! — выкрикнула Лина, и слезы хлынули из глаз. — Она же моя сестра, Артем! Я не могла просто смотреть, как она...
— Она использовала твою доброту как оружие! — Артем в два шага преодолел расстояние между ними и обхватил её лицо ладонями. Его одержимость вырвалась наружу. — Если бы я опоздал на пять минут, они бы затащили тебя в ту машину! Ты понимаешь, что ты для меня — всё? Весь мой мир держится на том, что ты дышишь и улыбаешься. А ты рискуешь собой ради тех, кто готов тебя растоптать.
Он прижал её к себе так сильно, что она услышала его бешеное сердцебиение.
— Я не тиран, Лина. Но я не позволю тебе уничтожить нас обоих из-за твоей жалости к ничтожествам. Отныне ты не сделаешь ни шага без сопровождения. Ты ненавидишь меня за это?
Лина уткнулась лицом в его рубашку, вдыхая запах кедра и грозы.
— Нет, — прошептала она. — Я ненавижу себя за то, что заставила тебя так бояться за меня.
Артем поднял её лицо за подбородок. Его взгляд смягчился, но в нем всё еще горело пламя обладания.
— Никогда больше. Слышишь? Ты — моя. И я выжгу любую тень, которая посмеет к тебе приблизиться.
В ту ночь Артем не ушел в свою спальню. Он остался в кресле у её кровати, охраняя её сон, словно дракон, оберегающий свое единственное и самое ценное сокровище.