Глава 24
Ми Чжао потребовалось время, чтобы вспомнить, о каких часах говорит Янь Цинтин.
На «520» (День влюбленных) Ми Чжао подарил Ли Яню кроссовки, но тот остался недоволен. Он заявил, что на самом деле ему нужны часы, и даже скинул Ми Чжао в WeChat бренд и конкретную модель. Ми Чжао запомнил это и еще до летних каникул оформил предзаказ на официальном сайте. Посылку он получил только на прошлой неделе.
Однако эти часы он уже переподарил Ли Сыпэю. И, кажется, Ли Сыпэю они очень понравились.
— Я их отдал, — сказал Ми Чжао, убирая руки с плеч Янь Цинтина и наклоняясь за пижамой.
Янь Цинтин замер на несколько секунд, а когда до него дошло, он подскочил с пола и закричал вслед уходящему в душ Ми Чжао: — Офигеть! Это же часы с пятизначным ценником, и ты вот так просто их отдал?
Ми Чжао даже не обернулся: — Отдал и отдал. Всё равно покупал в подарок.
С этими словами дверь в ванную тихо закрылась.
Янь Цинтин остался стоять в оцепенении, а через минуту пробормотал себе под нос: — Что за зелье тебе подсыпал этот человек? Какой мощный эффект...
Кстати. Янь Цинтин вдруг кое-что вспомнил. В прошлом семестре, когда он обедал вместе с Ми Чжао и Ли Янем, он завуалированно подколол Ли Яня, сказав, что Ми Чжао уже откладывает деньги на те самые часы, и спросил, что Ли Янь подарит взамен.
Теперь они расстались, и передарить часы кому-то другому — вполне логично и справедливо, верно? А Ли Янь... пусть подождет. Долго и безрезультатно.
На третьем курсе пар то много, то мало — они разбросаны по всему расписанию с понедельника по пятницу. И хотя часто выбираться в город не получается, свободного времени внутри кампуса вполне достаточно.
Янь Цинтин был заправским домоседом: кроме учебы и еды, он предпочитал только лежать в комнате, отказываясь даже от вечерних прогулок по стадиону. Как раз в это время Ми Чжао набрал новых заказов на Weibo, так что оба друга превратились в настоящих затворников.
В пятницу днем Ми Чжао отправил сообщение Ли Сыпэю.
【mrz: Какие планы на выходные?】
Ли Сыпэй, видимо, был занят и ответил только через час.
【Ли Сыпэй: Завтра мне нужно съездить домой.】 【Ли Сыпэй: У одного младшего родственника день рождения, я обещал его матери. Неудобно отказываться.】
Ми Чжао на секунду задумался, прежде чем понял: под словом «домой» Ли Сыпэй, скорее всего, имел в виду родительский дом. Он редко слышал, чтобы мужчина рассказывал о себе, и думал, что у того натянутые отношения с семьей. Но, похоже, всё было не так плохо, как он воображал.
【mrz: А как же реабилитация? Разве ты не должен заниматься каждые выходные?】
С той стороны воцарилось молчание.
Ми Чжао прищурился. У него возникло подозрение: не решил ли Ли Сыпэй поехать домой именно для того, чтобы увильнуть от упражнений?
【mrz: Ты где?】 【mrz: стикер с требовательным постукиванием】
Спустя долгое время Ли Сыпэй медленно ответил:
【Ли Сыпэй: Я сначала всё сделаю, а потом поеду.】
Даже через экран чувствовалось, с какой неохотой он это написал.
Ми Чжао развеселился. Он отправил целую простыню ласковых и подбадривающих слов и уже хотел набрать видеозвонок, чтобы «дожать» его.
Но не успел он нажать на кнопку, как на экране высветился другой входящий видеовызов. Это был папа Ми.
Ми Чжао быстро черкнул Ли Сыпэю, что занят, и принял вызов. На экране появилось раскрасневшееся лицо отца. Яркий белый свет ламп отражался от массивной золотой цепи на его шее, слепя глаза.
Ми Чжао на мгновение замолчал, а затем произнес серьезным тоном: — Пап, ты снова выпил?
Отец Ми хе-хехкнул и показал жестом «чуть-чуть»: — Совсем капельку.
— Врач говорил тебе меньше пить, а ты не слушаешь, — Ми Чжао повторял это сотни раз, уже язык стер.
— Ладно-ладно, в будущем буду меньше, просто сегодня нужно было пообщаться по делам, — отец отмахнулся и быстро перешел к сути. — Сын, помнишь те несколько строительных проектов, в которые я вложился в начале прошлого года?
Ми Чжао кивнул. Он, конечно, помнил. Те проекты скорее были навязаны отцу «друзьями» из его круга, чем найдены им самим. Ми Чжао еще тогда почувствовал подвох и высказал свои опасения.
Но отец, как выяснилось, тоже всё прекрасно понимал. Он вложил деньги не потому, что его обманули, а просто искал способ легально «дать на лапу» этим людям.
Отец Ми почесал затылок и озадаченно продолжил: — Пару дней назад по этим проектам внезапно пошли выплаты. Я спросил бухгалтера — говорят, к следующему году мы не только вернем все вложения, но и выйдем в плюс.
Ми Чжао: — ?
Лицо отца выражало крайнее недоумение: — Прямо чудеса какие-то. То место в прошлом году было глухоманью, где даже птицы не гадили, а теперь внезапно стало «лакомым куском». А я ведь уже собирался сворачивать эти лавочки.
Ми Чжао: «...»
Приходилось признать, что его отцу в таких делах везло просто чертовски.
— Я хотел спросить, какие у тебя планы на Национальный праздник? — сказал папа Ми. — Ты ведь говорил, что не приедешь? Если у тебя будет время, мы с матерью сами нагрянем к тебе в город А.
— ...А? — Ми Чжао опешил.
— У нас свои планы, так что не думай, что тебе придется развлекать нас всё время. Просто поедим разок вместе всей семьей, а дальше занимайся своими делами, — пробасил отец.
Ми Чжао долго не мог прийти в себя. Он проучился в городе А два года, и за это время родители ни разу не навестили его. С одной стороны, мешала работа, с другой — они слишком привыкли к родному городку и недолюбливали суету больших мегаполисов.
Он думал, что они соберутся в город А разве что к его выпускному.
— Какие еще планы? — растерянно спросил он.
Отец напустил на себя таинственности и начал подмигивать: — Приедем — узнаешь.
— Ладно.
— Кстати, — отец вспомнил еще кое-что. — Ты ведь еще встречаешься с тем парнем?
— ... — Ми Чжао замолчал на мгновение и как-то неуверенно выдавил: — М-м.
— Вот как раз приедем, пусть он придет и покажется нам. Мы на него взглянем, оценим. А то я слышал, в ваших кругах каких только чертей не водится. Ты жизни еще не видел, глаза не наметаны — тебя облапошат, а ты еще и деньги им считать будешь помогать.
Лицо Ми Чжао вспыхнуло, и он поспешил отказаться: — Пап, да у нас еще вилами по воде писано! Не рановато ли для знакомства с родителями?
— С чего это рановато? Вы же уже полгода вместе? — отец нахмурился и вытаращил глаза. — Или этот пацан сам не хочет?
— Нет-нет! — Ми Чжао покачал головой. — Вовсе нет.
— Ну и договорились. Предупреди парня заранее.
Повесив трубку, Ми Чжао поник, словно побитый морозом баклажан, и уныло распластался на столе.
С кровати за спиной донесся голос Янь Цинтина: — Ты же говорил, что твои родители пустили корни в родной земле? С чего это они вдруг в город А намылились? Что-то мне не кажется, что они едут специально ради тебя.
— Откуда мне-то знать? — огрызнулся Ми Чжао.
— Неужели... — Янь Цинтин внезапно усилил интонацию. — Они едут ради Ли Яня?!
Ми Чжао, который уже открыл Baidu в телефоне, закатил глаза: — Даже не упоминай этого человека, от него одни неудачи.
Янь Цинтин неловко потер нос: — А почему ты просто не сказал, что расстался с ним?
— А если я скажу, и они тут же начнут заставлять меня искать девушку? — Ми Чжао уткнулся в телефон, время от времени пролистывая экран. — К тому же, я ведь не собираюсь до конца жизни ходить бобылем.
Янь Цинтин спросил: — А как же тот Ли?
Пальцы Ми Чжао на мгновение замерли, но потом снова продолжили движение: — Он мне не парень. Со временем мы просто мирно разойдемся.
Янь Цинтин хмыкнул и перевернулся на другой бок: — Всё-таки «спонсоры» — самые бессердечные люди на свете.
Ми Чжао быстро нашел информацию о тех нескольких проектах, в которые вложился его отец. Участки находились на окраине, прилегали друг к другу, а вокруг была такая глушь, что не было ни полей, ни жилых домов.
Те люди, что перепродали проекты его отцу, услышали звон еще лет шесть-семь назад: якобы правительство собирается перенести экономический центр на юг и активно развивать южную часть города. Та окраина как раз находилась на самом краю зоны предполагаемого развития, поэтому те дельцы и запустили несколько проектов.
Однако прошли годы, юг города действительно расцвел, а на той окраине — тишь да гладь. Дома не строились, бизнесмены заходить не хотели, деньги утекали в никуда, не оставляя даже кругов на воде.
Так было до появления папы Ми, в котором те люди увидели спасение и правдами-неправдами уговорили его вложиться и забрать их «чемодан без ручки».
— Оказывается, там собираются строить аэропорт... — пробормотал Ми Чжао себе под нос.
Такие масштабные проекты. Наверное, у тех, кто их сбыл, теперь глаза кровью наливаются от зависти.
На следующий день в полдень Ми Чжао и Янь Цинтин наконец решили «выйти в свет», чтобы закупиться продуктами в супермаркете и заодно пообедать.
К несчастью, стоило им выйти из общежития, как они наткнулись на Ли Яня, который бродил неподалеку. Заметив Ми Чжао, Ли Янь помедлил, но, стиснув зубы, всё же подошел: — Ми Чжао.
Янь Цинтин рядом демонстративно закатил глаза: — Опять ты. Есть у тебя хоть капля совести? Кожа на лице толще, чем крепостная стена.
На самом деле Ли Янь не искал встреч с Ми Чжао целую неделю. Не то чтобы он сдался, просто решил зайти с другой стороны. Нельзя торопить события с воссоединением. Тем более Ми Чжао из тех, кто поддается на ласку, но сопротивляется давлению; если давить слишком сильно, это лишь вызовет протест.
Придя к такому выводу, Ли Янь теперь сохранял спокойствие даже перед лицом издевок Янь Цинтина. Он пристально смотрел на Ми Чжао и говорил искренне: — Сегодня у меня день рождения, но мне нужно поехать домой на ужин. Я ждал до этого времени только для того, чтобы сказать тебе...
Янь Цинтин ехидно протянул: — О-о, пришел за подарком?
Ли Янь покраснел, изо всех сил подавляя вспышку гнева, и тихо пояснил, стараясь выглядеть безобидно: — Завтра вечером я устраиваю ужин для всех знакомых. Приходи тоже.
Подумав, он добавил: — Линь Цюцзу там не будет.
Ми Чжао улыбнулся, но улыбка не затронула его глаз: — А ты знаешь, что мне сказал Линь Цюцзу?
Ли Янь застыл: — И что он сказал?
Убедившись, что вокруг никого нет, Ми Чжао продолжил: — Он сказал, что ты за ним бегаешь.
Лицо Ли Яня окаменело. Непонятно, задели ли его эти слова за живое или нет.
— Но ты даже на день рождения его не зовешь, зато приглашаешь меня — своего «бывшего», — Ми Чжао смотрел на Ли Яня в упор, его губы изогнулись в саркастичной усмешке. — Уж лучше позови его, он-то, в отличие от меня, наверняка приготовил тебе подарок.
Когда Ми Чжао и Янь Цинтин скрылись из виду, лицо Ли Яня мгновенно потемнело. Он с силой пнул ствол дерева рядом, его грудь тяжело вздымалась, но постепенно он взял себя в руки.
Внезапно вспомнив кое-что, он достал телефон и нашел чат с соседом по комнате.
«Ты точно видел, что Ми Чжао купил мне подарок на день рождения?»
Он несколько раз набирал и стирал эту фразу, но в итоге так и не отправил сообщение.
Он внезапно вспомнил слова Янь Цинтина, сказанные в прошлом семестре: Ми Чжао уже забронировал для него те самые часы на официальном сайте.
Неужели подарок, который Ми Чжао действительно хотел ему вручить — это те часы?
Но что тогда значили его сегодняшние слова?
Ли Янь перебирал варианты в голове, сгорая от желания спросить Ми Чжао напрямую, однако у него не было ни смелости для этого, ни контактов самого Ми Чжао.
В четыре часа дня, под непрекращающимся давлением Ли Тяньцин, Ли Янь сел за руль зеленого Porsche, который он одолжил у Линь Цюцзу, и поехал в старое поместье семьи Ли.
Не успел он припарковаться, как тут же поймал на себе кучу завистливых взглядов сверстников.
Двоюродный брат подскочил первым и, сверкая глазами, восторженно воскликнул: — Брат, откуда такая тачка? Ну и стиль!
Ли Янь самодовольно вскинул брови: — Друг одолжил, сказал — катайся сколько влезет.
Брат чуть не лопнул от зависти: — Золотой у тебя друг.
Ли Янь мельком глянул на дом: — А младший дядя? Он приехал?
— Еще нет, — ответил брат, не отрывая глаз от машины. — Отец сказал, у младшего дяди днем реабилитация, приедет, как только закончит.
Ли Янь удивился: — Разве младший дядя не забросил тренировки?
Брат почесал затылок: — Слышал, недавно снова начал.
Ли Янь скривил губы, подумав, что Ли Сыпэю всё равно делать нечего целыми днями, так что пусть хоть чем-то себя займет.
Просидев в своей комнате до пяти часов за играми, он услышал торопливый стук в дверь — пришла Ли Тяньцин. — Быстрее выходи, твой младший дядя вернулся!
Ли Ян вздохнул, выключил игру и вместе с остальными младшими родственниками пристроился за спинами взрослых.
Под пристальными взглядами всей собравшейся семьи Ли Сыпэя высадили из удлиненного автомобиля. Жуань Синь и помощники помогли ему спуститься.
Хотя Ли Янь стоял с краю, благодаря своему росту он сразу увидел Ли Сыпэя, окруженного плотным кольцом старших. Заметив, во что одет дядя, он слегка нахмурился.
Эта одежда... Разве это не его любимый бренд? Младший дядя носит ту же марку, что и он?