ГЛАВА 10 (Аня)
Ваня Дмитриенко - Прятки
Пятница, последняя пара закончилась, и мы, взяв чемоданы, отправились на вокзал. Ехать домой на выходные – идея, которая появилась ещё в начале недели, и вот она наконец воплотилась в реальность. Перрон встретил нас запахом мазута и вечерней прохладой. Поезд уже стоял у платформы, его вагоны тянулись вдаль, освещённые жёлтыми огнями. Мы нашли свой восьмой вагон и зашли внутрь. В купе было тесно, но уютно. Я села у окна, Мила – напротив, Андрей забросил рюкзаки наверх и пристроился рядом со мной, а Илья, усмехнувшись, занял место рядом с Милой.
– Неплохо, – сказал он, оглядываясь.
– Ага, и тут тепло, – добавил Андрей.
Я посмотрела на него и улыбнулась. Каждый раз, когда он оказывался рядом, сердце начинало биться быстрее. Он заметил мой взгляд и чуть сжал мою руку под столом. Я покраснела и отвернулась к окну, за которым медленно поплыли огни города.
Поезд тронулся, сначала ехал плавно, потом всё быстрее набирая скорость, и вот уже за стеклом замелькали пригородные дома, деревья, темнеющее небо. В вагоне было шумно – люди разговаривали, кто-то играл в карты, из динамиков доносилась музыка из радио.
– Ну что, – Мила достала из рюкзака колоду карт. – Сыграем в Уно?
– О, давай! – обрадовался Андрей. – Я обожаю эту игру.
– Ты просто любишь говорить «Уно» и чувствовать себя победителем, – усмехнулся Илья.
Мы расселись поудобнее, Мила раздала карты, и началось. Игра оказалась шумной: Андрей постоянно кричал «Уно!» раньше времени, Мила хитро подкладывала ему «дикие» карты, а Илья молчал и выигрывал партию за партией.
– Ты же жульничаешь! – возмутился Андрей после третьего проигрыша.
– Я просто внимателен, – ответил Илья, пожимая плечами.
– А я тоже внимательна, – сказала Мила и подложила ему карту «возьми четыре». Илья замер, посмотрел на неё, потом на карту.
– Это война, – произнёс он.
– Это месть, – парировала она.
Я засмеялась, глядя на их перепалку. Андрей тоже улыбнулся, а потом шепнул мне на ухо:
– Они как кошка с собакой.
Мы посмеялись.
После еще трех партий как-то надоело. Я два раза выиграла – Андрей так радовался, будто это он победил. Потом Мила убрала карты и предложила:
– Давайте во что-нибудь другое, в «Правду или действие» например?
– А давай, – согласился Андрей. – Только без слишком откровенных вопросов.
– Договорились, – кивнул Илья.
Я почувствовала, как внутри зашевелилось волнение. В этой компании «Правда или действие» могло зайти далеко, но отказываться было глупо.
– Начинаем с тебя, – Мила показала на Андрея.
– Действие, – сразу сказал он. – И не надейся пытать меня своими вопросиками.
– Спой песню, – усмехнулась я.
– Какую?
– Любую.
Андрей закашлялся, потом затянул что-то из репертуара Вани Дмитриенко. Голос у него был ужасный, но мы смеялись и хлопали. Он смотрел на меня, как будто посвящая каждую строку песни. Я почувствовала как приятное тепло разливается внутри и немного переходит на лицо. В конце Илья даже сделал вид, что аплодирует стоя.
– Ладно, ладно, – сказала я. – Теперь моя очередь. Мила, правда или действие?
– Действие, – она вздёрнула подбородок.
– Расскажи какую-нибудь смешную историю из детства.
Мила задумалась, потом начала:
– Ладно, – она усмехнулась. – Мы с Андреем как-то застряли в лифте, нам было наверное по лет семь. Он начал орать так, что, наверное, на первом этаже слышали, а я вообще решила, что мы умрём, так и не дожив до совершеннолетия.
– И что ты сделала? – спросила я, немного испугавшись.
– Нажала все кнопки подряд. Лифт дёрнулся, мы очень испугались, потом из динамика раздался еле слышный голос женщины, которая сказала, что в ближайшее время лифт починят. Прошло 5 минут, а потом он поехал вниз. Двери открылись на первом этаже, а там – наша соседка, бабушка Клава, с сумками. Она посмотрела на нас и говорит: «Дети, вы чего такие красные?» Мы вылетели оттуда как ошпаренные. Андрей ещё споткнулся о порог и упал, так ему хотелось поскорее убраться.
Андрей засмеялся.
– А я помню эту бабушку Клаву. Она потом всем во дворе рассказывала, как два «лифтёра-экстремала» едва не разнесли подъезд.
– Мы не разнесли, – возразила Мила. – Просто... немного перепугали систему.
– Система до сих пор тебя боится, – усмехнулся Илья.
– Зато теперь я знаю, что в экстренной ситуации нажимать все кнопки – не сработает.
Мы рассмеялись.
– Аня, твоя очередь, – Илья посмотрел на меня. – Правда или действие?
– Правда, – я решила не рисковать.
– А какое твоё самое неловкое воспоминание?
Я задумалась, в голову пришёл случай из школы, и я покраснела.
– Однажды я выступала на сцене и споткнулась, упала прямо перед микрофоном. Все смеялись, а я хотела провалиться сквозь землю.
– Бедная, – Андрей погладил меня по плечу. – Я бы тебя поймал, если бы был рядом.
– Ты бы тоже упал, – сказал Илья.
– Но зато как красиво и вместе.
Мы продолжали. Шёл круг за кругом. Андрею досталось показать «лицо, которое он сделал бы, если никто не видит» – он скорчил такую рожу, что Мила поперхнулась чаем. Миле – притвориться цыганкой и попросить в соседнем купе позолотить ручку, Илье – встать на стол и рассказать какое-нибудь стихотворение. Потом настала очередь Андрея, он посмотрел на Илью, прищурился.
– Илья, правда или действие?
– Действие, – ответил он, скрестив руки на груди.
– Тогда поставь на экран блокировки своего телефона пятидесятую с конца фотку из галереи, которая была сделана на камеру.
Я замерла, Мила тоже замолчала в предвкушении, Андрей смотрел на Илью с вызовом. Он выдержал паузу, потом медленно достал телефон.
– Ты уверен? – спросил он.
– А ты боишься? – ответил она вопросом на вопрос.
– Я ничего не боюсь.
Он открыл галерею, где были фотки с доски с с пары по высшей математике, фотки конспекта и вот она, он отсчитал нужную фотку...
– Вот, – Илья повернул телефон экраном к нам, еле сдерживая смех.
На фотке была Мила, спящая с открытым ртом, с книгой на коленях.
– Это... – начала она, но слова застряли в горле. – Это что такое? Откуда у тебя эта фотка?!
– Это не что, это кто. Ты что не узнаешь себя в машине? – невозмутимо задал вопрос Илья. – Помнишь, ты уснула тогда, когда мы ехали утром на заселение?
– Ты что меня сфоткал?! – она вспыхнула.
– А ты думала, я упущу такой момент, когда ты спишь с открытым ртом?
Мила попыталась выхватить телефон, но Илья ловко убрал его за спину.
– Не отдам, – сказал он. – Это теперь моё сокровище.
– Илья, отдай, или я...
– Что ты мне сделаешь? – он смотрел на неё с лёгкой усмешкой,а в глазах горели озорные огоньки .
Она замерла, не зная, что ответить. Андрей тихо смеялся рядом со мной, я тоже не сдерживала улыбку.
– Таак, теперь пора выполнить задание до конца, поставлю на экран блокировки, – спокойно сказал Илья и принялся за настройки.
– Только попробуй! – Мила вскочила с места.
– Попробовал, – он показал ей экран. – Уже стоит.
– Ты...
– Я – Орлов Илья Дмитриевич, уже 18 лет как.
Она села обратно, надувшись.
– Ладно, – сказала она, отворачиваясь к окну. – Но я запомню.
– Я тоже, – ответил Илья, убирая телефон в карман. – И буду вспоминать каждый раз, когда буду смотреть на экран.
Мы ещё немного посидели, обсуждая всякую ерунду. Я смотрела на Андрея, он на меня, и в его глазах было что-то тёплое, от чего внутри всё переворачивалось.
– Устала? – спросил он тихо.
– Немного, – призналась я. – День был длинный.
– Отдыхай.
Он протянул руку и убрал прядь волос с моего лица. Я почувствовала, как щёки заливаются румянцем, и опустила голову на его плечо.
– Ладно, – сказала Мила, – Я буду слушать музыку.
– А может, спать пора? – спросил Андрей.
– Ещё рано, – отрезала она.
Спустя время в купе постучала проводница и объявила, что через полчаса Гродно.
– Собирайтесь, – сказала она, проходя мимо.
– Я пойду схожу в туалет, – сказал Андрей.
– Я выйду с тобой, – сказал Илья, вставая.
– Идите, – кивнула Мила.
Они вышли и мы остались с ней вдвоём. Я смотрела на закрытую дверь и думала о том, как быстро летит время.
– Ань, – позвала Мила.
– М?
– Ты его любишь?
Я подняла на неё глаза. Она смотрела серьёзно, без обычной насмешки.
– Не знаю, – честно ответила я. – Но мне с ним хорошо.
– Это хорошо, я вижу как он смотрит на тебя и я искренне рада за вас...
Парни вернулись через пять минут. Я встала, потянулась, Андрей помог достать рюкзаки, Илья смотрел что-то в своем телефоне и смеялся.
– Что там такого интересного, Илюша? – спросила Мила, косясь на экран. – Ты всем расскажи, нам тоже интересно.
– А я проверяю, не слетела ли заставка, – невозмутимо ответил он.
– Вот же попадет тебе от меня... – начала она.
– Ну давай, удиви свои очередным планом мести, котенок, – перебил он.
– Хватит называть меня котенком! Я уже сто раз тебя просила!!!
Илья закатил глаза и улыбнулся.
Поезд замедлил ход. За окном показались знакомые улицы, дома. Моё сердце забилось чаще – не то от скорой встречи с родителями, не то от того, что этот вечер был идеальным.
– Приехали, – сказал Андрей, беря меня за руку.
– Приехали, – повторила я.
Мы вышли на перрон. Холодный воздух ударил в лицо, но внутри было тепло. Наконец-то я дома.
Илья шёл впереди, Мила рядом. Они о чём-то спорили – кажется, о том, кто первый добежит до выхода.
– Илюшечка, ты старый уже, пожалей свой организм, – услышала я.
– А ты у нас прям молодая, – парировал он.
– Вот дурак.
– Сама такая.
Я улыбнулась. Андрей сжал мою руку.
– Ну что, до встречи?
– До встречи, – ответила я.
Мы обнялись и Андрей поцеловал меня в щечку. Позади остался поезд, впереди – целые выходные, когда можно провести время с родными, по которым я уже успела соскучиться!