Глава 10
На часах почти шесть вечера, а я сижу в местной забегаловке, которую облюбовали все студенты нашего и не только университета за достойную пищу по приемлемой цене. Мои мысли далеко не в кафе, где все атрибуты веют какими-то диско-восьмидесятыми, а где-то внутри меня, в моей маленькой вселенной. На моем лице полная отрешенность, в то время как в голове и в сердце полный хаос. Если бы кто-то оживить мое сердце и мозг, то эти двое сейчас устроили драку похлеще чем в горяченьком вестерне.
Я запуталась. Буквально запуталась в себе и не знаю, как сделать шаг, чтобы не потерять всё и быть откинутой на несколько шагов назад. Я знаю, что играла с чувствами людей, даже не задумываясь. Рассматривая своё поведение со стороны, осознаю, что рушила всё вокруг себя и себя же в том числе. Отношения с Сидом сказались не только на мне и на нем, но и на других людях: я абсолютно забивала на семью, проводя время с ним и тем самым разбивая им сердца; я играла с парнями, чтобы Сид ревновал, чтобы испытывал ко мне уважение, боясь меня потерять. Черт знает скольких я так обвела вокруг пальца, просто заманив в свою игру, но лишь одного я сломила. И теперь готова сделать все, чтобы вернуть его.
Ди. Вспоминала ли я о нем хоть раз, вечерами, размышляя о содеянном? Каждый божий день. Пока каждый день Сид убивал меня, мысли о Ди делали меня сильнее. Внутри же я самые что ни на есть руины, сквозь которые дует ветер, добивая их.
С самого его появления в моей жизни, я вспомнила всё, всё что сделала, и стыд, захлестнувший меня, сбил с ног. Так мерзко стало от самой себя, что собственное тело кажется тюрьмой, а мысли скользким напоминанием о том, кем я когда-то была. Как же все так быстро изменилось? Как я из всеми любимой сладкоежки Мэди с лучезарной улыбкой и чистыми голубыми большими глазами превратилась в монстра, в чёртову бессердечную стерву?
Настало время исправлять свои ошибки, и я не сдамся. Я вижу лишь один путь, пройдя по которому в конце окажусь победителем, окажусь счастливой до конца моих дней. И этот путь диктует мне условия: я должна завоевать Ди. Всеми возможными способами.
— Твоя улыбочка, вот эта вот на твоём лице, не говорит ничего хорошего. Так маньяки улыбаются, Мэди, — выводит меня из забвения голос Анны.
Подруга сидит напротив, тыкая вилкой в салат, названный цезарем, но что-то я в этом дико сомневаюсь.
Пожимаю плечами, улыбнувшись одним уголком рта. Нужно проморгаться, чтобы пелена сошла с глаз, и я снова видела этот мир четким.
— Я просто в хорошем расположении духа — это весь секрет.
— Ещё пару минут назад, когда ты позвонила и позвала сюда, ты говорила обратное. Тебе напомнить? — Анна дёргает бровью, отправляя вилку в накрашенным блеском рот.
Закатываю глаза, скрещиваю руки под грудью и разваливаюсь на диванчике, немного скатившись вниз.
— Уныние не приведёт ни к чему хорошему. Я наконец увидела цель жизни и теперь иду к ней. Но главное условие: перестать ныть. Пришлось выполнять требования.
— Говоришь такими умными фразочками, но что скрывается за ними? Страх? Или последняя стадия отчаяния? — вопрос Анны вводит меня в новое для меня состояние.
— Ты загружаешь мой мозг куда больше, чем позволяет мое программное обеспечение. О, пироженки! — на последних словах мой голос становится ультразвуком.
Официант смущенно улыбается моей радости, будто это я ему так скандирую, и ставит на стол тарелку с посыпанными пудрой пирожными. Тут же хватаю одну и целиком сую в рот. Парень и Анна смотрят на меня в шоке.
Несколько раз моргаю, агрессивно жуя, и пытаюсь сказать:
— Спасибо, очень вкусно.
Выходит хреново. Это видно по скривившему выражению лица Анны.
— Приятного аппетита.
— И вам.
Анна хлопает по лбу и тихо смеётся.
— Что? — недоуменно спрашиваю у неё с набитым ртом.
Парень не может больше терпеть меня и сбегает.
— Ты сказала ему: «и вам». Он же не ест.
— Зря. Пирожные очень вкусные, на его месте я бы не упускала возможности и съела штук сто.
— Не все такие сладкоежки как ты. Как ты вообще остаёшься такой стройной? — Анна ставит голову на кулак, задумчиво смотря на меня.
Кусок сладости во рту вдруг встаёт поперёк горла. Запиваю соком и неловко улыбаюсь.
— Ну.. эм.. гены, наверное? Метаболизм все дела.
— Везёт же некоторым. Так какой у тебя план? Я имею ввиду Ди.
Я хмурюсь, прежде чем перевожу взгляд с пирожного на Анну. Та, склонив голову набок, смотрит на меня со скупой улыбкой, будто я ребёнок и втираю ей за единорогов. Это раздражает меня.
— Я пока не знаю. Но я в процессе.
Анна отводит глаза в сторону, цокнув.
— Знаешь, Тара круто придумала с планом и все дела, но это выглядит так, будто ты будешь бегать за ним. Типа собачонка, тявкающая в след.
— Я не буду бегать как собачонка, — твёрдым голосом говорю я, наконец полностью дожевав.
Она смотрит на меня, наклоняется чуть вперёд и тихо спрашивает:
— Ты убеждаешь меня или себя?
— Анна, я никого не убеждаю. В мои планы действительно входит доказательство моих чувств к нему и доказательство моих внутренних изменений. Ты можешь думать, что я стану бегать за ним, но видимо плохо знаешь Ди. Он не станет обращать внимания на этот жест, более того — скорее прекратит обращать внимания вовсе.
Она поднимает обе руки вверх и смеётся.
— Не злись, Мэдисон, я просто пытаюсь понять, что ты задумала.
Закатываю глаза.
— Мне бы самой понять.
— В любом случае, ты же знаешь, что мы можем помочь тебе. Всегда. Просто позови — и мы сделаем лучший план по ограблению банка, захвата Эйфелевой башни ну или план по внедрению в сердце плохого мальчика.
— Плохого мальчика?!
— Ди. Тот ещё засранец. Говорит тебе отвалить, а сам всю неделю только и делал, что пялился на тебя.
Я краснею.
— Я не замечала...
Внезапно в кафетерии становится шумнее, чем было, а люди, сидящие впереди нас, оборачиваются, с интересом подглядывая на дверь. Анна немного отодвигается вправо и заглядывает за меня. Ее брови взлетают вверх, а губы складываются в ироничную ухмылку.
— Вспомнишь лучик — вот и солнце.
Собираюсь обернуться и посмотреть, кто зашёл в кафе и завладел вниманием всех присутствующих, но они уже проходят мимо нашего стола.
Компания, состоящая из Мэйса, Ди ещё какого-то парня и девушки, которая плетётся за Ди, воодушевлённо рассказывая ему что-то, идут к дальнему большому столику. Он даже посмеялся с того, что она ему там лопочет. Провожаю его спину, пока он не садится на диван, но хуже всего то, что слева от него примостилась эта девушка — довольно красивая, если быть честной. Я не помню, чтобы когда-то видела его с ней. Кроме того, мой брат либо меня проигнорировал, либо не заметил. Вот говнюк, пишу ему мысленное сообщение о скором совершении убийства. Они могли сесть к нам, и тогда мне было бы куда проще.
Недовольно хмурюсь и совершено забываю про пирожные. Ди даже не посмотрел на меня, не удостоил и косым взглядом. Все его внимание ушло к тем, с кем он пришёл.
— Кажется, у тебя появилась соперница.
Закатываю глаза и высокомерно отбрасываю волосы назад. Какая чушь!
— Не считаю ее таковой. Я ни разу не видела его с ней, так что делаем вывод — она всего лишь развлечение на один раз.
— Как бы то ни было, но она все-таки развлечение, а на тебя он даже не оглянулся, — подливает масла в огонь Анна.
Кошусь на неё злым взглядом.
— Просто не заметил.
— Не заметил, потому что был полностью увлечён ею, — она подмигивает мне и отпивает из чашки.
В этот же момент слышу смех Мэйсона и Ди, которые смотрят на девчонку, жестикулирующую руками. Она не похоже на тех пустоголовых, которых привык брать мой брат. И от этого только хуже.
— Ты так и будешь просто смотреть? А как же цель, которую ты себе поставила: завоевать Ди во что бы то ни стало.
Анна права. Я не могу просто сидеть сложа ручки и наблюдать за тем, что какая-то девушка становится ему интересной. Она довольно высокая, точно выше меня на голову, с округлыми бёдрами и пышным бюстом. Ее кожа немного смуглая, но далека от латиносов. Длинные, практически до поясницы, светлые волосы извиваются красивыми блестящими локонами. А красные губы растягиваются в красивую улыбку, благодаря идеально белым зубам.
Быстро лезу в сумочку и достаю оттуда маленькое зеркальце и смотрюсь в него. Чёрные прямые волосы чуть ниже плеч, брови разлетелись в разные стороны, на маленьком носу заметна горсть веснушек, оставшихся ещё с лета, а голубые глаза потухли от усталости. Быстро приглаживаю брови пальцем, достаю блеск для губ и хорошенько прихожусь им по губам.
— Ты останешься здесь? — спрашиваю Анну, убирая блеск и зеркальце обратно в сумочку.
— Сейчас допью и пойду; надо подготовить доклад на завтра. А куда ты?
— К своей цели.
Встаю со стула, перекинув маленькую чёрную сумочку через плечо, у Анны открывается рот, но следом она широко улыбается. На чёрных каблучках с толстой подошвой гордо шагаю к столику, за которым сидит Ди, попутно ловлю взгляды парней. От них становится омерзительно, и я заставляю себя не опустить юбку платья ниже.
Чёрная водолазка с горлом облегает каждую мышцу его тела. Вытянутые вперёд ноги в тяжелых ботинках скрещены. Он закинул руки за голову, согнув их в локтях. Неожиданно на безразличном лице растягивается улыбка и до меня доходит его хриплый смех, который я слышу даже сквозь гул других людей и музыку. Вибрации его голоса делают невообразимое в моем животе. И вдруг его взгляд скользит по помещению и находит меня.
Вмиг его челюсти напрягаются, а громоздкое тело приходит в действие. Он садится прямо и все его внимание забираю я, а не девушка рядом с ним.
Подхожу к столику, и разговор ребят тут же затихает. Парня рядом с Мэйсоном я уже где-то видела, и он знает обо мне, поэтому не особо удивляется моему присутствию и приветливо машет. Ди сжимает губы в ниточку, свирепо глядя на меня, хотя я ещё ничего не успела сделать, но видимо он уже чувствует неладное. Незнакомка поднимает одну бровь вверх и фыркает, вероятно приняв меня за одну из поклонниц моего брата.
— Мэди? — удивлённо спрашивает Мэйс. Вот говнюк, он точно меня не заметил. — Что ты здесь делаешь? Разве ты не должна быть дома и готовить нам что-нибудь на ужин?
Глаза девчонки расширяются. Так тебе, сучка.
— Ты блефовал, так что даже не надейся. И я пришла сюда с Анной, но она уже уходит, — специально смотрю на Ди, называя имя подруги, чтобы проверить его реакцию, но на его напряжённом лице непонятные эмоции.
— Мы не обговаривали, что блефовать нельзя, так что иди домой и, будь добра, приготовь пасту. Давно ее не ел.
Закатываю глаза и делаю шаг в сторону дивана, где сидит Ди.
— Подвинешься?
— Здесь нет места больше. Только для нас, — грубоватым голосом говорит девушка.
Смотрю ей прямо в глаза, сощурившись.
— Мэди, сядь здесь, я подвинусь, — предлагает парень, сидящий с Мэйсом.
Но я не отступаю. Перевожу взгляд на Ди, который также смотрит на меня, и повторяю:
— Подвинешься?
Он скользит по мне глазами и его челюсть сжимается сильнее. Ди толкает плечом девицу, и та недовольна двигается к стеночке. С победоносным лицом сажусь рядом с Ди, специально прижавшись к нему голым бедром.
— Так, о чем мы там говорили? — спрашивает друг Мэйса и трое вступают в полемику, которую я даже не пытаюсь слушать.
Мое ухо опаляет жаром от дыхания Ди, когда он наклоняется, чтобы что-то шепнуть мне.
— Что ты здесь делаешь?
— То же, что и ты, — смотрю прямо и улыбаюсь, чувствуя его косой взгляд.
— Мэдисон, мы вроде все решили, разве нет? Или ты не уяснила? Я могу повторить для тебя, если все так туго.
Почти обижаюсь, но не подаю виду.
— Я все уяснила, но кто сказал, что я согласна? Мы будем вместе, Диего, хочешь ты этого или нет.
— Для тебя это очередная игра. Я не стану принимать в ней участие, так что можешь валить от меня и не мешать жить дальше, желательно без твоего присутствия.
Все хуже, чем я думала. В ход идёт тяжелая артиллерия.
— Это не игра, милый. Разве для игры я стала бы не надевать трусики? — закусываю губу от того, как плохо это звучит, но он ведётся.
Одна его рука держится за колено, и я вижу, как сильно он стискивает его. Вены на руках пульсируют, и пока я слежу за этим зрелищем, что-то мокрое начинает стекать по моей блузке.
Ди пролил на меня чертов стакан. Специально столкнув его.
— Диего! — шиплю я подобно змее.
Мэйс и его приятель смотрят на меня непонимающе.
— Случайно. Рука дёрнулась, — объясняет Ди, не смотря на меня. Девчонка рядом с ним хихикает, а Мэйс смотрит с жалостью.
Да пошли вы все.
Встаю с диванчика и не глядя ни на кого твёрдо, даже агрессивно, шагаю вперёд, к туалетам.
Открываю дверь и оказываюсь там совершенно одна, чему несказанно радуюсь.
Встаю напротив раковины и смотрю на себя в зеркало. Пятно на платье, растрепанные волосы, обгрызенные губы. Я выгляжу жалко и от этого глаза начинают слезиться. Может, Анна была права, и я бегаю за ним как собачонка? Он ясно дал мне понять, что не намерен даже общаться со мной, более того, он разочарован во мне. Похоже, все в этой жизни разочарованы во мне. Я одно сплошное разочарование. Всхлипываю и включаю кран, когда неожиданно хлопает дверь и слышится щелчок закрытия замка. Даже не оборачиваюсь, чтобы никто не видел моих слез, и наклоняюсь вперёд, подставляя платье струе воды, когда кто-то резко хватает меня за плечо и разворачивает.
Ди возвышается передо мной, тяжело и шумно дыша, отчего его ноздри раздуваются всё больше и больше. Он впивается в меня своим темным взглядом, рассматривает заплаканное лицо и рычит:
— Ты специально делаешь это? Заставляешь чувствовать себя дерьмом?
— Что? — переспрашиваю я, не до конца понимая, о чём он.
— Каждый раз, каждый раз, когда я грублю тебе, я чувствую боль в сердце, словно прижимаю его ботинком. Хоть я и уверен, что делаю все правильно, но почему тогда так хреново на душе?
Хлопаю глазами, ошарашенная признанием.
— Значит, ты тоже хочешь быть со мной? — с надеждой спрашиваю я.
— Мэди, — тихо рычит он и внезапно его взгляд опускается на мой мокрый лиф платья, а затем спускается ниже.
Замираю и начинаю неровно дышать. Ди смотрит на меня, тогда-то я и понимаю, что делать.
Обвиваю руками его шею, встав на цыпочки, и быстро впиваюсь в его губы поцелуем, умоляя его не отталкивать меня. Он словно слышит мои мысли, прижимает меня своим телом к раковине и, не глядя, закрывает кран. Сильные руки подхватывают меня за бёдра и садят на свободное от раковины место фурнитуры. Его ладони скользят по моей спине, настойчиво целуя меня, исследуя мой рот своим языком в самом яростном поцелуе. Чувствую, что не смогу продержаться слишком долго из-за пожара внизу, и прижимаюсь к нему, раздвигая ноги сильнее. Мне повезло, что сегодня я в платье. Чувствую бугор джинс и трусики вмиг становятся мокрыми. Они слишком тонкие, отчего я и чувствую его ярче.
Ди стонет мне в рот и спускает ладони на мою талию, а затем ниже. Он задирает мое платье повыше и, надеясь не почувствовал там ткань моих трусиков. Но чувствует. Ди резко отрывается от меня, прислонив свой лоб к моему. В его глазах искрится веселье и неприкрытое желание, смешанное с разгоряченной страстью.
— Ты солгала мне.
Тихо смеюсь, ласково проведя ладонью по его колючей щеке ладонью.
— Мы всегда можем исправить это.
Диего начинает смеяться. От его смеха, настоящего смеха, когда он совсем не выглядит злым, а похож на счастливого ребёнка, я млею. Он вздыхает и прижимает свои губы к моему лбу, задерживая их там. Мы стоим так несколько минут, и за это время ни на секунду не отрываемся друг от друга, даже когда в дверь начинают стучать.
Вдруг Ди выпрямляется, и я замечаю в нем смену: теперь он тот же, что и за столиком, тот же, что и всегда. Темные бесчувственные глаза даже не смотрят на меня напоследок, когда он выходит, громко хлопнув дверью.
Парочка девушек заходят в туалет и с интересом смотрят на меня. Быстро спрыгиваю с тумбы и поправляю платье, ощущая жар на щеках.
Увижу ли я когда-нибудь его такого же вновь или это было прощанием?
Недолго думая, хватаю сумку и выбегаю из этого места, по пути доставая телефон. Нахожу наше общую с девочками группу и отправляю сообщение: ПОРА ДЕЙСТВОВАТЬ, НО ДЛЯ ЭТОГО МНЕ НУЖНЫ ВЫ.
Ухмыляюсь экрану телефона, довольная своим решительным настроем.
Ди станет моим, теперь я в этом точно уверена.