14. Falling Through Time
Мирослава медленно приходит в себя на мягком диване, куда её накануне настойчиво уложила Кульгавая, решительно заявив, что не позволит ей спать на жёстком матрасе, замерзая и просыпаясь от кошмаров. Ефимовой не оставалось ничего кроме как согласиться, в очередной раз желая попросить Соню остаться, но не делая этого.
Сдерживать себя ей удавалось нелегко, она в целом никогда не была сильна в том чтобы держать в себе свои эмоции, чувства и переживания. Старалась, но никогда не выходило, либо она держалась какое-то время, а затем всё выходило наружу истерикой, новыми порезами, или слишком резкой и не в тему высказанной правдой.
Отчего то хотелось просто уснуть и больше никогда не просыпаться, больше никогда не причинять боль себе, не причинять её близким, не подвергаться тяжёлым урокам жизни. Просто перестать жить вообще. Но от осознания что она всё ещё нужна каким то людям в этом мире, желания эти перерастали в дикий стыд и клеймо «эгоистка», самостоятельно поставленное.
Вставать с постели не хватало сил, было приятно лежать под тёплым одеялом, но через четыре часа уже нужно было быть в полицейском участке, поэтому собрав всю волю в кулак, она поднялась с уютной постели, потягиваясь и переодеваясь. Софья никогда не переживала о длительных сборах, она могла собраться и за пол часа, поэтому Мира хотела дать ей время на то, чтобы поспать в нормальной постели, а не на полу на кухне.
Будить её желания никакого не было, но и наблюдать как она мёрзнет тоже, поэтому медленно войдя на кухню Ефимова села на пол рядом с ней. Сама не заметила как начала разглядывать её спящее лицо. Приоткрытые губы, к которым Мире иногда так хотелось прикоснуться, слегка дрожащие ресницы, местами спутанные, разбросанные по всей подушке волосы, было желание распутать их, пропустить сквозь свои пальцы.
Поймала себя на мысли что откровенно пялится лишь спустя пару минут. Вновь так неприятно от самой себя стало, Григорьеву вспомнила, но мысли о девушке никак не спасали, лишь тяжелее от них становилось, зная что та рыжую любит, а она сейчас сидит и осознаёт что возможно это и не чувства вовсе были. Ненавидит себя за эти мысли, но осознание слишком поздно на неё обрушивается. Слишком поздно и слишком болезненно.
Мире всегда хотелось чувствовать себя любимой, недостаток внимания, поддержки, заботы и принятия был у неё с детства. Мать всегда была единственным человеком в её жизни, кто понимал и любил просто так, но и её любви было недостаточно, когда все вокруг издевались и ни во что не ставили. Одноклассники, учителя, друзья, для которых она всегда была лишь временной заменой. Что уж говорить о том, что случилось с моральным состоянием Миры после смерти самого родного человека.
В Григорьевой она нашла ту любовь и безграничную заботу которой ей всегда так не хватало. Блондинка любила Ефимову просто за её существование и младшая искренне думала что любит в ответ. Но всё то восхищение девушкой оказалось ничем иным как желанием быть любимой ею, она была старше, опытнее, она была красива и нежна, а главное она была влюблена в Миру, этого хватило, чтобы создать ложное представление о том, что младшая чувствует те же самые чувства что и Софья.
Сейчас Ефимова испытывала к себе отвращение за то, что не осознала этого раньше. Софья была действительно вне себя от переполняющих её романтических чувств и сейчас Мирославе нужно было как-то прекратить эти отношения. Она не хотела врать такому светлому человеку как Соня, не хотела разбивать ей сердце изменами, которые были неизбежны, зная то, что сейчас Мира по настоящему начала что-то чувствовать, вот только не к той, с кем находилась в отношениях
На Кульгавую смотрит ещё раз и аж трясёт всю от того насколько ужасным человеком себя чувствует. Особенно после обещания, данного блондинке, после того как та ей призналась в том как сильно боится потерять. После всего того что Софья для неё сделала, Мирослава вдруг понимает что вскоре будет заявлять о расставании. И друзьями с ней хочет остаться, но зная как сильно Соня любит, это будет ужасной затеей.
Счастья для Григорьевой хочет и любви, искренней и наконец-таки взаимной. Блондинка пару раз говорила что абсолютно все её бывшие в итоге бросали её ради других, будто судьба насмехалась над старшей, давая понять что никогда её никто не полюбит так, как любит она. Да и в целом не полюбят.
И вот сейчас, зная об этом, Мира осознанно, хоть и ненавидя себя за это, решила всё закончить.
Не выдержав этих мыслей тяжёлых она всё же перевела своё внимание обратно на Кульгавую, которая мирно сопела, даже не подозревая о внутренних терзаниях Ефимовой и о том, что она сейчас рядом сидит.
Мира плеча её касается легонько, руку, из-под одеяла торчащую разглядывая невольно, хочет ладонью по плечу до конца до самого провести, но тут же эти мысли прочь гонит. Нельзя. Улыбается, когда Софья слегка носик морщит, от прикосновения от чего-то холодной руки Ефимовой.
-Сонь, просыпайся. Тут холодно сегодня очень, иди хоть пару часиков на диване поспи- Кульгавая мычит что-то неразборчивое и с головой под одеяло залазит, будто от комара надоедливого спастись пытаясь, а Мира усмехнувшись убирает одеяло с её головы и по волосам рукой проводит- Просыпайся, ну же. Хватит тут страдать, я тебе диван освободила- Софья отворачивается, вновь что-то неразборчивое сказав, сквозь сон.
Мирослава же не успокаивается, в конце концов разбудив Соню своими словами, произнесёнными прямо над ухом.
-Ну что такое? Уже пора собираться? Я думала я поставила будильник- сонная такая, и смотрит ничего не понимающе, отчего очередную улыбку у Мирославы вызывая.
-Ещё три часа у тебя есть, просто хочу чтобы ты поспала на диване, а не здесь. Сегодня очень холодно, Сонь- смотрит умоляюще, а Кульгавая всё ещё не понимает ничего, послушно за рыжей следует, а разум до конца не проснулся. Ложится на диван и сразу глаза закрывает, только подушки головой коснувшись.
Мира улыбается победно и ещё пару минут сидит рядом просто наблюдая за спящей брюнеткой. Та такой беззащитной во сне выглядит.
На вид она довольно агрессивная всегда, со своим каменным лицом. Хотя перед Ефимовой очень часто улыбается и младшей приятно это осознавать.
Вчера вечером например, когда рыжая домой вернулась вся на нервах, после неудачного разговора со Смирновой, услышала копошение на кухне и споры тихие. Зашла молча, наблюдая за напуганным взглядом Миши и смущённым - Сони. Чувствует запах горелый и взгляд с одного на другую переводит.
-Мы пытались картошку пожарить, но Соня не доглядела. Я на десять минут в комнату отошёл, надо было дз доделать, она сказала справится- краснеет
-А ты чё на меня то всю вину скидываешь, ало? - смотрит возмущённо, но когда смешок тихий слышит на Мирославу взгляд обратно переводит- Прости, рыжая. Мы правда хотели тебе приятно сделать как ты вернёшься, ужин приготовить- И Ефимова смотрит как обычно ласково, со смешком в глазах, но без осуждения. Соне от этого неловко становится и она улыбку смущённую из себя выдавливает.
-Вы старались- смех сдерживает с трудом и ближе подойдя обоих по плечу хлопает- Сейчас что-нибудь приготовлю- и ещё приятнее становится когда Софья вызывается готовить вместе с ней.
Мира из мыслей своих в реальность возвращается. Не просто так она проснулась на четыре часа раньше. Не просто так весь вечер к тяжёлому, но важному разговору готовилась. Чувство ответственности за всё и всех давит морально, грозясь рано или поздно свести с ума.
В коридор выходит, мысли в кучу собирая, слышит звуки любимой игры Миши и понимает что не врал он, когда говорил что всю ночь от нервов не уснёт. Уговаривать хотя бы попробовать было бесполезно и все слова о том, что так ему на допросе будет ещё тяжелее, прошли будто мимо ушей.
Девушка надеется что хотя бы сейчас их разговор пойдёт на пользу и не испарится в воздухе, будто и не было его никогда. В дверь тихонько стучит, прежде чем он позволит войти и как только ответ слышит, дверь скрипучую как можно медленнее открывает, словно это от звука противного избавит.
Мальчик смотрит выжидающе, видно что переживает, зная что скоро вновь придётся мысленно проживать тот тяжёлый опыт. Не догадывался даже что Мирослава с утра поговорить придёт, хотя подозрения были. Хоть и знали они друг друга недолго, Ефимова успела стать для него поддержкой и опорой, словно действительно сестрой его являлась.
И если родная сестра всегда вступалась за него и готова была глотки всем перегрызть за любое кривое действие в его сторону, Мира отличалась своей эмпатией и пониманием, никогда не позволяла проживать его проблему в одиночку, разговаривала, давала советы и после этих разговоров младшему Кульгавому всегда становилось намного легче.
-Ну, ты как? Готов к разговору с полицейскими? - садится рядом и вопрос задаёт скорее ради галочки, знает ведь что не готов, но почву для дальнейшего диалога подготавливает. Смотрит как он планшет в сторону убирает и нервно перебирает пальцы.
-Не очень если честно, мне тяжело что либо рассказывать из того что он со мной делал. Тем более им- Мирославу эта фраза смущает, не понимает абсолютно почему Миша так предвзято к полицейским относится, но выводов поспешных не делает.
-Почему? - старается в упор не смотреть, знает как это бывает неловко и неприятно.
-Я каждый раз начинаю плакать когда вспоминаю, не специально, просто тяжело мне очень. Они потом меня за это осуждать начинают, только и говорят «Ну ты же мужик» - Мирославе противно становится и в голове лишь мысли «любимая, доблестная наша полиция». Вообще после смерти матери не доверяет им, а теперь ещё и Миша.
Не находит даже слов нужных, чтобы как-то оправдать их, ради Мишиного же успокоения. Потому что их слова никак оправдать нельзя. Потому что ведут себя как животные и потому что несмотря на свою ненависть к насилию, Ефимова им через такое же пройти желает, а потом будет наблюдать как они слёзы сдерживают, и унижать за каждую пролитую.
-Они уроды, Миш! Моральные уроды, но к сожалению другой возможности наказать твоего отчима у нас нет. Просто думай о том, что каждое их мерзкое слово и каждый их мерзкий комментарий вернутся к ним однажды бумерангом- в бумеранг не верит, иначе все те мрази что её унижали, насиловали и избивали давно бы уже гнили в собственных проблемах, но Кульгавому нужно было как-то веру в лучшее возвращать- Он может вернуться, может найти тебя. Нужно как-то избавиться от этих рисков, а сделать это можно только с помощью полиции.
Мальчик кивает, соглашаясь молча, но Мира знает что внутри он всё ещё помощь полиции отрицает и прекрасно его в этом понимает. Хочет обстановку разрядить и помочь мальчику успокоиться перед тяжёлым событием, но не знает как.
-Такое чувство что от нашей полиции никакой пользы, они не помогают будто, осуждают только и пытаются от этого дела избавиться поскорее- Мальчик ладони в кулаки сжимает и смотрит на Ефимову, в ожидании ответа. Рыжая в этот момент всех вокруг проклясть хочет, за то что вред правозащитники нанесли Мише ещё больший, хотя должны были не комментарии свои никчёмные давать, а с делом разбираться.
-То что они мрази, не отменяет того факта что они обязаны выполнять свою работу. А если работать нормально не будут, мы пойдём в прокуратуру, безнаказанными этот урод и те кто хоть попробует слить это дело не останутся, я тебе обещаю- злится впервые за долгое время, последние пару месяцев только и могла что депрессовать и плакать, но за мальчика так сердце разрывалось, что Мирослава готова была в клочья всех разорвать.
-Я просто хочу спокойствия, без разборок, без полиции, прокуратуры и ещё кого либо- Видно что слёзы сдерживает и у Миры душа кровью обливается, знает что так просто всё это не закончить.
-Я тоже хочу для тебя спокойствия, Миш, но к сожалению пока твой отчим спокойно ходит по улицам этого города, спокойствия для тебя не будет. Я клянусь, как только его посадят, всё станет куда лучше, а пока нужно ещё немного потерпеть, как бы трудно не было- голос твёрдый, не позволяет себе дать слабину перед тем, кто в ней защиту видит.
-Я надеюсь уже скоро, потому что я уже не выдерживаю. Мне страшно идти в школу, он ведь может выскочить в любой момент- признаётся и Ефимова тут же спешит его успокоить.
-У тебя ещё есть немного времени, до того как придётся вернуться в школу, но потом мы с Соней в любом случае будем рядом. Пока он не окажется за решёткой, без нас ты по улице ходить не будешь. Он больше тебя не тронет, за это не переживай.
Мирослава улыбается, спокойно, будто ничего ужасного не происходит, молча передавая это спокойствие Кульгавому и уходит, кинув на последок, «поспи хотя бы пару часов, это точно не повредит».
Из комнаты выходит и сразу в душ. После этого разговора слишком тяжело, каждый раз тяжёлые события и переживания других людей через себя пропускает, даже если вредит это её собственной, и так истерзанной психике.
Уже по дороге в участок на отдалённые темы разговаривают, хотя разговаривают скорее только Мира с Соней, Миша просто идёт рядом и иногда вставляет пару слов. Он слишком нервничает и эта атмосфера тревожности передаётся и девушкам, но хотя бы ради мальчика они стараются не уходить в молчание и диалоги наполненные паникой, будто взглядами согласовав друг с другом не сдаваться.
-Скоро новый год же, Сонь, буквально через пять дней а у нас ничего нет... Ни ëлки, ни планов, ни настроения- и смотрит на старшую, будто умоляюще- Мы должны этот новый год встретить вместе, счастливо и уютно. Потому что как новый год встретишь, так его и проведешь.
Кульгавая на это смеётся лишь, ей забавно наблюдать за тем, как рыжая пытается настроение праздника вернуть тем, у кого этот праздник всю жизнь ассоциировался с алкоголем, пьяными драками, закрытыми дверями в их комнату, чтобы не дай бог никто туда не зашёл и им тоже не прилетело, с криками и ссорами, с полной агрессии матерью, которая слова ужасные и оставляющие след ещё надолго, им говорит.
-Не думаю что это хорошая идея, рыжая. У тебя тем более есть с кем новый год провести- слова вырываются раньше чем Софья думает над ними и в моменте так неловко становится. Обеим.
Молчание Ефимова прерывает, как бы тяжело и грустно не было. Смотрит на Соню внимательно и произносит уверенно, будто не давая повода для возражений.
-А я хочу именно с вами его провести. Всё! Это не обсуждается, Кульгавая, только попробуй что-то мне сказать! - и Соне действительно приятно с какой-то стороны, впервые в жизни выбрали её, но странным это всё кажется. И со стороны Миры, которая состоит в отношениях, но при этом такой, явно важный для неё праздник хочет провести с Кульгавыми.
Со стороны Софьи и Миши это не менее странно, по крайней мере сейчас у них представление о дне этом не самые приятные. Хочет отказаться, но Мирослава такой воодушевлённой выглядит, что сказать банальное «нет» до безумия сложно.
-А я тоже хочу. Сонь, мы же никогда новый год не проводили в такой домашней атмосфере, всегда только крики чужие, драки и наши страхи- Ефимова смотрит на них грустно. Обидно так за тех, к кому прикипела уже невероятно. Хочется сделать этот день для них незабываемым и особенным. Впервые в жизни.
-Ладно-ладно, хорошо. Я ж не против, просто странно всё это, я к такому не привыкла- вздыхает тяжело и на младшую смотрит внимательно, взгляд любовью пропитан, но отводит она его быстро. Знает ведь что Мирослава к ней того же не чувствует. А Мирослава чувствует и в этом вся проблема.
-Вы хоть фильмы какие-то новогодние смотрели в этот день? - Мира на них смотрит внимательно, надеясь услышать «да», но Софья головой отрицательно качает, чем в Ефимовой грусть вызывает.
Это будет её первый новый год без матери, раньше они всегда вместе готовили стол, украшали всё, а потом смотрели уже наизусть выученные: «один дома», «кошмар перед рождеством», «Гарри Поттер» и похожие фильмы и мультики, это было лучшее время в жизни Миры. Сейчас она хотела сделать всё, что в её силах, чтобы у Кульгавых этот праздник ассоциировался с домашним уютом, теплом, семейной атмосферой и любовью.
Семейной атмосферой? А ты их уже в свою семью записала, Ефимова? - мысли эти в голове рыжей пробегают, с небес на землю возвращая. У неё есть девушка, да и Миша с Соней вряд ли считали её частью своей семьи. Отчего то так грустно становится.
Сегодня же в магазин идём, купим все нужные продукты, украшения, а завтра ëлку искусственную купим, украсим всё- Мира говорит прямо, возражений не требует, а Кульгавая смеётся на это. Рада на самом деле, что Ефимова рядом, что не охладела к ней, даже если в романтическом плане у неё нет никаких шансов, того что рыжая была настолько близка хватало.
-Так уж и быть, я обдумаю это предложение- младшая снежок быстро лепит и в брюнетку кидает, а та возмущается наигранно и уже через пару секунд Мирославе наносит ответный удар, снег прямо в шею открытую младшей попал, рассыпаясь и пробираясь под куртку и кофту, тая на тëплой коже. Несмотря на холод смеётся как ребёнок, думает что это один из лучших моментов в её жизни.
Миша на фоне смеётся, расслабляясь, забывая на секунду о том, что скоро придётся вновь копаться в своей памяти и выносить наружу страшные события, происходившие с ним не один год. Атмосфера вокруг такой тёплой становится, не смотря на морозный день.
Чувства Мирославы к Кульгавой лишь растут, в очередной раз доказывая что Григорьеву она не любила никогда, неприятно так от этих мыслей, от самой себя противно, сначала вступила в отношения, влюбила, а потом вдруг выясняется что сама и не любит вовсе.
И может вины её не было в этом, она никогда не обманывала, просто в чувствах своих разобралась не до конца. Но разве не это нужно было сделать первым делом, прежде чем в отношения вступать? Разве не стоило для начала разобраться в своих чувствах, а не кидаться в омут голубых глаз с головой.
Запрещает себе думать об этом. Не сейчас. Уж точно не тогда, когда рядом такие счастливые Кульгавые, счастье на лице которых увидеть было крайней редкостью. Смеётся и ещё один снежок в Софью кидает.
В полицейском участке тишина гробовая стоит, не комфортно от этого так. Мирослава в целом тишину не особо любила, она всегда, казалось, предвещала что-то плохое. За руку Соню взять хочет, но совесть не позволяет.
Уже сидя в коридоре, абсолютно одна, ожидает пока Софья и её брат выйдут из кабинета. Один он зайти туда не мог, поэтому сестра пошла с ним. Мира вывески на стенах висящие читает и в голову вдруг мысль приходит.
В прошлый раз Софья разумеется тоже заходила с ним, интересно, как она отреагировала на слова полицейских? На то, что они буквально запрещали её брату испытывать, вполне логично объяснимые после произошедшего, эмоции?
Полтора часа уже сидит, нервничает сама, надеется что там, за дверью сейчас не слишком напряжённая атмосфера, уже думает что приготовить на ужин, чтобы это понравилось Мише, и о том, что нужно обязательно с ним поговорить. И с Соней тоже. Всем вместе.
Как только дверь открывается Мира с места подрывается. Видит, у старшей Кульгавой слëзы в глазах застыли, а младший их не сдерживал явно. Тяжело так на душе становится и даже подойти обнять боится, сейчас вся её поддержка кажется лишней, слишком ни к месту.
Брат с сестрой молча к выходу идут и Ефимова поодаль следует за ними. Софья что-то младшему говорит, успокаивает и Мира сама на грани, чтобы не расплакаться. Понимает что сегодня все разговоры явно будут лишними. Пока Кульгавые идти продолжают, Мирослава в магазин заходит, продукты купить. Ужин всё-таки никто не отменял, но про Новый год думать сейчас точно не хотелось.
Домой приходит спустя минут тридцать, в магазине очередь большая, все к празднику готовятся. Ефимова в лица их радостные, хоть и уставшие явно, вглядывалась и обидно до ужаса становилось, что из-за уродов как отчим и мать Кульгавых, у них такого праздничного настроения нет и скорее всего не будет.
В дверь стучит аккуратно, потому что та закрыта не на ключ, очевидно, ведь Софья с Мишей наверняка уже дома. Вот только дверь почему то никто не открывает. Нервничать начинает и Соне звонит, но та трубку не берёт. После ещë пары минут попыток достучаться вздыхает тяжко и пакет на пол поставив, садится на ступеньки.
Тяжело думать о том, почему ей дверь не открывают, возможно в наушниках сидят и не слышат, а возможно спят. Кто их знает? Но в подъезде холодно и Мира прекрасно чувствует это на себе. Звонить Григорьевой она не хочет, тем более тогда, когда осознала свои настоящие чувства. В глаза ей даже смотреть стыдно. Сообщить о расставании планирует через сообщения, как бы грубо и по скотски это не было.
Звонить Александре тоже не вариант, тем более после того разговора, стыдно до сих пор, выставила себя шлюхой полнейшей. По крайней мере считала так. А через пару минут осознаёт что позвонить уже никому не сможет, телефон сел.
К подоконнику идёт, вместе с пакетом, его всё-таки ближе к себе держит, и сев, начинает в окно смотреть, на играющих на улице детей, на торопившихся куда-то взрослых. А на саму усталость накатывает, последнее время она совсем не высыпается, поэтому несмотря на холод глаза закрываются сами по себе.
Просыпается она уже в своей кровати, двумя одеялами укрытая и покрывалом сверху. В себя приходит с трудом, после сна беспокойного, опять кошмары тревожили. Софью разглядывает, в темноте комнаты, та в кресле рядом спит. В квартире тишина такая, что у Миры складывается впечатление, что сейчас ночь.
На часы взглянув, понимает что ошиблась. Семь вечера. Вопросом, как она оказалась в квартире даже не задаётся, атмосфера вокруг некомфортная и всё о чём может думать Мирослава сейчас - это что произошло сегодня в полицейском участке.
Говорить с Мишей сейчас было явно плохой идеей, ему нужно было отдохнуть после сегодняшнего, эмоционально тяжёлого дня, Соня спала, да и были подозрения что она сама ничего не расскажет.
Встаёт с постели, одним из одеял, под которыми спала только что, старшую укрывая и тихонько на кухню проходя, стараясь даже шаги свои тише сделать, боялась Соню разбудить, она такой спокойной во сне казалась, что возвращать её в тяжёлую реальность Ефимова не решилась. Пусть отдыхает.
Чайник включает и пачку кофе три в одном достаёт. Соня явно выработала в ней привычку. В квартире холодно ужасно, не смотря на отопление, а может Миру просто морозит? Надеется всё-таки что это не температура. Как только вода закипает, наливает её в кружку и кофе засыпает. Пьёт глотками маленькими и редкими, параллельно начиная готовить ужин. Несмотря на всё своё желание, сил не так много и творить шедевры она сейчас не хочет, думает что обычного борща будет вполне достаточно.
Мыслей в голове слишком много, все давят на девушку и хочет избавиться от них любым путём, устала уже. Включает на фон сериал любимый, на Испанском языке, всё-таки когда то ей нужно будет туда уехать, а без знания языка она никто. Из-за того что приходится в каждое слово вслушиваться, в памяти всё прокручивать, отвлекается на время от раздумий тяжёлых.
Спустя минут двадцать Кульгавая на кухню заходит, щурится, явно только что проснулась. Такой милой выглядит, но Мира даже улыбнуться ей боится, не знает откуда это чувство появилось, скорее всего после похода в полицию.
-Ты снова у плиты? Тебе бы отдохнуть не мешало, только и делаешь что убираешь, готовишь, помогаешь нам- Мира на этот комментарий лишь сильнее внимание своё на готовку переводит, чувствует себя неловко и свои собственные страхи из прошлого проявляются. Кульгавая же быстро это замечает- Ты боишься?
-Нет, просто доготовить же нужно. Я не устаю, Сонь, всё в порядке, меня наоборот рутина домашняя успокаивает, это ведь исключительно моё решение- Но Мирослава знает прекрасно что старшую обмануть тяжело. Та смотрит на неё внимательно и ближе подходит.
-Я помогу- картошку чистить начинает, пока Ефимова другими продуктами занята. Руки дрожат и ножом палец в какой-то момент задевает. Молчит, даже не ойкнув, внимание не хочет привлекать и в ванную уходит, лейкопластырь там ища и порез другим пальцем зажимая. Софья следом за ней идёт и взяв пластырь в свои руки, молча палец Миры с пореза убирает, обрабатывает перекисью, вытирает осторожно и заклеивает наконец то.
В глаза заглядывает, а Ефимова держится как может. Впервые за долгое время слёзы свои не показывает, вот только это не помогает. Брюнетка не глупая, замечает страх в глазах любимых, да и тишина эта, гробовая, о многом говорит. Обнимает нежно, по голове гладит и на ухо шепчет:
-Прости, я не думала что тебя напугаю. Всё очень сложно, но я не хочу чтобы ты меня боялась, ты ведь знаешь о моих чувствах к тебе, я бы никогда намеренно тебе больно не сделала- рыжая не отстраняется, наоборот, прижимается ближе и отпустить боится. Пусть Кульгавая этот момент как дружеский воспринимает, но Мира хочет раствориться в её объятиях.
-Я не знаю почему боюсь, это странно и мне жаль, Сонь. Я знаю что ты никогда бы меня не обидела, но... не знаю как это объяснить, просто прости, прошу- Кульгавая продолжает младшую по голове поглаживать, так хочется руки ей на талию положить, поцеловать. Мысли эти отгоняет подальше и лишь крепче прижимает её к себе.
-Я никогда не смогу на тебя злиться, рыжая. На тебя - никогда
-Расскажи что там случилось. Я переживаю, Сонь- Старшая на этот вопрос не отвечает, лишь вздыхая тяжко, в глаза смотрит внимательно, немного отстраняясь. Настолько они близко друг к другу, что Ефимовой кажется она сейчас сорвётся и поцелует брюнетку.
-Не хочу говорить об этом, прости- вновь обнимает и Мире тяжело так становится от ответа, будто Соня ей больше не доверяет.
-Я могу хотя бы с Мишей поговорить об этом- спрашивает аккуратно
-Плохая идея, рыжая. Всё правда очень плохо, сейчас последнее что ему нужно, это разговоры. Я знаю что ты хочешь как лучше сделать, но поверь, сейчас это сделает только хуже.
-Тогда зачем я вообще нужна, если даже помочь и поддержать вас не могу? Бессмысленное существование, что я есть, что меня нет, ничего не изменится- слова вышли слишком депрессивными и слишком сильно задели Софью. Старшая Мирославу отстранила от себя и ещё раз в глаза любимые взглянула.
-Ты серьёзно не видишь смысла в жизни? - смотрит внимательно, боится ответ услышать, знает ведь заранее что там будет.
-Нет. Постоянно одни проблемы со мной. И ладно бы одна я с ними сталкивалась, но я и другим их устраиваю- губы дрожат, пока говорит и слëзы как обычно сдержать не может. Соня по щеке её гладит нежно, слëзы стирая. Слишком близко. Слишком нежно. Слишком всё вокруг интимно. Отстраняется и взяв младшую за руку, в комнату её ведёт.
-Отдохни, рыжая. Я сварю борщ сама. И мы ещё поговорим об этом, я не оставлю тебя одну страдать, обещаю. Как ты никогда не оставляешь нас с Мишей- Мирослава улыбается нежно, понимая что Соня действительно ценит её поддержку.
Как только Софья из комнаты выходит, Мирослава понимает что телефон на кухне забыла и быстро идёт за ним. Ничего важного там не было, но она хотела чтобы он всегда был рядом, на случай чего. Она всегда боялась что кто-то увидит личную информацию в её телефоне, даже если личной информации там не было.
Вернулась в комнату она с телефоном и включив телевизор, переключила канал на тв3, смотря какой-то ужастик. Ужасы она любила всегда, исключая те, что происходили в её жизни. Расслабляется даже в какой-то момент.
***
Не знает сколько времени проходит, но в какой-то момент чувствует как Кульгавая волосы её рыжие сквозь пальцы пропускает. Когда внимание на неё обращает, улыбку лёгкую на губах видит и сама улыбается неосознанно. Софья её ужинать зовёт, но у Миры аппетита нет совсем, извиняется и говорит что поест позже, брюнетка на это кивает, соглашаясь.
-Я тогда тоже позже, если честно, пока варила аж аппетит пропал- улыбается и вновь в глаза карие напротив смотрит- Не против вместе что-то посмотреть? - спрашивает осторожно, всё ещё стесняясь, зная что у Мирославы девушка есть.
-Да, конечно- Ефимова в улыбке расплывается, радуется, что есть возможность вновь наедине побыть, но мысли о Григорьевой покоя всё ещë не дают, знает что нужно расстаться уже по человечески и не мучать ни себя, ни её. Она ведь даже не подозревает сейчас о мыслях и чувствах девушки своей и так не хочется ей больно, делать, но и врать тоже не может.
Винит себя, за то что так быстро чувствам отдалась, буквально пара дней и она уже не может контролировать себя рядом с Кульгавой, ей это ненормальным кажется, разве можно быть такой? Разве можно настолько не владеть своими эмоциями, своим поведением? И с каждым новым вопросом, всплывающим в её голове, ненависть к себе растёт.
На телевизоре через интернет фильм ужасов ищет, который вместе с Соней выбрали. Точнее выбрала Кульгавая, а Мира лишь согласилась. Оказалось что Софья фильмы ужасов любит не меньше и рыжую это так обрадовало, будто старшая поклялась ей каждый день их смотреть вместе.
-Не боишься? - Софья так близко сейчас сидит, что единственное, чего Мира может бояться в данный момент, это не сдержаться и признаться ей в любви. Усмехается на заданный вопрос и в глаза Кульгавой смотрит, будто пытаясь отыскать в них что-то.
-В том и смысл фильмов ужасов, Сонь, они должны пугать. Правда последнее время вообще ничего не боюсь, фильмы стали нудными, а может просто я привыкла- улыбается вновь. Рядом с Соней так хочется чаще это делать- Меня пугают скримеры и атмосфера давящая, а последнее время выпускают одну тошнотворную резню и выставляют за ужастик. Хотя это просто противное, кровавое месиво.
Софья на это заявление усмехается, будто задумала что-то. Одеялом укрывается и фильм наконец-таки включает, внимание на экран переводя и Мирослава её примеру следует. Надеется что хотя-бы этот фильм ей понравится. Хотя он наверняка уж точно ей запомнится. Как минимум тем, что она смотрит его с Соней.
И он действительно запоминается, запечатлевается в её памяти ещë на долго, Ефимова в восторге, хоть и пугается очень часто, вздрагивая и кулаки под одеялом сжимая, а Кульгавая хихикает с её реакции, обнимает, отчего у Мирославы по телу мурашки пробегают. Ближе прижимается и в следующий же момент новый скример на экране показывают. Соня смеётся, глядя на то как младшая к ней прижимается, так хорошо себя в моменте чувствует, что забывает и о Григорьевой, и о остальных проблемах.
Но проблема Миры в том, что она в моменте тоже о Григорьевой забывает. Всего на секунду, когда наигранно на смех Кульгавой обижается, когда легонько её по плечу хлопает и когда смеясь в итоге вместе с ней, целует нежно. Поцелуй всего секунд пять длится, но как только младшая отстраняется, во взгляде появляется паника.
Софья же явно опешила от того, что только что произошло, смотрит, не до конца осознавая реальность это или сон. Почему Ефимова сделала это? Она тоже что-то чувствует? Неужели тоже полюбила? Слишком много вопросов и ни одного ответа. Взгляд Миры видит, стыд в нём, смущение, но сказать ничего не может, губы облизывает слегка, будто убедиться пытается, в реальности этот поцелуй был или ей просто причудилось?
Младшая извиняется поспешно и с кровати встаёт, собираясь впопыхах. Софья сказать ничего не может, хотя хочет остановить, во всём разобраться, обсудить. Вместо этого смотрит только как Ефимова слëзы со щëк стирает и в коридор поспешно выходит. За ней идёт, смотрит как одевается и из квартиры выскакивает и таким несуразным и странным всё кажется, будто в фильме каком-то, мелодраме, или комедии, но точно не в реальности.
Спустя пару минут лишь до конца осознаёт всё. Что вот, они смотрели фильм, смеялись и ничего беды не предвещало, в следующую секунду Ефимова уже целовала Софью, губами своими тёплыми, её губ касаясь, затем слëзы её, и вот она уже стоит у двери входной, куртку поспешно застёгивая и обуваясь, покидая тёплую квартиру и оставляя Кульгавую наедине со своими мыслями.
Мысли разные в голову лезут. Куда она пошла сейчас? К кому? Не холодно ли ей? Если поцеловала, чувствует ли что-то в ответ, или это был мимолётный порыв? Эмоции? Всхлипывает тихонько. Она плачет не так часто, как Ефимова, но сейчас всё слишком запутанно. Сидит на кровати, глядя на одеяло, под которым они только что лежали, обнимались. Сейчас оно уже не такое тёплое, а Мира уже не рядом.
Часа два в себя прийти пытается, думает, что Мирослава к Григорьевой вновь поехала. Ну а куда ещë? С Сашей они слишком редко списываются и вряд ли Мира попросилась бы к ней, а больше у неё никого в этом городе не было. Неприятно так было от мысли, что она сейчас может спокойно целовать Григорьеву, после того как пару часов назад так же касалась своими губами, губ Кульгавой. Прочь эти мысли отгоняет и схватив свои сигареты с зажигалкой, на балкон выходит.
Не сразу замечает силуэт маленький на лавочке возле подъезда, но как только в глаза бросается, сразу понимает кто это. Она не с Григорьевой. Но теперь ещё хуже на душе. Это она всё время там мёрзнет?
Мира впопыхах даже шапку не надела, а на улице минус двадцать, Соне вдруг так стыдно становится. И за мысли свои, о том что младшая к Григорьевой поехала, и за то, что не остановила вовремя. В любом случае вернуть домой её было нужно. Кульгавая в жизни себя не простит, если позволит ангелу своему замерзать.
Одевается теплее чем Мирослава, хоть и торопится тоже, но знает что им явно придётся поговорить ещё на улице. Хватает две шапки, одну на себя надевая, вторую для младшей, и сигареты с зажигалкой. Нет, покурить она всё-таки обязана, слишком всё тяжело.
Вниз спускается на лифте и из подъезда выходит, хотя скорее выбегает, будто Ефимова за эти пару секунд исчезнет, испарится. Но нет, она всё так же сидит на лавочке, снегом засыпанной, дрожит от холода и слëз, и носом шмыгает.
Шапку одевает на неё и рядом встаёт, наконец-то закуривая. Руки мёрзнут уже через минуту, как она на улицу вышла, хочется в карманы их сунуть, и то, не поможет, а Ефимова так уже пару часов сидит, от этого больно так. Любит очень и видеть как рыжая страдает не может, руку одну ей на щеку кладёт, слезинку смахивая, а рука в кармане была, поэтому теплая всё ещё и Мира тянется к этому прикосновению, прежде чем отстраниться. Прямо как при поцелуе их неловком.
Район их сейчас таким тихим кажется, будто и не живёт здесь никто вовсе, хотя ещё пару часов назад во дворах были люди. Сейчас же все попрятались в тёплых квартирах от холода и ночной тьмы, пьют чай, готовятся к празднику, смеются. Соня так же хочет. Просто быть счастливой. Счастливой рядом с Мирой.
-Ты меня ненавидишь? - вопрос прозвучал резко, пробиваясь сквозь абсолютную тишину. Дрожь в нём тяжело было не услышать и брюнетка смотрит на младшую пару секунд, думая, что ответить.
-Нет- коротко, но успокаивает. Мира смотрит перед собой, взгляд поднимать не хочет. Сколько всего за этот день произошло? События как обычно сменяют друг друга с бешеной скоростью, пока Ефимова за ними не успевает. Только смирится с одним, как тут же в неё снежным комом летит другое- Что насчёт Сони?
Вопрос важный и рыжая знает, что должна дать ответ, но так тяжело опять об этом думать, вспоминать всё и вновь ненавидеть себя.
-Напишу ей сегодня же... Я не смогу её обманывать. Про поцелуй не расскажу, но сообщу о расставании- звучит грубо и холодно, Софья следит внимательно за выражением лица любимой, будто ждёт, что вот-вот она ухмыльнëтся и скажет что-то наподобие: «Поверила? Да кому ты нужна, разумеется я Григорьеву люблю»- Я не знаю что происходит, Сонь. Чувствую себя шлюхой.
-Ты разлюбила, такое бывает. Ты ведь не собираешься её обманывать, расстанешься сразу- говорит спокойно, успокаивает, хотя кто бы её сейчас успокоил?
-А если я не любила никогда? - выдаёт на одном дыхании, уже ожидая осуждение в глазах любимых увидеть, поэтому взгляд не поднимает, всё ещё в одну точку глядя. Но Кульгавая и не думала осуждать. Слишком любит, чтобы недостатки признавать.
-Почему тогда встречаться с ней начала? Я думала ты в неё по уши влюблена- Спрашивает скорее с интересом, нежели с осуждением, ответ услышать не ожидает, рыжей явно тяжело.
-Я тоже так думала. До тех пор пока не начала чувствовать что-то к тебе и не узнала что такое настоящая влюблённость, а не просто желание быть любимой- наконец решается, взгляд на Софью поднимая. А в её глазах непонимание. Может и сложно ей понять поведение Мирославы, может и осудила бы, не будь она так сильно влюблена.
-То есть ты хочешь сказать...? - даже не договаривает, зная, что Мира поняла, что она хотела спросить.
-Да, я люблю тебя, Сонь. И ненавижу себя, за твои страдания, за будущие страдания моей, почти бывшей девушки, просто себя ненавижу.
-Я не надеялась даже что однажды мои чувства окажутся взаимны, смирилась уже что мы просто подруги- смотрит внимательно, сама не знает чего ждёт. Чувствует уже, что мёрзнет. Домой хочет.
-Я не знаю как так вышло- Говорит тихо, всё ещё осуждения боится, знает что есть за что осуждать. И даже если Кульгавая говорит что всё в порядке, легче от этого не становится, потому что вину свою признаёт. Не хочет ранить никого, но в итоге делает это в очередной раз. Всегда себя жертвой считала, но, может жертва не так уж и свята, как думала?
-Никто никогда не знает как это выходит. Как получается так, что мы влюбляемся. Главное что ты призналась в этом себе и сразу признаешься Соне.
-Что будет дальше? - будто Кульгавая лучше знает, будто она не такая же, будто она не впервые сталкивается с подобной ситуацией. Смотрит, ожидая услышать хоть что-то, словно Софья сейчас будущее предскажет.
-Не знаю, мы с этим разберёмся, рыжая. Только новый год отпразднуем, ведь ты сказала, как встретишь, так и проведёшь. Если ты не против, мы встретим его уже как пара. А потом и со всеми проблемами разберёмся- улыбается наконец и вновь руку ей на щеку кладёт, чувствуя холод и желая согреть.
Ефимова всхлипывает ещё раз, то ли от тяжести жизни своей, то ли от счастья, то ли как всегда из жалости к себе.
-Спасибо... Разумеется я не против- стесняется, видно, но счастлива очень.
-Домой идём? - Кульгавая ей руку протягивает и Мирослава хватается за неё, словно за спасательный круг. Опять в других спасение ищет.
Как только в квартиру возвращаются, Мирослава нервничать в три раза больше начинает. Сейчас нужно написать Григорьевой, признаться в том, что чувства её всегда толком и не были чувствами к ней, сказать о расставании. Сейчас, или никогда.
Вот и снова ты причинишь кому то близкому боль, Ефимова. Ты только это и делаешь, только страданиям других и подвергаешь, а потом им же жалуешься на то, что делаешь это- Мысли подобные вновь захватили в свой плен и Мира поделать ничего с ними не могла, только плакать и молиться что всё будет хорошо. Расставаться с Григорьевой за пять дней до праздника было ужасным решением и Ефимова знала это. Это было жестоко и эгоистично, но всё уже было решено.
Ещё более эгоистично было надеяться на то что после этого они останутся хорошими друзьями. После того как Мира разобьёт её сердце, которое и так держится из последних сил, чтобы не рассыпаться, после каждого подобного «расставания».
-Я должна написать ей, закончить это наконец- смотрит на Соню глазами, вины полными, ищет поддержки в той, кому самой нужна эта поддержка, ещё и в ситуации, максимально эгоистичной.
-Не буду мешать, если что я в комнате, я рядом всегда, хорошо? - Мира кивает загнанно и за стол кухонный садится, телефон включая и в переписку с Соней заходя. Ещё хуже становится когда видит что она ей написала.
«Не знаю когда ты это прочитаешь, тебя долго уже в сети нет, но я просто хочу сказать тебе, что люблю очень. Будто впервые влюбилась, клянусь, никогда такого не испытывала, обычно только я в отношениях всё вытягивала, а тут ты тоже всегда рядом, поддерживаешь, показываешь свою любовь. Возможно текст этот по детски наивно звучит, но я очень люблю тебя, правда. Когда нибудь вместе из страны уедем, как ты и хотела, станем наконец свободны, поженимся, возможно даже ребёнок у нас когда-то появится, потому что не знаю как ты, но я бы очень хотела. Не заставляю конечно, решение нам обеим принимать. Я люблю тебя рыжуль и скучаю очень, хоть и виделись недавно»
У Миры казалось весь воздух из лёгких выбило, после этого сообщения расставаться с ней совершенно не хотелось, потому что в очередной раз боль причинит той, кто так искренне любит.
И мечтает о том, чтобы Григорьева ей изменила, потому что так будет проще, так будет весомая причина для расхода, но блондинка любит. Действительно любит и уж точно не изменит никогда.
«Соня, мне очень тяжело писать тебе это сообщение. Я долго собиралась с мыслями, взвешивала каждое слово, но понимаю, что откладывать больше нельзя, особенно сейчас, перед Новым годом, обманывать тебя и себя я не смогу, ты стала действительно близким для меня человеком, но к сожалению не настолько близким, как хотелось бы тебе. Я читала твоё письмо, и плакала. Ты вложила в него столько тепла, столько любви. Ты - человек, о котором можно только мечтать: искренняя, заботливая, такая, какую я всегда хотела видеть рядом. Ты говоришь о будущем, о нашем будущем, так уверенно, с такой надеждой, что мне становится больно осознавать то, что я собираюсь сказать. Мне тоже больно сообщать об этом, потому что ты не заслуживаешь того, что я скажу дальше. Но я не могу больше это скрывать. Я пыталась разобраться в своих чувствах, найти ту искру, которую ты, кажется, так ясно видишь между нами. Но правда в том, что её нет... Я поняла, что никогда не любила. Я всегда хотела любви, жаждала её, как чего-то недостижимого, что поможет мне почувствовать себя полноценной, потому что после всего, что произошло в моей жизни, я действительно надеялась что любовь спасёт меня. И когда ты пришла в мою жизнь, с твоей теплотой и заботой, я подумала, что это и есть та самая любовь. Но это была ошибка, моя ошибка. Мне так стыдно за то, что я могла дать тебе ложные надежды, что я могла заставить тебя поверить, будто мы с тобой любим друг друга. Я действительно думала что люблю, никогда не обманывала, но к сожалению я поняла что любовью это не было никогда только сейчас. Я вижу, как сильно ты меня любишь, как ты мечтаешь о нашей совместной жизни, и это разрывает меня изнутри. Ты заслуживаешь человека, который ответит тебе тем же, ту кто будет смотреть на тебя с такой же любовью, с какой ты смотришь на неё. А я... я просто не могу быть этим человеком. Я знаю, что тебе было больно раньше, что ты уже сталкивалась с предательством и разочарованием. И то, что я сейчас говорю, возможно, только добавит боли. Но я не хочу дальше обманывать тебя или себя. Это было бы несправедливо. Я ценю тебя как человека, как подругу и ты не представляешь как бы я хотела действительно полюбить тебя. К сожалению я не могу. Я знаю что ты сильная, ты невероятная, ты найдёшь ту, кто сможет стать твоей поддержкой, твоей любовью. А я... я только прошу у тебя прощения. За то, что не смогла стать той, кто будет с тобой всегда, за то, что разбиваю твоё сердце перед праздником, который должен был стать нашим общим. Пожалуйста, не думай, что в тебе что-то не так. Это я ошиблась, это я была эгоистичной, не разобравшись в себе, бросилась в омут своих «чувств» с головой. Ты достойна счастья, настоящего, и я искренне желаю, чтобы ты его нашла. Будь счастлива, Сонь. И знай, что я всегда буду желать тебе только самого лучшего. Прости меня.»
Слёзы безудержно текут по щекам, пока Мира старается стереть их все. Бесполезно. И сейчас она действительно сделала что-то, за что возможно никогда себя не простит. Нажимает «отправить» и откладывает телефон в сторону, позволяя себе действительно разрыдаться.