(Wuwa) Затерянные в тумане
Еее, новый фд! Надеюсь, вы рады!
Гешу Лин
Хотя (Т/И) никогда не относила себя к робкому десятку, все же чувствовала, как все ее нутро дрожит от гнетущего и удушающего ощущения смутной угрозы. Из густого молочно-белого тумана на нее глядят хищные золотые глаза, следящие за каждым ее шагом. Она кожей ощущает опасность, крутится, вертится на месте, однако хищник слишком опытен и хитер – расположился достаточно близко, чтобы не упустить жертву, но и достаточно далеко, чтобы оставаться незамеченным. Зверь забавляется ее страхом, упивается тем, как она дрожит, завидев смутный силуэт в толще тумана. Каждый вдох дается (Т/И) с трудом, а воздух кажется плотным и тяжелым, оседающим в легких, туманя разум. Из-за влияния Эфирного Моря кошмары вырвались на волю, тучи сгустились над землей и все вокруг заволокло призрачной пеленой. Толку от фонарика никакого, ничего не видно – что с ним, что без него, хотя и включить его все равно не вышло, ведь он не выдержал столкновения с землей после падения.
Сердце (Т/И) уходило в пятки из-за каждой пляшущей тени. Как жаль, что единственный источник света сломан, и нет возможности предать себе крупиц храбрости, даже если эта мнимая храбрость держится на самообмане. Дыхание поверхностное и нестабильное, сбивающееся каждый раз, как слышится глухой рев или шорох. Сердце же в свою очередь, билось с такой силой, что его сокращения отдавались в ушах. (Т/И) шла очень медленно, шажок за шажком брела по едва различимой тропинке. Дожить бы до рассвета. А сейчас надо убираться отсюда, прочь от того, что пожирает ее взглядом. Она готова сорваться на бег, но страх привлечь ненужное внимание сильнее. Уж лучше идти медленно и дрожать от каждого дуновения ветерка, чем поднять шум, пуститься в бега и сгинуть во мраке, сойдя с дороги или попав в когти зверям и монстрам. Умирать нельзя, еще есть дела и те, к кому нужно вернуться. Медленно, но верно (Т/И) приближалась к своей цели, по капле за каплей становясь увереннее в себе и в том, что через несколько часов она окажется в тепле и безопасности.
Зря.
Какими бы леденящими кровь ни были черные тени и ночные звуки, куда страшнее было, когда они пропали. Когда именно это произошло (Т/И) не знает. Просто в один миг осознала, что вокруг слишком тихо, будто мир за туманом исчез, остались только она, клочок земли и все тот же взгляд, прожигающий ей спину. Из-за мертвой тишины, она слышала, как что-то неспешно приближалось к ней. Разыгравшееся воображение уже представило, как острые клыки впиваются и раздирают шею, а кровь ручьями стекает по плечам и телу, щекоча и раздражая неумолимо затухающее сознания. Надо бежать, только ноги дрожат и не слушаются. И вот нечто оказывается прямо у нее за спиной. (Т/И) чувствует, как ее талию обвивают, прижимая к чужому жесткому телу. Сзади раздается:
— Вот и попалась. Какой глупостью было продолжать путь, зная что туман будет только сгущаться.
Этот голос... Нет, нет-нет-нет, быть этого не может! Ей же сказали, что он погиб и от него остался только его меч! Но кто тогда держит ее в железной хватке, почему голос так похож на голос Гешу Лина? (Т/И) выуживает ножик и пытается нанести удар обидчику, однако сильно недооценила оппонента – он не менее быстр, нежели настоящий бывший генерал. Он перехватывает ее запястье и сжимает его едва ли не до хруста, вынуждая отпустить нож. (Т/И) скулит от боли, больше подсознательно трепыхается в тщетных попытках вырваться на волю, в то время как воин сзади хищно ухмыляется – вблизи ее реакции услаждают еще больше. Он разворачивает ее к себе лицом, прижимая грудь к груди? и даже через все слои одежды и плоть, чувствует, как бешено бьется маленькое сердечко внутри нее.
У (Т/И) внутри все узлом завязалось от ужаса, стоило ей мельком заглянуть в его глаза. Это точно не ее Гешу Лин! У него были глаза цвета тягучего меда, а взгляд всегда, когда был направлен на нее, сиял нежностью, но сейчас – совершенно иное. Сейчас его взор был полон жажды крови и больше напоминал ледяные иглы, жаждущие впиться в нее. То были глаза зверя. А еще этот шрам под глазом и морщины... Вроде они находились там же, однако что-то было не так, будто перед (Т/И) был некто в искусной маске, грозившей сползти с его лица и открыть миру свое истинной лицо. Она дернулась еще раз, однако руки призрачного генерала держали ее словно кандалы. Из-за спины раздался хриплый смешок:
— Ну и ну, милая, ты стала сильнее, – издевался Гешу Лин.
Действительно, даже если (Т/И) стала сильнее, во всяком случае она по-прежнему и рядом не стояла опытным воином. Она почувствовала, как ее сжимают сильнее, буквально выдавливая из ее легких воздух и не давая нормально вдохнуть вновь. Девушка ерзала и дергалась, только забавляла зверя позади нее, однако в конце концов обмякла в его руках, готовясь к худшему.
— А давай проверим, насколько сильно ты изменилась, – неожиданно предложил Гешу Лин, – правила очень просты: я отпускаю тебя, а ты пытаешься убежать. Если выиграешь ты, то доберёшься до нужного места в целости и сохранности, но если я... – повисла пауза, ясно давшая понять что он сделает с ней, если она не сможет уйти от него.
Выбора нет. Беги, не беги, а исход все равно один – смерть. И (Т/И) хотела уже сдаться, поскольку уже не видела смысла в борьбе. Ее однозначно подведут дрожащие ноги и многострадальные легкие. Но все же было кое-что в ней, нечто, присущее живому. Наверное, это стремление к свету, стремление продолжать жить и воля к борьбе за свое место в этом мире, которая перевешивает страх и отчаяние. (Т/И) шумно сглатывает, чем заслуживает едкую усмешку Гешу Лина. Она напрягается в руках бывшего генерала, готовясь бежать, что есть мочи. Плевать на лиходейских тварей в тумане – все они просто посмешище в сравнении со зверем за ее спиной, и она больше чем уверена, что гробовая тишина повисла в воздухе только потому, что он объявился лично.
— Раз, – начинает отсчет видение, – два... три!
Он резко отпускает ее, и (Т/И) от неожиданности, едва ли не падая, делает несколько неуклюжих шажков вперед, подобно жеребенку, пытающемуся овладеть своими конечностями. Она заставляет себя собраться и бежать, куда прикажет сердце. Ей всегда говорили что, когда разум не в силах дать ответ, на помощь приходит сердце. Пожалуй, и впрямь, единственно, что может сейчас помочь – это интуиция, помноженная на физическое усилие, сверх ее обыденных возможностей, и вкрапления чуда. (Т/И) стартует и несется, изо всех сил, едва разбирая дорогу, все ее мысли забиты только тем, что ей надо убраться куда подальше и при этом не споткнуться о корягу или не поскользнуться на грязи. Откуда-то издали доносится леденящий голос Гешу Линя, и поначалу из-за стука сердца в ушах она даже не понимает, что что-то происходит. Однако мистический туман не дает звуку быстро загаснуть, и спустя какое-то время до нее доходит – он ведет обратный отчет.
— Шесть...пять...четыре...три, – неспешно считает он, наслаждаясь страхом (Т/И).
Адреналин разгоняется в крови, предавая небывалых сил и выносливости, и несмотря на то, что ноги и дыхательные пути уже будто бы горят огнем, она только ускоряется, бежит вперед и не оборачивается.
— Два...один! – счет обрывается, однако (Т/И) готова поклясться, что слышит за собой чужую быструю и тяжелую поступь, несущую ее погибель.
Ускориться надо, но не получается. Быстрее уже некуда, и все, что ей остается это не сбавлять темп и молиться всем высшим силам, чтобы ее уберегли от зверя, преследующего ее. Постепенно почва под ногами с глинистой и сырой сменилась на рыхлую и более плодородную: убегая, она нещадно сминала различные травы под ногами. И если бы не Гешу Лин, не догнавший ее только из-за своего, жестокого развлечения, (Т/И) даже обрадовалась бы, ведь это бы значило, что она близко к цели, да и к тому же туман стал менее плотным. Тем не менее за ней по-прежнему велась погоня, у которой был один весьма трагичный исход.
И вот когда почти иссякли последние силы, а воля к жизни оказалась на смертном одре, (Т/И) запнулась о свои же ноги и по инерции немного проехалась по земле. Также по инерции она продолжила движение, неловко ползла, пока сквозь слезы, застлавшие ее глаза седой пеленой, не заметила, что пепельная дымка – это ее слезы. Уставший разум не сразу осознал, что туман и, соответственно, нечто, притворяющееся Гешу Лином, остался позади. Не успела она облегчённо выдохнуть, как на грани тумана и ясного подлунного мира возник зверь, преследовавший ее. Он злобно скалился, а хищный золотой взгляд прожигал в ней дыры. (Т/И) отшатнулась назад. Ее воспаленному сознанию показалось, будто туман – единый бесплотный разум, генерал – особый способ изловить жертву, а она сама, собственно, добыча; и вот это чудовище тянет к ней вои белесые конечности, да не может ухватить, вот и остается ему беситься.
— В следующий раз, милая, тебе не повезет, – губы Гешу Лина растянулись в страшной улыбке, – не гуляй во время аномалий.
Говорит бывший генерал и медленно растворяется вместе с отступающим туманом. Однако (Т/И) еще долго чудится, его пристальный звериный взгляд. Ее трясет от усталости, постепенно накатывающего осознания того, что она пережила и новой партии ужаса, наполняющей ее жилы. Почему-то она не хочет проверять, что будет, если активность Эфирного Моря и последующие туманы с леденящими душу видениями и богомерзкими тварями застанут ее – упаси все хорошее, что есть в этом мире – в сельской местности. Однако что-то внутри кричит о том, что лиходейского призрака генерала ее не спасут ни городские стены, ни сотни замков и дверей.
Ура, Ленивое Нечто наконец-то дописало это! Я как всегда – мастер нелогичных сюжетов и скомканных концовок, тем не менее я все же постаралась. Надеюсь вам понравилось!
Всем бобра и добра!