Лох|Данизка

В груди так сладко и страшно, ты просишь потише.
Я хочу смотреть, как наши ломаются жизни.

Лиза просыпается, едва лучи рассветного солнца успевают коснуться её лица. Просыпается сложно, нехотя, морщится, когда в ушах раздаётся надоедливая трель телефонного звонка. Хрипит и кашляет, пытаясь встать — кажется, она много выпила вчера и долго не спала.

Да, долго не спала. Кажется, она вспоминает всё, что было, вспоминает и слабо ухмыляется, пытаясь разглядеть прищуренными глазами, не сбежал ли её спутник.
Нет. Лежит на другой части кровати, забавно подняв руки вверх и приоткрыв рот. Одеяло прикрывает лишь половину тела, и девушке открывается прекрасный обзор на широкую спину, усеянную веснушками так же, как и его комичное лицо. Данила смешно морщит нос и переворачивается на другой бок, когда Лиза случайно дёргает одеяло.

«Миленько».

Данила не кажется Лизе роковым красавчиком, каким он считает себя. Вообще не кажется красавчиком. Смешной, довольно милый, дерзкий — она любит таких, любит решительных парней, которые не теряют времени, которые готовы всегда и везде, стоит только обмолвиться.

К сожалению, не складывалось. Ей всегда попадались нюни, которые с трудом оторвались от юбки матери. Такие ведут себя слишком противно: спрашивают разрешение, прежде чем что-либо сделать, даже если оно вовсе не требовалось.

Для Лизы было стратегически важно попробовать Данилу, ведь о нём она была наслышана очень хорошо. Её отец частенько говорил о том, какой у его лучшего друга сын: умный, смелый, прямолинейный, правда взбалмошный и иногда чересчур отчаянный. Таких парней у неё ещё не было, поэтому, когда девушка нашла его в коридоре чужого дома в странном состоянии, она уже знала, что из этого что-то выйдет.

Неред нащупывает телефон на прикроватной тумбочке и хриплым голосом отвечает на звонок, поглядывая на Данилу.

Звонит отец. Требовательным голосом он заявляет, что Лиза через пять минут должна быть в аэропорту, а иначе лишится всех денег, которые он недавно перевёл ей на карту.

Девушка резко вскакивает, понимая, что она совершенно забыла о запланированной ещё две недели назад поездке всей семьёй в Таиланд, из-за которой родители ей вынесли все мозги. Она отказывалась ехать, оправдывалась долгами по учёбе. Не помогло.

Мужчина кладёт трубку, не услышав ответа, который ему и не нужен вовсе (он и так знает, что дочь не посмеет ослушаться), а Лиза начинает судорожно метаться по комнате в поиске своих вещей. Бóльшую часть из них она находит в одной куче с вещами Дани около кровати. Не хватает только лифчика.

Лиза тихо шипит себе под нос, чтобы не разбудить Даню и аккуратно заглядывает ему под одеяло. Девушка невольно хихикает, приложив ладошку ко рту.

«Неплохо».

Нужную вещь она находит висящей на пятке Кашина.

Открывая дверь, девушка вдруг поддаётся порыву и оборачивается. Данила всё так же спит. Она вздыхает и, проклиная себя на чем свет стоит, подходит к кровати и смазано целует парня в щеку.

И что вообще происходит?

Неясно. Но ясно одно: она вернётся и сразу же позвонит ему.

Нет, она придёт к нему, узнает адрес у отца и...

Будь что будет, но Данила Кашин так просто не уйдёт от неё. Даже не стоит надеяться.

Он — слишком идеальный вариант, такой же азартный, как сама Лиза, такой же отчаянный и так же плюющий на общество снобов и их недоразвитых деток.

Стоит ли упускать такую возможность?

Давай я перезвоню тебе, когда буду совсем в дерьмо.
Беги от меня, я стану твоей тюрьмой.
Я позвоню тебе, захлёбываясь выкриком:
«Я тебя выиграла! Теперь ты мой!»

* * *

Я, наверное, завтра не вспомню твоё лицо.
Только буду помнить о том, что ты очень красивая.
Начало еще одной сказки станет концом.
Я влюбляюсь в мечту. Спасибо.

Данила сплевывает на асфальт и делает очередную затяжку. От никотина уже тошнит, но Кашин не может перестать курить. Нервы натянуты, руки дрожат, и только терпкий дым немного успокаивает.

Парень сидит на спинке лавочки, забравшись на неё с ногами. Шесть утра, на улицах не людно, а значит, никто ничего не скажет. Не то, чтобы Данилу обычно волновало чужое мнение, но ссориться с кем-то с самого утра ему не хотелось.

Самого парня в такую рань вынудил встать Руслан, который, в тайне от своей будущей жены, планировал подстроить похищение невесты и разработал для этого целый план, в который были посвящены только самые близкие друзья и некоторые родственники.

План заключался в том, что, когда Настя выйдет в уборную, там её будут поджидать Даня и Юлик в балаклавах, которые после ЗАГСа затеряются где-нибудь. Парни должны будут протащить Настю через зал, что заметит сам жених и, конечно, кинется спасать свою новоиспеченную жену.

Юлик и Данила запихнут Настю в машину, а Тушенцов якобы попытается им помешать сделать это, но в этот момент подоспеет Кузьма, который оглушит Руслана и тоже засунет в машину, затем парни усядутся и все вместе отправятся в путь.

Их довезут до квартиры Никиты, которая находится ближе всего к ресторану, где троица переоденется и отправится гулять, а вот Руслан с Настей поедут в их гостиницу.

И всё это Тушенцов придумал лишь для того, чтобы свалить с собственной свадьбы раньше положенного.

Даня выдыхает сизое облако, слегка наклонив голову вниз и втягивает носом свежий воздух. Очередной окурок летит в урну, за ним следует и пустая пачка. Данила сцепляет пальцы в замок и кладёт их на колени, замирая на несколько минут.

Несмотря на то, что этот апрельский день выдался довольно холодным, на Кашине одна лишь тонкая футболка и ветровка, которую он нашёл на вешалке в доме, в котором проходила вечеринка.

Нашёл ветровку, но не нашёл Лизу.

Она исчезла, будто бы её и не было, будто вся ночь лишь померещилась Даниле, и если бы не Даша, которая всё помнила, парень бы решил, что он просто перебрал.

Когда Даня, злой как чёрт из-за того, что его снова кинули, начал метаться по дому в поисках своего рюкзака, в котором оставил подарок для Руслана, его поймала Даша. Девушка, ничего не подозревая, поинтересовалась, куда же пропала Неред, за что получила в ответ словесный поток, состоящий только из отборного мата, но если перевести его на человеческий язык, можно было понять, что Данила не знает, где его девушка.

Рюкзак там он всё-таки нашёл, а вот пачку презервативов, которые оставил там — нет.

Кому было действительно хорошо, так это Руслану, которого нашли в одной из комнате спящего на полу с бутылкой в обнимку. По словам парня, он не помнил вообще ничего и искренне поражался, когда ему стали рассказывать. На моменте с пением Лизера, Руслана почему-то начало тошнить. Обнимаясь с белым другом, Тушенцов между приступами рвоты клялся, что не будет пить даже на своей свадьбе, вызывая смех друзей.

Данила решил не портить им настроение и хмурый и недовольный ушёл, тихонько прикрыв за собой входную дверь. Каблук, предназначенный Руслану, он закинул тому в рюкзак вместе с запиской.

На часах было три дня. Даня вызвал себе такси и, назвав адрес Лизы, решил сразу поехать к ней, чтобы со всем разобраться, в конце концов, Данилу никогда так не кидали, и ему нужны были ответы.

— Как ты? — спрашивает Тушенцов, усаживаясь около Кашина, прерывая его размышления.

Даня набирает полную грудь воздуха.

— Охуенно, блядь, — шипит Данила, улыбаясь другу словно сумасшедший. В его кармане звонит телефон, но парень даже не реагирует на это, понимая, что там не может быть ничего важного.

Тушенцов качает головой и хлопает Кашина по плечу.

— Она не появлялась?

Руслан наслышан о проблеме друга. Лиза не давала о себе знать уже четыре дня, почти как в прошлый раз. Телефон девушки находился вне зоны действия сети, а во всех социальных сетях она последний раз была онлайн в день мальчишника. Даня даже несколько раз ездил к ней квартиру, но, конечно, ему никто не открыл, причём Кашину даже не удалось расслышать звук шагов или какой-то шум, что наводило на мысль, что хозяйки не было дома.

Это пугает и злит Данилу одновременно. Он переживает, что что-то могло случиться, а ещё его уязвленная гордость также даёт знать о себе.
— Нет, — сквозь зубы шипит Кашин. — Блядь, если для неё это так важно, я скажу, что это было ошибкой, что я не мог думать трезво, ну и прочую хуйню, которую обычно говорят.

— Оправдаешься? — хмыкает Руслан.

— А что делать? — вопросом на вопрос отвечает Кашин и разводит руками.

— Уверен, что она просто не испугалась? — Тушенцов выглядит действительно взволнованным. — Она же баба, в конце концов.

Даня крепче сжимает руки и выдыхает через нос, склонив голову.

— Я ни в чем не уверен и спросить, как видишь, возможности нет.

— Ой, дурак-дурак, — Руслан цокает языком, — ты ничего не понимаешь.

Парень достаёт вейп и затягивается, вынуждая Кашина скривиться и отодвинуться от друга.

— Да, — кратко отвечает Данила и повисает неловкое молчание.

Разговор заканчивается. Ещё несколько минут, прежде чем уйти, они сидят в полной тишине, которую иногда прерывают только громкие порывы холодного ветра.

Даня на миг хмурится и прикрывает лицо руками, давая волю эмоциям. Наконец-то парень признаёт, что он влип. Влип по полной. Руслан опускает глаза в землю и делает вид, что ничего не замечает, хотя на самом деле парню тоже становится паршиво и грустно за друга.

Кашин крепко жмурится, сцепив челюсть, но и это не помогает избавиться от образа Лизы в голове. Он невольно вспоминает, как её пальцы цеплялись за его плечи, как она томно вздыхала от его прикосновений, как её обнажённая грудь скользила по его коже.

Он вспоминает. И ему становится плохо.

Он вспоминает и понимает, что в этот раз просто так не пройдёт.

Это чувство стучится в грудь и горит мостом.
Разойдемся, и ты тоже меня забудешь.
Я, наверное, завтра не вспомню твоё лицо,
но я буду искать его, наблюдая толпу лишь...

* * *

Ребята бурно обсуждают план Руслана, сидя на кухне Кузьмы и попивая крепкий кофе. Его им заварила жена Никиты — Катя, которая не поленилась встать в такую рань да и ещё напечь блинов. Данила видит, как светится Никита, наблюдающий за девушкой, и в его голове невольно появилась мысль, что от такой семейной жизни он бы тоже не отказался. Конечно, ясно, что, как у большинства пар, у них случаются ссоры, но забота — самое главное, как считает Даня.

О нём никто никогда не заботился: у матери сначала не было времени, чтобы уделять внимание сыну, а потом родился Никита и не стало возможности — мальчику, как любому ребёнку, нужен был круглосуточный присмотр. Данила никогда не ревновал, ведь понимал это, да ему и не нравилось, как Надежда Павловна проявляет заботу: слишком навязчиво, не советуясь с парнем, считая, что только её мнение — верное, а Данила — просто глупый мальчишка, не понимающий толком, что ему нужно. В какой-то степени так и было, но женщина часто перегибала палку, что замечали и остальные члены семьи.

Маленький Никита с младенчества просто обожает брата и с возрастом всё чаще и чаще пытается за него заступиться, чем делает хуже им обоим. Надежда Павловна никогда не терпела пререканий: как на работе, так и в семье, и это — единственное, что наверняка знал о своей матери Данила, в целом, женщина совершенно непредсказуема.

Конечно, Данила любит свою мать, и ему дико стыдно, когда он, во время очередной ссоры, невольно мысленно посылает её в не столь отдалённые места, просто потому что не может выдержать такого давления.

Неожиданно Руслан резко подскочил и, хлопнув себя по коленям, заявил, что пора закругляться: скоро проснётся Настя и к этому времени он должен оказаться в своей постели.

Даня благодарен ему — усталость, несмотря на кофе, давала о себе знать. Данила не спал целую ночь, бессонница беспокоила его третий день, а вместе с ней и навязчивые мысли.

Конечно, главной их причиной является именно Лиза: за две недели их личного знакомства, она исчезает уже второй раз. Это невероятно интригует Данилу, но так же сильно и бесит, вынуждая чувствовать себя каким-то мальчиком на побегушках. И почему ему только так везёт?

Прошлая его пассия требовала к себе круглосуточного внимания, дико ревновала Кашина ко всем и, как впоследствии оказалось, просто водила его за нос. Её звали Эвелина и, прежде чем уйти, она хорошенько потрепала ему нервы и кошелёк.

Естественно, тут же узнав, что у его девушки есть другой, Данила бросил её, но нельзя сказать, что его это не задело — Даня был невероятно зол и просто на неделю исчез со всех радаров. Не отвечал на звонки, не заходил в социальные сети. Только пил пиво и играл в видеоигры, пытаясь расслабиться.

Вышло.

Данила тяжело вздыхает и жмёт всем руки на прощание. Парень вызывает себе такси — на ещё одну прогулку ему вряд ли бы хватило сил, поэтому едва голова Кашина успевает коснуться гладкой обивки сидения, он тут же засыпает. Ему снится что-то неясное, сумбурное, но яркое, будто все семь цветов радуги.

Но приехав домой, ему с большим трудом удаётся провалиться в недолгий, но беспокойный сон, из которого его вытаскивает громкий звук капель дождя, соприкасающихся с окном.

Дане становится грустно, он не может сдержаться и берет в руки айфон. В очередной раз пересматривая фотографии Лизы, у Дани возникает желание распечатать их и развесить в рамочках по всей квартире, чтобы невольно задерживаться взглядом на них, когда занимаешься обычными делами. Кашин тут же отгоняет эту мысль прочь, чётко понимая, что от таких замашек лучше избавиться сейчас раз и навсегда.

Даня злобно швыряет телефон на другой конец дивана и вскакивает на ноги.

«Нужно что-то сделать». Впервые одиночество так сильно давит на на него.

И парень решается.

— Алло, Юлик, помнишь ты говорил, что к тебе какой-то чмырь доёбывается? Я в деле.

* * *

Он возвращается лишь к десяти. Уставший, с разбитым лицом, но довольный и расслабленный. Всё-таки за такой короткий срок Даня подзабыл это ощущение удовлетворения, когда по твоим костяшкам стекает кровь мудака, который заслужил в три раза больше, чем просто сломанный нос.

Парень включает кран с холодной водой. Подставляет под струи лицо, протирает его руками и бросает взгляд на зеркало. Из него на Данилу смотрит уставший парень: глаза, под которыми пролегли синие тени, в тусклом освещении кажутся совсем серыми, словно грозовое небо, веснушки потускнели на обескровленном лице, а разбитый нос опух до размеров самой крупной картошки.

Звонок в дверь вынуждает Данилу дернуться от неожиданности и поскользнуться на мокром кафеле, благо, Кашин успевает схватиться за умывальник пальцами.

Сердце вырывается из груди, Даня пытается восстановить дыхание — только что он едва не попрощался с жизнью, ещё немного и его голова, соприкоснувшись с твёрдой поверхностью, удостоилась того же, что и его нос.

А тем временем кто-то активно продолжает насиловать звонок, крайне сильно желая увидеть Данилу. Принимать гостей парню не хотелось от слова совсем, но кто-то словно невидимой нитью тянет его к выходу.

Кашин набирает полные лёгкие воздуха, нажимая на дверную ручку. Даня готов выдать целую тираду о том, как невежливо беспокоить людей в столь поздний час, но тут же замирает на месте с открытым ртом, обомлев.

Перед ним стоит Лиза Неред. Совершенно живая, кажется, даже настоящая, уставшая раскрасневшаяся, в футболке, натянутой на выворот, но настоящая. Данила внимательно всматривается в её черты, пытаясь найти хоть один изъян, который подтвердит, что это не Лиза, но не находит.

В следующую секунду случается то, что ещё больше выбивает Даню из колеи: Лиза неожиданно поддалась вперёд и... обняла его. Данила несколько секунд не может придти в себя, но затем кладёт руки ей на спину и нерешительно прижимает к себе.
— Хули ты от меня бегаешь? — шипит Данила, готовый прочитать нотацию о том, почему от него нельзя убегать. Но только Кашин открывает рот, чтобы высказать всё, что он думает, как Лиза тут же затыкает его поцелуем.

— Ты ебанутая, — выдыхает он, отстраняясь, и больно кусает девушку за губу, на которой тут же появляется капелька крови.

— Извини, я уезжала, — тихо произносит она и опускает глаза в пол. Даня качает головой и поднимает её пальцами за подбородок так, чтобы девушка смотрела ему в глаза.

— Мне похуй, ещё раз так сделаешь, три дня ходить не сможешь.

Лиза заливается смехом и, поддавшись порыву, крепче обнимает Даню.

Но в этом маленьком городе очень тесно.
Мы встретимся, обещаю, встретимся только раз.
Я напишу эту грустную, грустную песню,
нажимая на газ, пролетая опять на красный...

* * *

— Слушай, а го мутить? — неожиданно предлагает Данила, слегка наклонив голову, чтобы было видно Лизу, которая лежит на его плече.

— Не-а, — усмехается она и дерзко смотрит Даниле в глаза.

Они лежат на его кровати в таком положении около двух часов и смотрят фильмы. До этого момента в комнате царила полная тишина, не считая голосов, исходящих из ноутбука. Никто из них не знал, что можно сказать в такой странной ситуации.

Честно говоря, Даня находится в шоке и ещё не до конца осознал происходящие. Что-то странное творится в его жизни в последнее время, но почему-то ему это даже нравится.

А ещё он совершенно забил на учёбу.

— Ты, обломщица, — выдыхает прямо в губы Лизе Данила и нежно целует её, не чувствуя сопротивления. Лиза лишь берёт его лицо в ладошки и протягивает ближе к себе, а потом и вовсе взбирается на парня, прижав его бёдрами по бокам.

Она впивается в его губы слишком отчаянно, целует слишком быстро, словно пытаясь съесть парня, что ему совершенно не нравится. Даня кладет руку Лизе на затылок и слегка тянет за волосы, призывая её успокоиться и она поддаётся, возможно, впервые за их знакомство Лиза готова послушать Данилу.

И парень рад, рад, что смог совладать со стихией, потому что Лиза — шторм, чёртов шторм, который не подчиняется — подчиняет. И если во время мальчишника Руслана Данила не до конца понял, что и как произошло, то сейчас он чётко осознаёт, что Лиза хотела этого, и алкоголь в её крови ничуть не виноват, разве что он помог сбить Кашина.

— Знаешь, как мне хочется отодрать тебя после всего? — оторвавшись от поцелуя, неожиданно выдаёт Данила, потемневшими глазами глядя на девушку. Она учащенно дышит и почему-то напугано качает головой. — Засунуть в рот кляп, связать руки, поставить раком и шлепать, пока твои ягодицы не посинеют, а затем войти в тебя во всю длину и отыметь как можно жестче, да так, что после этого ты не сможешь встать на ноги, но я знаю, что ты этого и хочешь, поэтому приготовься прыгать на моём члене столько, сколько я пожелаю и — бога ради! — не кричи слишком громко. Все, что было в прошлый раз — просто детские забавы, будь уверена.

Данила дерзко улыбается и хлопает порядком удивлённую Лизу по спине, а затем снова тянется к её губам, в то время, когда она сидит совершенно неподвижная и пораженная. Кажется, в этот раз Дане удалось сбить её с толку, чем парень невероятно доволен.

— Как бы не так, — берёт она себя в руки и, заставив Данила приоткрыть рот, мигом слетает кровати.

Секунда — хлопок входной двери.

Даня, ничего не понимая, прячет лицо в ладони и нервно хрюкает от смеха.

Вот так и радуйся победой в бою и взятым в плен противником, который, оказывается, всё это время выполнял своё задание — убить тебя. Получилось.

И почему она только убегает?

Данила набирает полную грудь воздуха, очень надеясь, что девушка не исчезнет снова на неделю, в противном случае, он просто пошлёт её. Даня не любит, когда с ним играют, более того, не позволяет никому водить его за нос, кем бы этот человек не приходился ему.

Ну, разве что маленькому Никитке Даня разрешал делать это, но всё это было детскими играми, а здесь уже даёт о себе уязвленная гордость.

А ночью ему снова приходит крайне интересная фотография, но в этот раз на ней уже полностью обнажённая Лиза. Она стоит у зеркала во весь рост и как-то скромно прикрывает грудь одной рукой.

И почему-то Кашину неожиданно захотелось ответить ей тем же, но не успевает Данила даже шелохнуться с места, как ему приходит сообщение в телеграмме.

Ебнутая
Приезжай.

Данила ухмыляется и качает головой. Что же, она хотя бы не исчезла — это уже огромный плюс. Возможно, через несколько недель Дане удастся приручить её полностью.

Или хотя бы приучить к лотку.

Конченый
Не-а, ты снова обломаешь меня.

Ебнутая
Не обломаю.

Конченый
Врёшь.

Ебнутая
Ну так приезжай и проверишь ;)

Конченый
Блядь, буду через десять минут.

Кашин быстро блокирует телефон и судорожно пытается собраться. Вероятность того, что Лиза всё-таки отошьет его — девяносто процентов, но лучше попробовать, чем не попробовать.

Кажется, его уязвленная гордость уснула крепким сном.

Ебнутая
Лох: D

Вылетая на свет твоих глаз, как самолет.
Это убьет во мне что-то и станет тихо.
Обними меня, там в каждой секунде — год,
голод, и нет никакой возможности жать на «выход».