3. Чудеса случаются
Я сплю, но мои глаза по непонятной мне причине открыты. Сухо, хочется плакать. Пытаюсь их закрыть, но ничего не выходит, провожу рукой по лицу и натыкаюсь на посторонние части тела.
- Кииит, убери руки от моего лица, - сейчас заплачу, мне снова не дали поспать, - это до ужаса неприятно.
- Думала, ты умер. Нереально так долго не моргать. А еще у тебя закатились глаза, выглядело это жутко!
- Когда человек спит, глаза всегда закатываются.
Снимаю с себя маленькую обезьянку и переворачиваюсь на живот. Вот так доброе утро. По-настоящему доброе.
- Мы с мамой приготовили завтрак. Уверена, тебе понравится! – она тянет меня за руку. – Пойдем скорее.
- Оденусь и спущусь, беги вниз.
- Хорошо, - улыбаюсь ей, - жду тебя на кухне.
Натягиваю штаны, белую свободную майку и иду умываться. Вода избавляет от остатков сна. На тумбочке вибрирует телефон, сердце замирает, это второй раз за эти сутки, которые он меня не видит.
«Приедешь сегодня?»
«Не могу».
«Может хотя бы в городе встретимся, кофе попьем?»
«Меня не будет в городе».
Это жестоко, но мне хочется отплатить ему за все часы грусти и истерик, которыми он накачивал меня.
«Хватит мне мстить... Я всю ночь не мог заснуть».
Мне стало совестно от того, что я уподобился ему, так же жестоко издеваюсь над любимым человек, а ведь дал себе обещание.
«Этого достаточно?»
«Хочу увидеть тебя».
«Мы едем за город на семейную встречу с друзьями отца».
Мать предложила взять его с собой. Не уж-то именно это и сделаю?
«А ты... ты никак не можешь не поехать?»
«Я дал обещание отцу» ... «Хочешь с нами?»
«Нет. Если ты будешь там – поеду».
«Скоро буду, жди».
Надеваю черные узкие джинсы, бордовую футболку поло и спускаюсь вниз.
- Всем доброе утро. Рад видеть ваши заспанные и недовольные лица.
- Соскучился небось по семейным воскресеньям? – мама улыбается и целует меня в щеку.
- Безумно!
- Ты куда-то собрался? – отец выглянул из-за газеты. – Забыл, что мы едем? Всего через полтора часа.
- Помню. И обещания своего не заберу. – забрасываю в рот кусочек творожного чизкейка и издаю довольный вздох-стон, - Кит, мама, - специально делаю ударение на последний слог, родителям нравится французская манера, - вы потрясающие женщины! Очень вкусно!
- Мама, я же говорила, что ему понравится! – у Кит нет этой привычки - ставить ударение на последний слог, слово «мама» звучит очень по-детски.
- Отец, у меня есть просьба.
- Готов согласиться, но прежде все же хочу ее услышать.
- Может с нами поехать мой друг? Просто боюсь, что я очень быстро устану от женской компании, а вы с Солнцевым займетесь работой. Тем более ты уже давно хотел познакомиться с моим соседом.
Отец было открыл рот, но мать положила руки ему на плечи и подарила мне улыбку.
- Соглашайся, - быстро прошептала она ему на ухо, - ему не будет некомфортно в компании Адель, и они быстро найдут общий язык.
Найдем мы общий язык. Один на двоих.
- Так и быть. Тесно нам не будет. А новый человек в компании – больше тем для разговоров.
- Возьму твою машину? Хочу забрать его.
- Без проблем. Только возьми спортивную, на моей мы поедем.
- Нам приезжать сразу туда?
- Да, нет смысла ездить туда-сюда.
- Спасибо. И за наивкуснейшую еду, и за разрешение. Вынужден откланяться.
* * *
Все границы у нас в головах, они работают как тормоз, держа нас на поверхности. Но порой мы слишком сильно сдвигаем прутья клетки, становится настолько тесно, что в легкие не попадает воздух, ты начинаешь задыхаться, нужно отодвинуть границы, а ты не можешь, потому что при смерти и думаешь совсем не об этом. Если бы на тебя ничто не давило, ты бы смог найти выход, нестандартная мысль, выходящая за границы твоего разума, могла спасти твою жизнь, но ты привык действовать по шаблону, жить в шести плоскостях небольшой коробки. Вырывайся, делай эти ограничения прозрачными, чтобы видеть предел дозволенного, но в тоже время позволять себе быть тем, кто ты есть.
Проворачиваю ключ и открываю дверь. В руках несколько пакетов с продуктами. Гай никогда не ходит по магазинам, а на кухню заглядывает только для того, чтобы узнать, есть ли что-нибудь съедобное.
Утро началось с улыбки Кит, завтрака в кругу семьи, а теперь я стою посреди темного коридора своей неприветливой квартиры. Я снова свернул не туда?
- Элдон? – прозвенел голос Гая на всю квартиру.
- Да, это я.
Стягиваю за пятку, помогая другой ногой, кед. Из-за угла выглядывает любопытный Гай, он улыбается. Мне не кажется?
- Гай..?
- Привет. Я только встал, - парень забирает у меня пакеты и легко касается своими сухими губами моей щеки, - приготовишь что-нибудь? Я жутко голодный.
Наверное, я попал в параллельную вселенную. Скидываю крутку и бегу на кухню. Сегодня я самый счастливый человек.
Гай раскладывает продукты. Для многих пар весьма обычно явление - вторая половинка делает дела по дому, помогает. Но не для нас. И сейчас я смотрю на него с замиранием сердца, он выглядит таким домашним.
- Могу приготовить кексы, - выхожу из оцепенения, вспомнив, что он всё ещё голоден, - у меня есть готовая смесь.
- Не откажусь.
- Чем вчера занимался?
- Если честно, я не помню, как вчера прошёл день, не очень хорошо себя чувствовал.
- Сейчас всё в порядке?
- Более чем,- чувствую его руки на своей талии. – Вкусно пахнет.
- Пока это только смесь,- откидываю голову и опускаю на его плечо.
- Научишь меня готовить?
- Это легко,- мажу его нос смесью и выскальзываю из объятий.
Глаза Гая сияют, а губы улыбаются. Он стирает пальцем смесь и сует его в рот.
- На сколько градусов поставить духовку?
- 200. И таймер на 11 минут.
Протвинь исчезает в духовке.
- Знаешь, что можно успеть за 11 минут?
- Приготовить кексы? – наивно улыбаюсь и отвечаю на объятия. Непривычно чувствовать себя счастливым рядом с ним.
- Потрахаться.
* * *
- Эл, ты для меня слишком горяч,- парень скидывает меня с себя и перекатывается, нависая надо мной. – Я скучал,- целует в висок, перебирает пальцами мои тёмные пряди, упавшие на глаза. - Люблю трахаться с тобой.
- Ты очень нежный,- скольжу языком по бледной и гладкой коже, - как шёлк.
- Мне нравится.
- Знаю.
- Люблю тебя за это.
Мой язык замирает.
- Любишь? – удивление в голосе и шок на моём лице.
- Люблю.
- Сегодня самый замечательный день в моей жизни,- кусаю его за плечо. – Я проголодался.
- Кексы? ... или я? – игривая улыбка.
- Ты. И кексы, но уже в машине.
- Может, и я в машине?
- Она принадлежит моему отцу, не очень хорошая идея.
- Он ведь не узнает.
- Мне будет казаться, что папа следит за нами.
- Папа?
- Привычка.
- Хочу в машине.
- Хорошо. Пойдем одеваться,- пытаюсь встать, но Гай придавливает меня к постели.
- Нет-нет,- он сползает вниз. - Сделаю всё быстро.
* * *
- Аннет и Уильям. Не фамильярничай, никаких приставок мадам, мистер, в кругу семьи общаемся свободно.
- Запомнил.
- Для отца мы друзья, соседи. Ясно?
- Более чем.
- Мама всё знает... о нас.
- Ты ей рассказал?
- Догадалась. И ещё... там будет одна девчонка. Возможно, мне придётся немного пофлиртовать с ней.
- Нет.
- Что нет?
- Ты не будешь с ней флиртовать. Увижу – за волосы от тебя оттащу. Понял?
- Нет.
- Что нет?
- Не оттащишь. Будешь сидеть и терпеть. Мы друзья детства, отец сделал ставку на нашу партию. Мне придётся его разочаровать. Но! не сразу,- опускаю ладонь на колено парня. – Не волнуйся.
- Я предупредил,- Гай откидывает голову и упирается лбом в стекло.
Солнце светит в глаза, мимо пролетает стена леса, как кадры в фильме, душный воздух просачивается в салон машины. Чуть сбрасываю скорость и открываю откидную крышу.
- Жарко. А ведь только середина мая,- никакой реакции на мои слова. – У нас есть огромный бассейн.
- Иди к чёрту.
- Ясно.
Остаток дороги мы ехали в полной тишине. Меня захлестнула волна паники на подъезде к дому. Люди слишком непредсказуемы, ты не являешься частью человека, от того и не в силах постичь его природу. Обида способна подтолкнуть человека на самые подлые поступки. И даже тормоз, кричащий ему о том, что это дело не очень хорошее, ослабнет и приуменьшит представление о последствиях нехорошего поступка. А ты трясешься, надеясь, что всё будет так, как ты хочешь. Правда иногда людям удаётся проглотить горечь обиды или сдержаться хотя бы в этот раз. Ты ликуешь: люди не мертвы, в них всё ещё горит огонь добра.