9.
Он не собирался их искать.
Он просто вышел по делам. Небольшие покупки, аптека — ничего особенного. День был обыденным, даже раздражающе обычным. Но именно в такие моменты судьба любит играть тихо.
Ёнсу — отец Ёнджуна — увидел их случайно.
Издалека. У витрины магазина.
Бомгю стоял, немного прижавшись к плечу сына, в длинной рубашке, с рюкзаком за спиной, крутя в руках какой-то леденец. Казался младше, чем был — с этим лёгким румянцем и застенчивой улыбкой.
А рядом — Ёнджун.
Смотрел на него с таким выражением лица…
Будто весь мир сузился до одного человека.
Он что-то говорил — тихо, с улыбкой.
Потом достал из пакета пачку любимого Бомгю шоколада и сунул тому в руки.
Бомгю засмеялся. Настояще, звонко.
И вдруг — обнял его. Неловко, коротко.
Но Ёнджун ответил без колебаний. Обнял крепче. И не отпускал.
Они стояли так — на людной улице, будто никого вокруг.
И в этот момент отец не увидел "хулигана". Не увидел своего непослушного, сложного сына.
Он увидел мальчика, который бережёт кого-то.
Который смеётся искренне.
Который нашёл то, что делает его добрее.
Ёнсу так и стоял, не шевелясь.
Смотрел, как они идут дальше, Бомгю что-то рассказывает, размахивая руками, а Ёнджун идёт рядом, слегка коснувшись его пальцев.
И в какой-то момент…
Он вдруг понял, как глупо звучали его слова "ты ему не пара".
Потому что сейчас, в этом обычном вечере — они были идеальной парой.
Он отвернулся.
Не подошёл.
Не позвал.
Но что-то в его взгляде изменилось.
Позже дома, когда он сидел с чашкой кофе, жена подошла сзади и, ничего не говоря, села рядом.
— Я видел их, — тихо сказал он. — На улице. Он купил ему шоколад. Обнял.
— И? — мягко спросила она.
— Он… был счастлив. Не притворно. Не демонстративно. Просто — по-настоящему.
— Ты ведь знал, что он способен на это. Просто не хотел признать.
Он молчал. Потом глухо пробормотал:
— Я думал, Бомгю — тихий, нежный… слишком чистый. А Юн — огонь. Я боялся, что он обожжёт его.
— А ты не подумал, что он греет его? А может, Бомгю — тот, кто гасит этот огонь, но не гасит самого Юна?
Он не ответил.
Но вечером, проходя мимо комнаты сына, он остановился.
На секунду.
А потом тихо постучал.
— Юн…
— А? — Когда-нибудь… приведёшь его снова. На ужин.
— Ты уверен?
— Хочу... посмотреть, как он будет смеяться за нашим столом. Как тогда — на улице.
Ёнджун остался стоять в дверях с приоткрытым ртом.
А потом достал телефон и написал:
Ён:
Он видел нас. И… кажется, я больше не просто “неуправляемый сын” в его глазах.
Бомгю:
Он что-то сказал?
Ён:
Он хочет, чтобы ты пришёл в гости.
Бомгю:
Это… это как новая страница в моём альбоме.
Ён:
Нет. Это уже — целая новая глава.