4.
На следующий день, когда Бомгю вошёл в школу, он сразу понял — что-то изменилось.
Шепотки.
Взгляды.
Едва сдержанные смешки.
Как будто он стал персонажем сплетен, который обсуждают, но делают вид, что не замечают.
— Это он?
— Да, тот, кто рисовал Ёнджуна…
— Странно. Что он вообще нашёл в этом хулигане?
— Или наоборот — что хулиган нашёл в нём?..
Бомгю сжал лямки рюкзака и опустил голову.
Он всегда был незаметным. Отличником, тихоней, просто фоном на школьных коридорах. А теперь — центр внимания. Он чувствовал себя голым под светом прожекторов. Особенно когда рядом с ним проходила группа девчонок из старших классов и одна из них театрально вздохнула:
— Жалко… а я думала, Ёнджун — нормальный…
Эти слова застряли у него в голове.
Весь день Бомгю старался избегать людей. Не выходил из класса на переменах, не ходил в столовую. Он даже выкинул свой рисунок в мусорную корзину под лестницей, как будто мог стереть чувства вместе с ним.
Но когда последний урок закончился, дверь кабинета распахнулась.
И появился Ёнджун.
— Иди сюда, — сказал он, не глядя на одноклассников Бомгю. — Сейчас же.
— Зачем… — прошептал Бомгю, вставая.
— Просто иди.
Он повёл его по коридору. Все смотрели. Некоторые с недоверием, кто-то со смешками. Но никто не смеялся в голос, потому что Ёнджун — это Ёнджун. Его боялись. Даже учителя.
Он привёл его к школьной доске объявлений.
Встал рядом.
Обнял за плечи.
И громко, чтобы слышали все, кто проходил:
— Если кто-то ещё что-то скажет про Бомгю — будет иметь дело со мной.
Мимо проходили младшие. Замерли. Девочки — смотрели с раскрытыми ртами. Парни — с недоумением.
— Он мой. И точка. Поняли?
Бомгю покраснел до кончиков ушей.
— Ты с ума сошёл…
— Да. От тебя.
Он развернулся к нему, одной рукой прижимая ближе, и добавил тихо:
— Я не дам тебе прятаться. Не дам снова прятать то, что между нами.
— Но они…
— Они — никто.
Ты — мой кто.
Понял?
Бомгю рассмеялся сквозь смущение.
— Это ужасная фраза.
— Но сработала? — ухмыльнулся Ёнджун.
— Немного, — пробормотал Бомгю и, не отрываясь от его взгляда, прошептал:
— Заберёшь мой рисунок из мусорки?
— Заберу. Но только если ты нарисуешь новый. Где мы целуемся.
— Ты неисправим, — Бомгю слегка улыбнулся, впервые за день по-настоящему.
Ёнджун пожал плечами.
— Я просто больше не хочу быть твоей тенью в альбоме. Хочу быть рядом. Настоящим.
И был.