Глава 16
– Так ты настоящая! – восклицает она. – А я думала, ты мне приснилась или что-то вроде того…
– Ты была в фазе быстрого сна?
Она смотрит на меня, не зная, как реагировать на дурацкую шутку. Я пытаюсь поправить положение:
– Забей. Конечно, ты не спала, я это и хотела сказать. Мы ведь разговаривали. А быстрый сон – это такая фаза, во время которой возникают сновидения. Активность мозга высокая, и глаза под веками постоянно бегают. Очень странно. Похоже на пишущую машинку…
Я резко замолкаю, понимая, что меня опять понесло. Лиза усмехается. Но не зло, а как-то мило. Весело.
– Спасибо, что нашла мой блокнот, – говорю я, протягивая руку.
Но она не торопится выпускать свою добычу.
– Я до сих пор не знаю, как тебя зовут.
– Ира.
Видимо, это был пароль. Теперь Лиза передает мне блокнот. Я перелистываю странички, проверяя, все ли в порядке. Вроде бы да. Тем не менее спрашиваю:
– Ты ведь не читала?
– Разве что немножко… – признается Лиза.
Я опять в ужасе и ярости. Может, в школе девчонки все ему спускают с рук, потому что она красивая, но со мной этот номер не пройдет.
– Надеюсь, ты пошутила.
– Почему? – Лиза широко раскрывает глаза, как будто действительно не понимает.
– Нельзя читать чужие записи! – говорю я, размахивая блокнотом. – Это что-то вроде дневника. Думаешь, если ты красивая, тебе можно совать нос в чужую личную жизнь? Улыбнулась – и все? Такой у тебя приемчик?
На лице Лизы снова появляется обворожительная усмешка:
– Ты считаешь меня красивой?
Я вспыхиваю от стыда. Щеки и уши горят. Не хватало еще вспотеть. Остается надеяться, что в темноте все это не очень заметно. Лиза поднимает руки:
– Послушай, мое вмешательство в твою личную жизнь было минимальным и необходимым. Я просто хотел узнать, кому этот блокнот принадлежит, а ты очень быстро убежала…
Я молчу. Так легко Лиза не отделается.
– Мне нравится, что ты пишешь от руки, – прибавляет она мягко. – Это так старомодно. И прикольно.
Тут я снова по уши в нее влюбляюсь и ничего не могу с этим поделать. Маленькая обида – ерунда по сравнению с тем, как сильно он мне нравится. Я начинаю улыбаться:
– Спасибо. За то, что нашела блокнот.
А вдруг Ника и Гэбби были правы? Может, действительно стоит дать шанс Лизе и другим моим сверстникам? Пусть удивят меня! Вероятно, все не так уж и безнадежно? Сегодняшняя встреча, по крайней мере, прошла более или менее гладко. Довольная тем, что на этот раз сумела разрулить ситуацию без вранья про кошачьи похороны, я собираюсь уйти.
– Еще один кот скончался? – кричит Лиза мне вслед.
Я оборачиваюсь и смеюсь:
– Нет, просто иду домой.
– Можно тебя проводить?
– Думаю, да.
У меня голова кружится от счастья, но я не собираюсь это демонстрировать. Что-то подсказывает мне: Лизе Андрияненко никогда не приходилось лезть из кожи вон, чтобы привлечь внимание девушки. Пускай увидит, что я не такая, как все. И дело не в моей ПК. Просто я – это я.
– Пошли, – бросаю я через плечо.
Мы не спеша шагаем прямо по дороге и разговариваем. Машин нет, можно не опасаться. Кругом все тихо, и эхо наших шагов отражается от спящих домов, мимо которых мы идем. Мне хорошо. Спокойно.
Когда я говорю, что была на домашнем обучении, Лиза переспрашивает:
– На домашнем обучении? Клево!
Я вспомнила те ночи, когда папа гонял меня по Периодической системе, созвездиям или латинским глаголам. Лиза до смешного неправильно представляет себе, каково это – учиться дома.
– Ничего не клево. Совсем наоборот. Мой отец излишне меня опекает, – прибавляю я, хотя это и кажется мне очевидным.
Лиза смотрит по сторонам, потом вверх, потом снова на меня и говорит:
– Он сейчас за нами, случайно, не наблюдает?
– А как же! Наверняка где-то тут кружит беспилотник.
Лиза хохочет. Я тоже смеюсь – не оттого, что в восторге от собственной шутки, а потому, что смогла его рассмешить. Кто бы мог подумать?! Еще двадцать четыре часа назад я была на дне глубокой ямы, а сейчас поднялась так высоко!
– Ну и… может, выскажешь свое мнение?
– О твоем папе с беспилотником? Пожалуй, это перебор. А ты как считаешь?
Я опять начинаю смеяться:
– Да нет! Я про песни, которые ты прочел без моего разрешения.
Лиза пожимает плечами:
– Даже не знаю. Читать песни я не умею. По-моему, их надо слушать.
Я останавливаюсь. Мы почти у дома. Готова поспорить, что отец сейчас стоит в гостиной и смотрит то в приложение, при помощи которого он отслеживает местонахождение моего айфона, то в окно и ждет, когда я войду. А мне меньше всего хочется объяснять ему, кто такая Лиза и почему мы шли вместе.
– Ты здесь живешь?
– Нет, вон там, повыше. – Показываю вглубь квартала. – Папа чутко спит, а я не хотела бы его будить.
Лиза внимательно смотрит на мое жилище.
– Странно, что мы до сих пор не пересекались. Я ездил мимо твоего дома на скейте. На тренировки.
– На тренировки? – переспрашиваю я, хотя, конечно же, знаю, о каких тренировках речь.
Разве я могу не знать? Она каждый день проезжала у меня под окнами с доской для плавания и прочей плавательной всячиной под мышкой, а на рюкзаке красовалась эмблема команды. Да еще местная газета чуть ли не еженедельно писала о том, как Лиза установила на сборах очередной рекорд.