Заслужить?

В классе Михаила Сергеевича были занавешены окна, а свет горел только в задней части. Одно лишь окно было открыто на проветривание, что немного смягчало сухую духоту в классе. Для хозяина класса, который был дисциплинирован и уважаем среди своих кругов, это было, как минимум, непривычно. Кажется, все в школе знали, что Михаил Сергеевич серьезно относился ко всем своим делам, а в особенности к спортивным тренировкам: кто-то понимал это по выделяющимся из-под его одежды крепким мышцам на спине, ногах и руках, а кто-то по частым приходам мужчины со спортивной сумкой, откуда свисали красные боксерские перчатки. Его многие боялись в школе, даже некоторые педагоги, которые были уверены в «несовершенствах», заключающихся в излишней скрытности и подозрительности. На Михаила Сергеевича никогда раннее не поступали жалобы, как на учителя: родители восхваляли его за, как им всем казалось, амбициозность и талант к своей работе. Мужчина знал, как поддерживать дисциплину в классе, чтобы было тихо и спокойно, хотя бы на вид. Его методы для многих оставались загадкой: уж слишком они действительны. Некоторые из них довольны мрачны и странны, оттого людям и не стоит знать, что они из себя представляют.

Вика, забывшая свою физкультурную форму, легко постучала по деревянной двери в класс, но ответа оттуда не последовало. Она прислонилась к двери, чтобы узнать, есть ли кто внутри. Девушке ответила полная тишина, но она не решалась резко распахнуть дверь и ворваться. Вика невесомо надавила на ее ручку своими хрупкими лодыжками, чтобы не вызвать скрип. Ее черные глазки быстрее всего оказались в кабинете.

Удивленный вздох вырвался из ее груди от увиденного: на учительском кресле, находящимся в конце класса, сидел Михаил Сергеевич, но на его коленях сидела ученица, о чем говорило наличие формы. Вике не составило труда догадаться, что это Таня, ее подруга. Пока парочка целовалась, Вика в недоумении разглядывала их обоих: светлый, мягкий и длинный хвост Тани рассыпался по изгибаемой спине, которую держал учитель в своих крепких руках. Она притягивала его все сильнее, сжимая шею учителя, почти впиваясь в нее словно клещ. Они ничего не говорили друг другу: просто наслаждались присутствием друг друга и этими нежностями. Они считали эти моменты лучшими, идеальными. Но Вика, смотрящая на это, так не считала: по ее мнению, это связь была ужасно мерзка и позорна, так что тут нет романтичного. Девушка хорошо понимала, что такие отношения закончатся, даже не успев начаться, потому что для любви нужны не только чувства, но и разумность, терпение, готовность идти против всех. А, как правило, у девушки-подростка устойчивых качеств не хватает для подобных отношений от слова совсем, почти также, как и у молодого преподавателя.

Не став долго наблюдать за «мерзкими» нежностями подруги и ее классного руководителя, Вика поспешила к Карине, которая была в женском туалете.

- Карина, - запыхавшись проговорила она, забегая в нужное помещение, находившееся неподалеку. – Я же сейчас ходила в класс... за формой... и...

Карина стояла над раковиной и не сводила взгляда со своих рук, которые так отчаянно пыталась от чего-то отмыть. Ее выражения лица было сдержанным и серьезным, впрочем, все как обычно.

- И?

- Я увидела там Таню, но не одну. – приблизилась Вика к раковине, куда оперлась двумя руками, а после перешла на более тихий и уверенный тон. – Это слишком разочаровывающее событие...

Карина подняла тяжелый взор и направила на подругу, показывая свою уверенность и ожидание продолжения.

- Ну? Ты можешь уже просто сказать?

Вика, переходя ту невидимую черту, что была создана ее принципами, решилась говорить о тех непристойных вещах, чьим наблюдателем стала несколько минут назад.

- Таня и наш классный в отношениях, если это так можно назвать. Они сосались прямо в...

- Я знаю. – перебила она подругу, теперь смотря невозмутимо и с особым безразличием.

- Как знаешь? – еле разборчиво произнесла Вика, открывая глаза шире обычного.

— Вот так и знаю.

- И как давно?

- С самого начала.

— Это когда?

— Это с конца прошлого года. – отвернулась Карина, вытирая руки салфетками и выключая кран с горячей водой. – Не понимаю, как можно было не заметить настолько очевидных чувств?

- Да я и не подозревала... - растерялась Вика, уже не чувствуя Карину виноватой в покрывательстве такого, потому что, по ее словам, это «очевидно», и «как можно было не заметить». – Но... Ты это оставила, как есть?

- Если бы на ее месте была ты, то я бы не оставила. – усмехнулась Карина, скрестив руки на груди перед подругой. – Но Таня – это не тот человек, которого стоит жалеть или пытаться исправить. Ты помнишь, как она из кожи вон лезла, чтобы хотя бы к нашей компании за стол в столовой сесть? А как она нас с тобой теми сахарными комплиментами заваливала? Она просто доподлизывалась до этого места собачки, которая выполнит любой приказ ради достижения власти, вот и все. Мне все равно на нее, но пока она за просто так нам прислуживает, я не буду возникать. Пусть ее отношения с нашим классным будут нашим козырем, в случае чего.

Вика задумалась на секунду, но после ухмыльнулась.

- Знаешь... А ты права. Я-то думала, что ты действительно сдружилась с подлизой.

- Я? – рассмеялась Карина, на миг отворачиваясь от нее. – Ты слишком низкого обо мне мнения. Я с шестерками дел не веду.

- Приятно слышать.

...

Вика ожидала своего водителя на улице возле школьных ворот. Ее сильно волновала тема с Таней, которую было бы неплохо обсудить с ней самой. Прохладный ветер обдувал девушку со всех сторон, заставляя ее аккуратно уложенную прическу прийти в невежественный вид. Вика старалась не обращать внимание на такое, чтобы не нервировать себя больше. Да, Карина сказала, что не стоит пока возникать по этому поводу, но Вика желала всем сердцем разобраться с этим. «Ага, чтобы потом это вскрылось, и мы вместе с ней опозорились. У нас же любят фразу: «скажи мне, кто твой друг, и я скажу, кто ты.» Таню быстро окрестят шлюхой, а мы с Кариной, типа, как ее подруги, недалеко отойдем от этого позорища. Вот сколько можно-то...» - злилась она, чувствуя в себе все большое омерзение к Тане. Вика искренне не понимала, как может семнадцатилетняя девчонка встречаться с двадцатипятилетним мужчиной, который еще и выглядит старше своего возраста. От того отвратительного зрелища и мыслей у нее в мозгу будто поползли черви, заставившие девушку перестать думать об этом. Но помимо этой непростительной связи, Вика имела личную неприязнь к Тане, а точнее к ее тяге быть одной из них. Сколько бы эта девушка ни старалась над своим внешним видом, или же пафосным поведением, у нее никогда не получится стать «элитой» школы, потому что такими не становятся, такими рождаются. Лидерские качества, независимость, решительность, самостоятельность – все это должно быть, чтобы считаться с местной элитой, а что там у Тани? Признаки служебного пса? Именно по этой причине ее не принимала, и не хотела никогда принимать Вика.

Ее размышления прервал звук кротких шагов сзади, которые стремительно направлялись к ней. Обернувшись, девушка узнала Таню, которую только что грязно обсуждала сама с собой в своих мыслях.

- За тобой еще не приехали? – обычным тоном произнесла Таня, осматривая Вику с ног до головы.

- Нет. – твердо ответила она, показывая всем взглядом, как презирает девушку. – Ты же домой собиралась.

- Да, но мне надо было зайти и сдать работу по истории. А что случилось-то? – невозмутимо спросила она, надев на себя дружелюбную улыбку.

- Знаешь... - тут Вика решила немного поиграть со страхом Тани. – Я после нашего расставания вспомнила, что мне надо зайти в наш кабинет, ну чтобы забрать форму.

Она внимательно следила за каждой эмоцией, что проскальзывала на лице Тани: уголок ее губ едва заметно дернулся, когда девушка сказала «наш кабинет», зрачки чуть расширились, а ее саму будто дернуло. Девушка прекрасно знала, что она отношений с учителем бы не одобрила.

- Я пошла туда. – продолжала Вика, наблюдая, как Таня все больше теряет контроль над собой. – Но не дошла.

Надежда загорелась в глазах девушки: она резко взяла себя в руки и вернулась к своему уверенному состоянию.

- А почему?

- Карина срочно позвала. Мы обсуждали, что делать с Ульяной.

- Кстати об Ульяне... - переменила она тему. – Я понять не могу: почему именно она вам так с Кариной сдалась? Я понимаю, она раньше занималась буллингом, но мне кажется, что вы уже одержимы ей.

- Правда? – ухмыльнулась Вика. – Таня Таня, да ты вообще ничего не знаешь.

- И, о чем я не знаю?

- Ну уж нет. Информация за информацию. Расскажи о своих отношениях, а я о той тайне.

Глаза Тани задергались от неожиданного вопроса, который явно застал ее врасплох.

- О... О чем ты? – отрицательно покивала она, не сводя растерянного взгляда с девушки.

- Да ну? Не хочешь говорить? Ясно. Тогда и информации не жди. – улыбнулась Вика ей.

- Ты о каких отношениях вообще говоришь?

- За дуру-то меня не держи. – положила ей руку на плечо девушка, ухмыльнувшись своей мелкой манипуляцией. – Я же вас видела вместе.

- Не понимаю, о чем ты... - посмотрела Таня на ее бледную руку, крепко сжимающее ее плечо.

Вика всеми силами пыталась напугать Таню, и, к слову, у нее это отлично получалось, потому что Таня труслива и наивна, когда разговаривает с теми, кто выше нее по «статусу».

- Расслабься. – насмешливо сказала Вика, оборачиваясь на дорогу, когда услышала звук подъезжающего автомобиля. – Я уверена, ты не будешь от нас ничего такого скрывать. Особенно любовь. Наши с Димой отношения я не скрываю, и тебе советую.

- Не буду. – тихо ответила Таня, уставившись на роскошную машину, которая  приехала за Викой. – У меня нет отношений.

- Вот как? – демонстративно ухмыльнулась Вика. – Удивлена.

- А что? Хотя... За тобой уже приехали, не буду задерживать.

- Как знаешь.

Девушки попрощались быстро и коротко, избегая излишних дружеских обычаев.

_____________________________