Ворденклиф

Weep - Reamonn

Она оборачивается, она сгорает, она чувствует себя скрытой кем-то, кого она не знает.

Она надеется, что когда-нибудь он найдёт путь к этим слезам, которые она проливает.
Она знает, что отдала, она чувствует себя порабощённой тем, что отдала так легко.
Она надеется, что со временем она дождётся всего того, что делает её настоящей.
Я чувствую, что она проснулась, чувствую, что с неё хватит.
Чувствую, что ей пора открыть глаза.
Я чувствую, что она проснулась, чувствую, что с неё хватит.
Чувствую, что пришло время ей открыть глаза.
Она чувствует холод, она так одурманена всей этой болью, которую она раскрыла. Она надеется, что плачет, она держит внутри всё то, что делает её настоящей.
Я чувствую, что она проснулась, чувствую, что с неё хватит. Чувствую, что пришло время ей открыть глаза.
Я чувствую, что она проснулась, чувствую, что с неё хватит. Чувствую, что пришло время ей открыть глаза.
Она закричала: «Убери от меня свои руки».
Положи свои руки на меня, мне нужно почувствовать твоё прикосновение.
Положи свои руки на меня.

- Мистер Старк, уровень кофеина в вашей крови превышает допустимую норму, я не приготовлю вам еще кофе, да и он уже не поможет, вам нужно отдохнуть.

- Нет, Пятница, я не могу отдыхать, мне все равно не уснуть.

Прошло двое суток с тех пор, как Джеки вышла из моей лаборатории. Мы старались не пересекаться на базе, каждый раз завидев меня, она либо спрашивала, готов ли деактиватор, либо просто уходила. Я довольствовался этим, то ли пытаясь дать ей личного пространства, то ли просто трусил.

Мои пальцы неуклюже стучали по клавиатуре, пытаясь нагнать упущенное время. Код деактиватора не поддавался, словно насмехаясь над моей усталостью. Я проклинал себя за то, что так бездарно потратил столько времени на пустые теории, вместо того чтобы сосредоточиться на практике.

Пятница настойчиво предлагала чай, медитацию, даже короткий сон в капсуле релаксации, но я отмахивался, чувствуя, как раздражение нарастает с каждой минутой. Я должен был что-то сделать, исправить свою ошибку.

- Пятница 13, позови ее, скажи, надо делать эксперимент.

Джеки пришла, окинула меня недобрым взглядом, запахнула халат, как будто ей было холодно, она выглядела измученной, ограничитель отбирал ее жизненные силы. Кроме магии стал, видимо, выкачивать и другие ресурсы, я полагал, что она слегка сломала его, когда стала через силу использовать магию, и, возможно, этот код уже не сработает, надо было проверить на практике.

- Садись, показал я кушетку, чувствуя себя врачом, осматривающим пациента.

Она села послушно, я заметил, как она смягчилась.

- Эээ, раздевайся.

- Ты не оху.

- Это для дела, мне надо получить доступ к ограничителю.

Ее глаза сузились, в них промелькнула искра гнева, но она тут же погасла. Вздохнув, она начала распахнула халат, сняла через голову свою футболку и не стала прикрывать грудь рукой, издевательски мне улыбнулась.

Тишина в лаборатории стала почти осязаемой. Я старался не смотреть на нее, сосредоточившись на мониторах и проводах, готовясь подключить оборудование к ограничителю. Каждый раз, когда наши пальцы случайно соприкасались, я вздрагивал, чувствуя электрический разряд.

Я сел напротив нее, ощущая невероятную неловкость и кружение в голове.

- Может быть, будет больно, сказал я и поднес тонкий металлический проводник к золотому кольцу. Раздался треск, Джеки подпрыгнула от разряда, сцепив зубы, простонала ругательства.

- Поосторожнее.

- Я пытаюсь. Трудно сосредоточиться в такой ситуации.

- Тони, сказала она, я увидел, как вокруг кольца ограничителя на воспаленной коже проступила кровь.

Пятница начала сканирование, и на экранах замелькали строки кода, графики и диаграммы. Я нервно барабанил пальцами по столу, ожидая результатов.

- Данные получены, мистер Старк. Обнаружены аномалии в структуре ограничителя. Похоже, его функциональность действительно нарушена.

- Начинаем деактивацию, скомандовал я, стараясь скрыть волнение.

В лаборатории воцарилось напряженное молчание. Ограничитель замигал, Джеки согнулась пополам и не сдержала крик.

- Прости, давай обработаем рану, ее крик во мне отозвался нестерпимой болью.

- Хорошо, сказала она, и я не сразу заметил, как она слегка печально улыбается, затем Джеки спрыгнула с кушетки, запахнула халат и положила руку мне на плечо. - Если ты не будешь спать, это только замедлит твою работу или ты сделаешь ее неправильно. Отправляйся в постель. Я могу подождать недолго, конечно, пару часов.

- Нет, давай уже закончим это.

Она так смотрела на меня, будто не злилась, будто все закончилось и это был обычный день. Я не хотел разрушить эту иллюзию, которую она мне напрасно подарила.

Но Джеки прильнула ко мне, прижалась щекой к реактору.

- Пойдем спать, Тони, милый, я беспокоюсь о тебе.

- Ты шутишь?

- Если ты не будешь слушаться, я тебя укушу, со все серьезностью проговорила она.

Я почувствовал, как все внутри меня сжалось. Её близость, нежность в голосе, казалось, разбивали лед, сковавший мое сердце. Я отстранился, взглянул в её глаза, пытаясь понять, что происходит. В них не было ни злости, ни манипуляции, лишь усталость и тоска.

- Не обманывай меня ложной нежностью, я не вынесу.

Она покачала головой, прижалась сильнее.

- Иди спать со мной... - она провела рукой по моей руке от кисти к плечу, казалось, хотела поцеловать, но не стала. - Пожалуйста, идем. не могу смотреть как ты себя изводишь,

Я сдался. Не мог больше сопротивляться ее мольбам, своей собственной слабости. Обнял ее в ответ, чувствуя, как она дрожит. Наверное, от холода, наверное, от страха.

- Хорошо, пойдем. 

Она улыбнулась, кивнула. Впервые за долгое время я почувствовал, что делаю что-то правильно. Пусть даже это всего лишь сон, короткая передышка.

***

— Боги, боги, какая пошлая казнь! Но ты мне, пожалуйста, скажи, ведь её не было! Молю тебя, скажи, не было?

— Ну, конечно не было, — отвечает хриплым голосом спутник, — тебе это померещилось.

— И ты можешь поклясться в этом? — заискивающе просит человек в плаще.

— Клянусь, — отвечает спутник, и глаза его почему-то улыбаются.

— Больше мне ничего не нужно! — сорванным голосом вскрикивает человек в плаще и поднимается всё выше к луне, увлекая своего спутника.

Булгаков. Мастер и Маргарита.

*** 

Я спал, скованный ледяным объятием ночи... Рука Джеки, словно ускользающий песок, холодела в моей ладони, рассыпаясь на атомы. Я осознавал, что это сон, но увиденное вселяло первобытный ужас. И вдруг, за спиной, я услышал ее голос. Обернуться не хватало сил. Легкое касание, и тихий, убаюкивающий шепот проник в самое сердце:

– Не бойся, милый. Эта вероятность в этой реальности ничтожна. Я не уйду.

– Ты умрешь? – вопрос сорвался с губ, словно крик отчаяния. Я знал, что ограничитель убьет ее. Перед глазами возникла жуткая картина: она немеет, коченеет на кушетке в лаборатории, а я, в бессильной ярости, пытаюсь вырвать проклятое кольцо из ее груди. Годы тянутся в мучительном ожидании ее возвращения. Ведь она ведьма, бессмертное создание... Но она не возвращается. Казалось, меня вывернет наизнанку от этой невыносимой тяжести, но ее теплое дыхание рядом отгоняло безумие.

– Это могло случиться, но не случилось... Этого не было.

Я видел себя в серой броне, одинокого и потерянного в ледяной пустоте космоса. Мои руки в крови, вокруг – ни единой живой души. Я уничтожил всё, стремясь покарать себя и весь мир за потерю Джеки.

Я проснулся в холодном поту. Джеки сидела рядом, погруженная в книгу, освещенная лишь тусклым светом ночника. Ее глаза встретились с моими, и я увидел в них тревогу.

– Тебе приснился кошмар? – тихо спросила она, откладывая книгу в сторону.

Я лишь кивнул, не в силах произнести ни слова. Образы кошмара все еще терзали мой разум, цепляясь за сознание когтями страха.

– Это всего лишь сон, – прошептала Джеки, обнимая меня крепко. – Это нереально.

Я прижался к ней, вдыхая ее успокаивающий запах. Ее прикосновение было реальностью, которая прогоняла кошмар. Я знал, что она права. Это всего лишь сон. Но где-то глубоко внутри меня оставался осадок страха. Страха потерять ее, страха превратиться в того человека, которого я видел во сне. Я не мог этого допустить. 

- Как ты чувствуешь себя, Джеки? - спросил я и поискал глазами часы. - Пятница 13, сколько я спал?

Вместо ответа она легла ко мне. Я поцеловал ее пальцы, тревога за нее нарастала.

- Не молчи, пожалуйста.

- Могло быть и лучше, - ответила Джеки. Я сглотнул и, оторвав ее от себя, с болью отметил, что синяки у нее под глазами стали только больше.

- Ты умрешь? - прямо спросил я.

- Нет.

- Но если умрешь, ты вернешься?

- Да.

- Джеки, - меня стала охватывать паника.

- Вы спали 14 часов.

- Очень вовремя, чего ты такая тормознутая, пятница? - недовольно проворчал я, вставая, но Джеки удержала меня.

- Побудь со мной, Тони.

Я задержался на краткий миг, ее тело было так близко, я поцеловал ее, она так выдохнула с нежностью и тоской, как будто по проводам ток прошел по мне от этих ее вздохов. От ласк она не уклонялась, но словно боролась с собой. Я отстранился с трудом.

- Не могу, в груди все время мешает, так противно, - она раскинула руки и легла на спину, - как ты живешь с этим в груди... - она пыталась подобрать слово, как будто давясь невысказанными ругательствами.

- Штуковиной? - усмехнулся я.

- ХУЕВИНОЙ! - она издала бессильное рычание, ощупывая свой «реактор» на груди.

- Надо же, как метко. Пойду приму душ, а ты пока полежи, отдохни.

Под струями горячей воды я пытался смыть с себя остатки кошмара и тревоги.

Выйдя из ванной, я увидел, что Джеки все еще лежит в постели, глядя в потолок.