Ворденклиф

                                                                                     Я никогда, никогда ни о ком не забочусь так сильно

Но это моя любовь, губы в кровь и тактильно

Это когда ты вдруг перестал тратить время на стиль и

Ты будешь лежать в её сторону, если не сможешь ползти

И я постоянно хочу ей сказать: "Отпусти, отпусти"

Не трожь мою душу, не трожь мою душу, послушай

Но все перерывы, которые вдруг подаришь мне ты

Станут минутами ада, а мне такого не надо

И я опять за ней, не замечая огней

Бегу в два раза быстрей,

Я никогда, никогда ни о ком не забочусь так сильно

Мне невыносимо с тобой и без тебя невыносимо

Я не хочу, чтобы кроме тебя кто-то вслух мое имя

Dante - "В два раза быстрей"

***

После того как я убрался из замка и оказался дома, то первым моим желанием было, конечно же, увидеть Морган. Но осознание, что это будет ошибкой, остановило меня. Я стал скрываться, и не познакомься в этом дурдоме я с Бэтменом из другой вселенной, я не знал бы, с кем сравнить свое существование. Замкнувшись в секретном бункере, я день и ночь подключался к камерам наблюдения по дороге от ее дома до школы, к камерам в школьных коридорах и на спортплощадке, чтобы посмотреть, как она смеется, есть свой ланч и наклеивать наклейки на ланчбокс. Попутно я пытался сделать вид, что не планирую ежесекундно, как мне пробраться к парковке и хоть бы одним глазком посмотреть на Морган вживую, хотя бы тот краткий миг, пока она будет садиться в машину к матери. Увидеть их обоих было бы невыносимой пыткой и самым страстным желанием, заполонившим все мое существо.

Помимо Мстителей, которые по моей просьбе не распространялись о моём возвращении, никто об этом не знал. Конечно, я не мог оставаться в стороне и пытался наладить жизнь в мире, но уже с помощью Питера. Он был единственным, кто навещал меня в те мрачные времена. Я жил как в заточении, изводя себя мыслями о встрече с семьёй и о том ужасном будущем, которое их ждёт с моим появлением.

Железный Человек, Тони Старк, умер и должен оставаться мертвым для них. Раны Морган и Пеппер едва начали затягиваться после моей "гибели" в Войне Бесконечности. Я давно решил, что не разрушу хрупкий, полный света и тепла мир, который Пеппер построила после меня. Она любила другого, и этот другой любил ее... Пеппер больше не нуждалась во мне... А Морган... Возможно, этот другой человек станет ей лучшим отцом, чем я когда-либо был. И я добровольно умирал каждый день, наблюдая за тем, как они живут без меня.

Иногда, в приступах слабости, я представлял, как врываюсь в их жизнь, как Морган бросается ко мне с криком "Папа!", как Пеппер смотрит на меня с удивлением и... облегчением? Но тут же одергивал себя. Это было эгоистично. Их счастье стоило моих страданий. Я должен был выдержать.

Питер пытался расшевелить меня.  Он приносил мне чертежи новых экзоскелетов, показывал видео с демонстрациями его собственных разработок, пытаясь заразить меня своим энтузиазмом. Я смотрел на него и видел себя много лет назад - таким же горящим, полным идей и желания изменить мир. Но во мне все  выгорело.

Паучок подбрасывал проекты, твердил, что миру нужен Железный Человек. Но я знал: Железный Человек был нужен лишь мне самому, чтобы хоть как-то оправдать это жалкое подобие существования.

– Я бы не назвал "жалким подобием существования жизнь" на комфортабельной станции на секретном острове, в технологичном убежище, – мягко возразил Питер, в очередной раз навестивший меня. Мое гостеприимство оставляло желать лучшего; принимать Питера у себя было небезопасно, он, беспечный малый, никак не мог понять, почему я должен скрываться от мира и от семьи.

– Питер, не начинай, а то мигом отправишься домой. - я строго глянул на него.

– Ну, мистер Старк, я к вам добирался целую вечность...

– Надеюсь, со всеми предосторожностями?

– Естественно, – заверил он.

Я скептически поджал губы.

– Хотя вы все равно отправили эту штуковину, чтобы проверить, не увязался ли за мной кто-нибудь, – сказал он, с трудом сдерживая самодовольную ухмылку, и протянул ладонь, на которой сидел миниатюрный робот-шпион.

– Ну, ты же знаешь, – пробормотал я, отводя взгляд к мониторам, пестрящим открытыми вкладками. Я начал судорожно их закрывать. – У тебя сейчас в голове одна МДжей, не до конспирации.

Питер расплылся в еще более широкой улыбке.

– Вот бы вы пришли на нашу свадьбу.

– Обойдетесь букетом и конвертом от анонимного спонсора.

Питер вздохнул, но спорить не стал. Он понимал, что мою броню не пробить. Я сам заперся в этой тюрьме, а ключ надежно спрятан где-то в глубине моей израненной души. Он твердил, что я должен жить ради будущего, передать свои знания и опыт следующему поколению. Но какое будущее я мог предложить? Будущее, в котором я – тень, наблюдающая за жизнью тех, кого люблю, но не смеющая к ним прикоснуться?

– А это что? – невинно спросил он, ткнув пальцем в синий экран, который тут же покрылся рябью.

– Ничего. – Я попытался одарить наглеца возмущенным взглядом, но в последнее время стал мягче, а Питер был самым дорогим для меня человеком, с которым я мог общаться. Парень, сразу раскусив меня, надавил на слабину.

– Следите еще за кем-то? Хм, странный сигнал из другого мира.

– Он из замка, – ответил я, проводя пальцем по губам, словно пытаясь заставить себя замолчать. Но ведь я давно хотел спросить хоть у кого-нибудь... Вопрос, который я постоянно отправлял в молчаливые небеса. Где она?

Питер ловко защелкал пальцами по моему оборудованию. Хитрец уже во всем разобрался, как бы я ни маскировал и ни усложнял интерфейс консолей от таких вот бесцеремонных вторжений в мой внутренний мир.

На экране возникло изображение с камеры слежения, встроенной в старые доспехи Марк 6, которые развалились на острове во время нашей с Питером битвы.

Они находились в комнате Джеки, там, где я оставил ее тело, когда обещал, – не бросать ее там одну. Если Джеки умерла навсегда, пусть хотя бы броня охраняет ее вечный сон.

Питер трагично нахмурил брови и посмотрел на меня с сочувствием.

– Может, она в другом мире?

– Да в лучшем, чем наш... - сарказм лился рекой и мне было стыдно срываться на Питера, но я опять не сдержался.

– Вы же понимаете, я о другом. Мы могли бы попросить Доктора Стренджа...

– Мы ни о чем не будем просить доктора Стренджа. - чуть было не вспылил я, - Ладно, парень, тебе пора. 

Я улыбнулся несколько вымученно, похлопал его по плечу и пробормотал что-то.

Он понял, что его прогоняют, и лишь тяжело вздохнул.

Я чувствовал, как постепенно превращаюсь в механизм, запрограммированный на наблюдение и защиту. Мои эмоции притуплялись, а страх стать угрозой для семьи перевешивал все остальные чувства. Я боялся однажды не выдержать и сорваться, разрушив все, что они построили без меня.

Питер ушел, оставив меня наедине с моими мыслями. Я снова включил камеры и увидел Морган, играющую в футбол на школьном дворе. Она улыбалась, и мое сердце сжалось от тоски. Я хотел быть рядом с ней, но понимал, что это невозможно.

На другом экране, словно молчаливый и безжизненный стражник на саркофаге, лежала моя броня. Я почему-то надеялся, что Джеки подаст мне знак. Но знака все не было.... Я знал, что это глупо, что это самообман, но отчаянно нуждался хоть в какой-то надежде. Вдруг, просто вдруг, в доспехах что-то изменится, мелькнет искра, появится сигнал. Но ничего не происходило. Только статичное изображение брони, охраняющей покрывшийся пылью саван, под которым истлело ее тело...

***

Каждый день был как день сурка, и я стал думать, что жизнь в замке и на острове под гнетом идиотских испытаний доктора Бена и доктора Джеки были совсем не худшими в моей жизни. Бесконечный сериал, начинавшийся с того, что я подключался к камере на светофоре и смотрел, как водитель везет Морган на учебу. Сегодня она подышала на окно и нарисовала сердечки. Мне показалось на один миг, что она смотрит на меня сквозь все это расстояние, и, поняв, что схожу с ума, решил было закрыть наблюдение, но опять не смог и продолжил следить за дочкой, постоянно борясь с надеждой, что появится хоть маленький повод, по которому мне придется открыться ей и сказать: «Я вернулся, я теперь тебя никогда не брошу...»

Морган скучала на уроке сегодня, ерзала, не слушала учителя. Наверное, эта тема слишком легка для нее.

Она что-то рисовала в тетради вместо того, чтобы писать уравнение. 

- Миссис Плам, я хочу выйти. - сказала Морган, обернувшись к камере, совершенно ясно посмотрела на нее, как будто знала, что за ней наблюдают. Она как бы невзначай постучала карандашом по тетради и вышла из класса.

На листке было написано: «Привет, папочка, найди меня».

Меня охватил жар, и я не знал, что чувствовать: радость или страх. Как она узнала? Но прежде чем разум позволил себе верить, я уже облаченный в броню летел со всей возможной скоростью на континент.

Мои двигатели ревели, прорезая воздух, а сердце колотилось в бешеном ритме. "Найди меня" - эти слова эхом отдавались в голове, подгоняя, заставляя лететь быстрее. Я игнорировал все предостережения, весь страх, что терзал меня месяцами. Морган нуждалась во мне, и это было единственное, что имело значение. Я должен был увидеть ее, услышать ее голос, обнять ее, если она позволит.

Приземлившись неподалеку от школы, я деактивировал броню, стараясь выглядеть как можно менее заметным. Я шел по коридору, чувствуя себя призраком, ищущим выход из чистилища. Нашел ее на спортивной площадке, где она обычно обедала. Она сидела одна на качелях, глядя в небо.

Я подошел ближе, и она обернулась. В ее глазах не было удивления, только знакомый свет, который я так отчаянно хотел увидеть. 

-Привет, пап, - тихо сказала она. В этот момент все мои страхи исчезли, и я просто обнял ее крепко-крепко, боясь, что она исчезнет.

Слова застряли у меня в горле. Я просто держал ее, чувствуя, как бьется ее сердце. Сколько раз я представлял этот момент, репетировал слова, но сейчас все казалось неважным. Важно было лишь то, что она здесь, жива и здорова.

- Только не плачь папа, все же хорошо ты вернулся, я так рада... - сказала она. Но я не мог удержать слезы. Я чувствовал себя таким виноватым.

Отстранившись, я посмотрел в ее глаза, пытаясь прочесть, что она чувствует. Она улыбнулась, но в ее улыбке была печаль. 

-Я знала, что ты придешь, - прошептала она. - Я всегда знала.

Мы долго сидели вместе на качелях, не говоря ни слова. Просто наслаждались присутствием друг друга. 

- Как ты меня нашла? - наконец спросил я.

- Ахахах, пап, я Морган Старк, надеюсь ты не забыл...

- Мама знает?

— Нет, насколько я понимаю, ты хочешь сохранить инкогнито. Я не буду вмешиваться в ваше личное пространство. Сам реши, когда сообщить ей об этом, — она посмотрела на меня с удивительной проницательностью и взрослой мудростью, что было неожиданно для такой маленькой девушки.

- Не могу поверить что ты этого говоришь, хотя еще вчера не знала какую картинку выбрать с Эльзой или с Леди Баг.

— Папа! Это уже моё личное пространство!

— Ой, прости, пожалуйста.

- Ну вот я просто заметила, что кто-то шпионит по камерам, брала у мамы костюм, провела расследование. - Она снова погрустнела, и мне стало больно дышать от тоски и жалости, что я так много времени упустил. - Я сразу почувствовала, что это ты. - Только бы она не заплакала, я бы тогда умер. Я понял, что закусил губу от страха, что заставил ее так страдать.

- О, Морган!

Я крепче обнял ее, стараясь передать всю боль и раскаяние, которые разрывали меня изнутри. 

-Прости меня, Морган. Я не должен был оставлять тебя. Я был идиотом.

- Нет, пап, ты чего. 

Она погладила меня по руке.

Она прижалась ко мне, и я почувствовал, как ее маленькое тело дрожит. "Все в порядке, папа. Главное, что ты здесь". Но я знал, что не все в порядке. Слишком много времени было потеряно, слишком много слов не сказано. Мне предстояло загладить свою вину, доказать ей, что я достоин ее прощения.

-Я обещаю, Морган, я буду рядом. Я буду лучшим отцом, каким только смогу быть. Я так люблю тебя.

- А я тебя люблю, папа!

 Она посмотрела на меня своими большими, умными глазами, и я увидел в них надежду. И тогда я понял, что у нас есть шанс. Шанс начать все сначала, построить новые воспоминания, вернуть утраченное время. И я сделаю все, чтобы этот шанс не упустить.

- А теперь пойдем, юный детектив. Нам нужно кое-что обсудить. Например, как ты умудрилась взломать мамину систему безопасности?

Она хихикнула, и этот звук был лучшей музыкой для моих ушей. 

- Мы поедем в твое тайное убежище?

- Какое еще убежище?

- Пап, за кого ты меня принимаешь?

- За маленькую девочку, которую будут искать если она куда-то исчезнет.

- Нам надо поскорее убираться отсюда, пока тебя не засекли, а то у моей глушилки камер наблюдения сейчас батарейки сядут, - нахмурилась Морган.

- Глушилки?

Она продемонстрировала мне маленький брелок в форме головы Железного человека.

- Давай улетай, пап, увидимся в более надежном месте. Только организуй нам надежный и защищенную линию связи, чтобы мама не смогла ее хакнуть. Она сейчас приедет, так что поторопись.

Я только ошеломленно покачал головой, не веря в реальность. Надеюсь, это не сон, а если и сон, то пусть он никогда не заканчивается.

Солнце начало садиться, окрашивая небо в багряные тона. Я летел на свою базу, в лабораторию, способный силой возросшей во мне троекратно перевернуть этот мир.