Ведьма

Мы нашли убежище в старой лаборатории в восточном крыле  Академии ,в наше секретное место идти было опасно. Не известно кто из высшего круга знал о ритуале .Адриан был бледен и слаб; его руки больше не искрили инеем, а взгляд стал болезненно человечным. Видеть его таким — тихим и «обычным» — было для меня невыносимо.
Профессор Арканиус ждал нас там. Он долго осматривал Адриана, а затем повернулся ко мне.
— Ты не просто выжгла его,Адель , — тихо сказал он. — Ты создала эфирный вакуум. Его ядро не разрушено, оно просто «схлопнулось» под давлением твоего Спектра. Оно спит, запертое внутри него самого.
— Как его разбудить? — я сжала кулаки, чувствуя, как стихии внутри меня бешено пульсируют, требуя выхода. — Я отдам всё обратно! Каждую каплю!
— Это так не работает, — покачал головой профессор. — Магия — не вода, которую можно перелить из стакана в стакан. Чтобы запустить его сердце льда, нужен «Искровой резонанс».
Арканиус разложил на столе древнюю схему.
— Ты должна войти в его сознание, используя стихию Воды, чтобы просочиться сквозь его барьеры, и Огня, чтобы ударить по ядру изнутри. Но есть одно «но».
Он посмотрел на Стива и Миру, которые затаили дыхание.
— Пока ты будешь внутри него, твоя защита падет. Ты станешь уязвимой для своего собственного Спектра. Если ты не удержишь контроль, ты сгоришь, а он... он станет ледяной статуей навсегда.
— Я сделаю это, — отрезала я.
Мы уложили Адриана на алхимический стол. Я села напротив и взяла его за руки. Они были теплыми. Это было так странно — чувствовать тепло там, где всегда был благородный холод.
— Адель,не надо... — прошептал он, едва открыв глаза. — Тебе и так тяжело с этой силой. Оставь меня. Будь свободной.
— Моя свобода без тебя — это просто еще одна клетка, — ответила я и закрыла глаза.
Арканиус разложил на грубом деревянном столе карту человеческого разума, которая больше напоминала схему запутанного лабиринта с пульсирующим центром.
— Слушай внимательно,Адель , — голос профессора стал сухим и методичным. — Проникновение в сознание мага, чьё ядро схлопнулось, — это не прогулка по снам. Это погружение в Бездну. Твой Спектр — это ключ, но он же и твоя главная угроза.
Профессор выделил три этапа, которые мне предстояло пройти:
Слой Воды (Слияние):
— Первым делом ты должна использовать магию Воды. Она самая текучая. Тебе нужно не ломать его барьеры, а просочиться сквозь них. Ты должна почувствовать его пульс, его дыхание, стать с ним единым ритмом. Если на этом этапе ты проявишь агрессию — его разум сочтет тебя захватчиком и выкинет обратно, окончательно уничтожив остатки его магии.
Лабиринт Пустоты (Навигация):
— Внутри ты увидишь «Застывший мир». Это то, во что превратилось его сознание без искры. Там будет абсолютный холод и тишина. Тебе нужно идти на ощупь, используя Воздух, чтобы улавливать малейшие колебания. Ищи его «Истинное Имя» или самое яркое воспоминание. Это будет маяк, ведущий к ядру.
Удар Огня (Резонанс):
— Когда найдешь его ядро — оно будет выглядеть как замерзший во льду кристалл — тебе нужно будет использовать Огонь. Но не сжигай его! Тебе нужно вызвать резонанс. Ты должна ударить своим пламенем так, чтобы его лёд не растаял, а завибрировал. Это как запустить остановившееся сердце электрическим разрядом.
-Ну что начнем.- уверенно сказала я . Я закрыла глаза и сделала глубокий вдох, представляя, как превращаюсь в поток чистой, прозрачной воды.
Секунда ,две и я нырнула. Я представила, что становлюсь каплей воды, падающей в бездонный, тихий океан. Вход в его разум не был ударом — это было обволакивающее, ледяное чувство, от которого перехватило дыхание.
Вокруг меня расстилалось Подсознательное Море. Здесь не было верха и низа, только бесконечная толща прозрачно-синей воды. Это был первый защитный слой — «Эмоциональный буфер». Адриан всегда держал свои чувства в глубокой заморозке, но теперь, когда его магия исчезла, лёд растаял, превратившись в этот безмолвный океан.
Тишина одиночества: Я плыла сквозь его мысли и не слышала криков или шума. Только бесконечное, величественное одиночество. Я кожей чувствовала, каково это — быть «Золотым мальчиком»Вольтмором , от которого все ждут только совершенства, но никто не спрашивает, что у него на душе.
Эхо тепла: В этой холодной воде я увидела светящиеся пузырьки — это были его воспоминания о наших встречах. Они были единственным, что имело цвет в этом синем мире. Я видела нас его глазами: свою неуклюжую решимость, свои искрящиеся от гнева глаза. В его глазах я была не «пустышкой», а единственным живым огнем, который он когда-либо встречал.
Сопротивление: Внезапно вода вокруг меня начала сжиматься. Его инстинкты самосохранения сработали против меня. Давление стало невыносимым, легкие сдавило. Мой Спектр внутри меня яростно вспыхнул, желая «испарить» эту воду, чтобы выжить.
— Нет, тише... — приказала я себе.
Я перестала бороться. Я расслабилась, позволяя его холодной воде заполнить меня. Я прошептала его имя не губами, а самой сутью своего ядра.
«Адриан... это я. Впусти меня».
Давление мгновенно исчезло. Вода стала мягкой, как шелк. Первый этап — Слияние — был пройден. Его разум принял меня не как захватчика, а как часть себя.
Но впереди вода начала кристаллизоваться. Температура упала еще ниже, и передо мной выросли острые, как бритва, ледяные пики второго слоя — Лабиринта Пустоты.
Это был второй этап — навигация в «Застывшем мире». Здесь не было звуков, кроме моего собственного ментального дыхания.
Арканиус предупреждал: в Лабиринте Пустоты время течет иначе. Если я задержусь здесь слишком долго, моё тело в реальности впадет в кому.
Я шла по зеркальному полу, и в каждой стене отражались не мои движения, а страхи Адриана:
Я видела его в образе идеальной ледяной статуи, которая постепенно покрывается трещинами. Это был его страх не оправдать ожидания семьи, страх оказаться «сломанным».
Острые кристаллы льда преграждали путь. Это были его запретные эмоции. Стоило мне коснуться одного из них, как в голове пронеслись его мысли: «Я не должен её любить, я уничтожу её своим холодом». Он буквально забаррикадировался от собственных чувств ко мне, считая их опасными.
В самом центре лабиринта, в тупике из черного, непроницаемого льда, я увидела его. Маленький мальчик лет шести, в строгом камзоле, сидел на полу, обхватив колени руками. Вокруг него не было магии — только абсолютная, звенящая пустота.
Это была «точка схлопывания». Именно сюда спряталось его ядро, когда мой Спектр выпил его силы. Мальчик поднял голову, и его глаза были точно такими же, как у того Адриана, которого я знала — ртутными и бесконечно грустными.
— Ты пришла забрать остатки? — тихо спросил он. Его голос звучал как хруст тонкого льда. — Здесь ничего не осталось. Уходи, пока мрак не поглотил и тебя.
Я поняла: это испытание на Воздух. Я не должна была давить на него или проявлять силу Земли. Мне нужно было стать легкой, как шепот.
— Я пришла не забирать, — я медленно опустилась на колени перед ним, стараясь не напугать. — Я пришла вернуть тебе то, что ты отдал мне на площади. Твой холод — это не проклятие, Адриан. Это твоя защита, которая помогла мне выжить. Позволь мне помочь тебе теперь.
Я протянула руку. Мальчик задрожал, и лабиринт вокруг нас начал вибрировать. Черный лед пошел трещинами.
— Если я коснусь тебя, ты снова почувствуешь боль, — прошептал он. — Мир снова станет громким.
— Пусть станет, — улыбнулась я. — Мы справимся с этим шумом вместе.
Мальчик медленно протянул свою крохотную ладонь к моей. В момент касания Лабиринт Пустоты начал рушиться. Стены падали, превращаясь в сверкающую пыль. Мы прошли второй этап.
Лабиринт рассыпался, оставив нас в эпицентре абсолютного мрака. Перед нами пульсировало Ядро — оно выглядело как скованный цепями кристалл, внутри которого застыла мертвая синева. Оно не просто не работало, оно высасывало тепло из всего пространства. Если я не запущу его сейчас, мы оба превратимся в ледяную пыль.
— Адель, пора, — прозвучал голос Арканиуса, доносящийся из другого мира. — Бей в самый центр. Не жалей жара, но контролируй волю!
Я встала в полный рост, и мой Спектр вспыхнул так ярко, что тьма подсознания Адриана закричала. Я призвала Огонь Феникса, смешанный с чистой яростью и нежностью. Мои руки превратились в два пылающих солнца.
— Живи,Вольтмор! — выкрикнула я.
Я направила концентрированный луч белого пламени прямо в сердце кристалла.
Первый удар: Цепи антиматерии задрожали, но не поддались. Я почувствовала, как сознание Адриана содрогнулось от боли.
Второй удар: Я вложила в него воспоминание о нашем поцелуе на парапете — ту самую искру жизни. Ледяная корка на ядре начала испаряться, заполняя всё пространство густым паром.
Я не просто жгла, я начала пульсировать магией в такт его замирающему сердцу. Тук-тук. Тук-тук.
Внезапно я почувствовала сопротивление. Его ядро «втянуло» мой огонь внутрь себя. На секунду воцарилась гробовая тишина. А затем...
Пробуждение
Кристалл взорвался ослепительным лазурным светом. Синий холод, чистый и первородный, хлынул наружу, сметая остатки тьмы. Его магия вернулась, но она изменилась — теперь в его холоде жили искорки моего серебристого Спектра.
Меня буквально вышвырнуло из его разума.